18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Аксюта Янсен – Дом с Привидением (страница 1)

18

Дом с Привидением

Аксюта Янсен

Интернет-магазин фэнтезийной литературы feisovet.ru

У нас:

сообщество современных и интересных авторов

постоянно пополняемая коллекция электронных книг

самые разные жанры – фэнтэзи, любовный роман, приключения, юмор, эротика

бонусы в виде бесплатных книг для постоянных покупателей

Приглашаем к сотрудничеству новых авторов http://feisovet.ru/avtoram

Оглавление

АННОТАЦИЯ

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ

По просьбе сестры фактического правителя провинции, из Столичной Управы направляется следователь, чтобы разобраться со сверхъестественными проявлениями в городском особняке Ансольских.

ПРОЛОГ.

Наследство – это всегда такая вещь, когда не знаешь, поздравить стоит человека или посочувствовать. Их поздравляли, и они радовались вполне искренне. С троюродным дядюшкой, повесой и гулякой от которого отреклись ближайшие родственники, они даже знакомы не были, так о чём горевать? А наследство досталось роскошное – целый дом. Ну, может не совсем целый, кое-какой ремонт требовался, но зато свой, отдельный, без толпы родственников и приживал, и в хорошем районе. Как раз подходящий для молодой семьи, а они только месяц как поженились.

И первый раз зайдя в некогда аккуратный, а теперь слегка обветшавший двухэтажный коттедж, он с новым для себя чувством собственника осматривал принятое хозяйство, а она вздыхала и ахала над остатками вещей и обстановки, которые перешли к ним вместе с домом. И пусть непонятно ему, выходцу из мелкоремесленой слободы, что такого можно было найти в лиловых плюшевых гардинах, полированном карточном столике или серебряных чайных ложечках с вензелями, но радоваться ей он не мешал. Без всего этого можно было обойтись или заменить гораздо более практичными вещами. Хотя серебро на ложках было высшей пробы, ему, с его дипломом металлурга это было и без клейма видно, и имело некоторую материальную ценность, жаль только, был их не полный набор, пять всего, шестая куда-то затерялась. Поддразнивал, прекрасно зная, что молодая супруга ни за что не расстанется с вещью, на которой отлит их родовой герб. И пусть ей, представительнице одного из побочных, захудалых родов, да ещё вышедшей замуж за простолюдина, нечего было и мечтать о доли аристократки, но родовую честь и гордость за фамилию так просто не забудешь.

А переехать в новый дом они так и не успели. Он отлично помнил, как она вздрогнула, побледнев, отложила в сторону ложечки, которые чуть не полчаса не выпускала из рук, сказала, что хозяин дома всё ещё здесь, что вот он, как раз напротив серванта стоит и лучше им отсюда уйти. Он ничего не заметил, он она так испуганно вздрагивала, что он поспешил увести её в родительский дом. Α к вечеру она слегла с горячкой, два дня металась в беспамятстве, вскрикивала, бормотала что-то неразборчивое, просила уйти и отпустить, потом затихла и уже больше не проснулась. В три дня сгорела, и спешно вызванный из самого города лекарь даже предпринять ничего толком не успел.

Всё это, с трудом выдавливая из себя слова, рассказывал молодой вдовец, сидя на крыльце ведьминого дома. Сминал в руках шляпу с приколотыми к тулье траурными цветами, редкие и хрупкие снежинки, последние в этом году плавно опускались ему на волосы, но он этого не чувствовал, не замечал и пробиравшего до костей морозца, потому как уже говорил в полный голос, взахлёб, выплёскивая всё, что на душе накопилось. Просил найти виновника её смерти, потому как не верил, не мог поверить, что всё случилось по нелепой случайности.

- Посмотрим, - и, несмотря на неопределённость этого слова, ответ прозвучал как явное согласие.

ГЛАВА 1

Лорд Ирвин Кирван.

Апрельская грязь комьями разлеталась из-под трёхпалых лап ездовых ящеров. Весна в этом году была поздняя, по утрам лужи до сих пор покрывались тонким ледком, а первые весенние цветы лишь на солнечных взгорках проткнули чешуйчатыми носиками мёрзлый грунт, пока ещё не решаясь подставлять солнцу нежные лепестки. Пускаться в такое время в путь по просёлочным дорогам могла заставить только суровая необходимость. Служебный долг, к примеру. Санья поддёрнул повыше воротник новенькой, ещё толком не разношенной фоpменной куртки и покосился на своего наставника, каменной статуей возвышавшегося в седле. Кажется, его кожа за годы службы продубилась настолько, что даже самый холодный и сырой ветер ему ни по чём. Ныть при таком, жалуясь на тяготы пути, было неловко, тем, подходящих для разговора выдумать уже давно не получалось, а молчать надоело до дрожи в суставах.

- Лорд Кирван, можно мне ещё раз перечитать запрос? - тоном пай-мальчика спросил Санья, надеясь, что наставник откажет, он спросит почему, так слово за слово завяжется разговор. Кирван молча потянулся и достал из сумки плотный конверт. Кажется, разочаровывать подопечного уже вошло у него в привычку.

Порыв ветра попробовал вырвать бумаги из рук, но Санья держал их крепко, последний раз он окинул взглядом унылый пейзаж и уткнулся в бумаги. Резолюция начальника графской управы досточтимого лорда Алиену Изентерд об открытии расследования, командировочное направление, подорожная и собственно само прошение. Конечно җе, оно было составлено не по правилам. Да мало кто из благородных господ утруждал себя изучением этих самых правил, но зато проблема изложена достаточно внятно и на удивление коротко. Даже не верится, что писала женщина.

«Начальнику графской управы, лорду Алиену Изентерд.

Пишет вам высокородная леди Ниания Лия Аврелия, урождённая графиня Ансольская.

Прошу Вас в скорейшем времени разобраться в происходящем в моём доме.

С 16 числа марта месяца в городском особняке, находящемся в Ансоле, наблюдаются регулярные проявления потустороннего как то: самопроизвольңое открывание и закрывание дверей, полёт и падение мелких предметов, потускнение зеркал, изменение цвета и плотности стен и межэтажных перекрытий и прoч. Все перечисленные выше явления наблюдаются преимущественно в ночные и утренние часы, изредка так же проявляясь и в послеобеденное время.

За пределы здания потусторонние эффекты не выходят. Обращение в храм Господа Бога Нашего с последующим освящением результатов не дало и точку разрыва ткани реальности не выявило.

Подозрений о личности человека, распахнувшего в моём доме врата в нереальное не имею.

С уважением.

Писано 24 марта, семьсот сорок второго года от Падения ».

Письмо недлинное, читано уже не в первый раз и заучено почти до запятой, но по-прежнему будящее фантазию. Каково это когда со стола срывается и сама собой в полёт отправляется, скажем, ваза или срывается со стены старинный портрет? Не то чтобы проявления потустороннего у них были такой уж редкостью, вовсе нет, любая газета в колонке новостей пестрит подобными сообщениями, однако ж разобрать что было истинно, а что для красного словца приукрасили было сложно. Здесь же Санья и самому может выпасть возможность полюбоваться, из-за надёжной спины наставника, конечно, на страшноватые чудеса. Вот, правда, что делать потом, после того, как всё увидит собственными глазами, у него не было ни малейшего представления.

- Лорд Кирван, а что мы будем делать, когда приедем? - проныл Санья, пытаясь заранее узнать хоть что-то. Уже не первый раз пытался.

- Там видно будет.

И всё. Немногословный человек лорд Ирвин Кирван, старший ажан графской управы. Собственно, должность была аналогом старшего следователя из полицейского управления, только занимались в их заведении делами знати, не тoлько высшей, как это можно было бы представить исходя их названия, а вообще всех благородных родов государства. Ну и набирали туда людей непростых, даже сам Санья один из младших сыновей виконта, сам пока титула по малолетству не имевший, всё же благородных кровей юноша и даже имеет право на обращение «сэр».

- Α мне говорили, что опытный следователь ещё до начала дознания видит «дыры» и нестыковки в картине происшествия, - попытка взять «на слабачка» вышла по-детски откровенной, но ничто другое ему уҗ в голову не приходило. Ладно. Авось не рассердится.

- Верно, - охватившая лорда Ирвина досада не отразилась ни в голосе, ни во взгляде. Надоедливый мальчишка. Ведь не отцепится, будет ныть и зудеть над ухом, не давая толком отдохнуть, забыться и хоть несколько часов ни о чём не думать. Хотя его можно понять - юность нетерпелива, а дорога получалась на редкость размеренной и однообразной.