Aki Latus – Купец (страница 25)

Мы спустились на первый этаж, миновали пост охраны и вышли на улицу. Осенний ветер ударил в лицо, пахнущий дождём и прелой листвой.

— Теперь главное, — Хаген остановился, поправляя воротник пальто, — инспекция. Через неделю. Если инспектор найдёт хотя бы одно несоответствие — даже мелкое, — Штиль будет обязан возобновить дело. А он не любит возобновлять дела, которые уже закрыл. Это портит ему и статистику, и репутацию.

— Значит, нужно подготовиться так, чтобы инспектор не нашёл ни одной зацепки.

— Именно. И начнём мы прямо сегодня. — Хаген кивнул в сторону ожидавшего нас экипажа. — Но сначала — домой. Тебе нужно выдохнуть и успокоить свою горничную.

— Невесту.

— Прошу прощения, невесту.

В экипаже, пока колёса выстукивали дробь по булыжникам, я смотрел в окно и думал. Штиль сказал важную вещь: «Моя работа — не наказывать успешных». Если таких людей в Империи достаточно, у меня есть шанс. Если нет — любой успех будет вызывать подозрения.

— Хаген, — произнёс я, не оборачиваясь, — как думаешь, кто именно подал донос?

— Фенрихи, разумеется. — Он пожал плечами. — Но ты никогда этого не докажешь. Они действуют через подставных лиц, как и со скупкой поташа. Более того, я почти уверен, что формальный недочёт — тот самый пропуск инспекции — был им известен. Они знали, что мы активировали контракт до проверки. И ударили именно туда, где у нас слабое место.

— Значит, у них есть информатор? Среди наших?

— Возможно. А возможно, они просто хорошо знают процедуры. В любом случае, Эмиль, этот удар мы отбили. Но следующий будет точнее. Они учатся на своих ошибках.

Я кивнул. Экипаж свернул на нашу улицу, и впереди показался особняк Шумахера — островок тепла и безопасности посреди враждебного города.

— Ничего, — сказал я, больше себе, чем Хагену. — Пусть учатся. Мы тоже поучимся...

В гостиной нас встретила Лиза. Она сидела на диване с раскрытой книгой, но было видно, что за последний час не перевернула ни одной страницы. При нашем появлении она вскочила, и я увидел, как тревога в её глазах сменяется облегчением.

— Всё хорошо? — Она переводила взгляд с меня на Хагена и обратно.

— Штраф в тридцать золотых и инспекция через неделю, — отрапортовал я. — Всё остальное — в порядке.

— Тридцать... — Она прижала ладонь ко рту.

— Это не страшно. Шумахер будет ворчать, но для мануфактуры это не критично. Главное — контракт не заморожен. И теперь у нас есть время подготовиться к инспекции.

Лиза шагнула ко мне и молча обняла. Я почувствовал, как быстро колотится её сердце. Она не задавала вопросов, не требовала подробностей. Просто стояла, прижавшись щекой к моему плечу, и дышала.

— Я боялась, — прошептала она наконец. — Глупо, да? Ты столько пережил — Демидовых, Тёмный лес, а я боюсь какого-то допроса...

— Это не глупо, — я погладил её по спине. — Допрос — это то, чего нельзя победить магией или деньгами. Только умом и подготовкой. Ты боялась за меня, и это нормально.

— Я не просто боялась. — Она подняла глаза. — Я думала... что если вдруг тебя задержат или арестуют, что мне делать? Кому писать? Связываться с тем твоим Фрицем? И я поняла, что я просто не знаю! — В её голосе зазвенела досада. — Я не знаю протоколов, у меня нет связей, экстренных контактов. Я бесполезна в таких ситуациях!

Я взял её за плечи.

— Лиза, послушай. Ты не бесполезна. Ты — человек, который узнал о скупке поташа раньше, чем это заметили мои агенты. Ты учишься вести учёт, ты разбираешься в хозяйстве, ты держишь удар перед моей тётушкой так, как не каждый аристократ сумеет. Но ты права — есть вещи, которым тебе нужно научиться. И мы это исправим.

— Как?

— Завтра же я попрошу Грегора провести для тебя инструктаж. Экстренные контакты, кому можно и нужно писать, порядок действий при разных угрозах. И Хагена попрошу — пусть объяснит тебе юридическую сторону. Чтобы ты знала, что делать, даже если меня не будет рядом.

Она смотрела на меня секунду, другую, а потом решительно кивнула.

— Да. Я хочу это знать. Всё.

— Вот и договорились. А теперь — ужин. Я зверски голоден, а после допроса в КИТН, думаю, мне полагается хороший стейк!

Она улыбнулась и направилась к двери.

— Я скажу Герте. Она как раз приготовила твоё любимое рагу.

Вечером, когда ужин был съеден, а Лиза ушла на кухню обсуждать с Гертой меню на завтра, мы с Хагеном снова собрались в кабинете. Шумахер, узнав о штрафе, ожидаемо поворчал, но тут же успокоился, когда я показал ему официальное заключение Штиля с пометкой «контракт соответствует требованиям закона».

— Тридцать монет — это не убыток, это инвестиция, — сказал он, попыхивая трубкой. — Теперь у тебя есть бумага, подтверждающая законность. Если кто-то ещё попробует обвинить тебя в порабощении, ты просто покажешь им решение КИТН.

— Не совсем решение, — поправил Хаген. — Пока это только отсутствие обвинений. Решение будет после инспекции. Но Гюнтер прав — это козырь.

— Тогда займёмся инспекцией. — Я разложил на столе план мануфактуры. — Что именно будет проверять инспектор?

Хаген достал из своей папки выписку из регламента КИТН.

— Согласно статье пятьдесят третьей, инспектор имеет право: первое — опросить не менее десяти процентов работников лично, без присутствия руководства. Второе — проверить магический фон на предмет скрытых заклинаний. Третье — запросить журналы учёта травм и брака за последние три месяца. Четвёртое — провести контрольный замер физиологических показателей у случайно выбранных рабочих. Пятое — осмотреть рабочие места на предмет соответствия нормам безопасности.

— Значит, нам нужно подготовить рабочих к опросу, — я начал записывать. — Не инструктировать — это будет выглядеть как давление. Но объяснить, что инспекция — это стандартная процедура, и бояться её не нужно. Пусть говорят правду — контракт чистый, правда на нашей стороне.

— Журналы учёта я уже привела в порядок, — подала голос Лиза, вернувшаяся с кухни. — За последние два месяца — ни одного пропуска. Все травмы зафиксированы, все случаи брака описаны.

Мы уставились на неё. Она смутилась.

— Эмиль просил меня помогать с документацией. Вот я и... помогаю.

— Лиза, — Хаген снял очки и посмотрел на неё с выражением, близким к отцовской гордости, — вы только что сэкономили нам как минимум день работы! Журналы — это первое, что запросит инспектор. Если они в порядке, половина проверки уже пройдена!

— Они в порядке — твёрдо сказала она. — Я перепроверила каждую запись.

— Мы справимся, — сказал я. — Инспектор придёт — и увидит образцовое производство. Без нарушений. Без скрытых заклинаний. Без обмана. А потом мы закроем этот вопрос и займёмся Фенрихами. Потому что у меня есть стойкое ощущение, что они не остановятся.

— Не остановятся, — согласился Хаген. — Но теперь у нас есть ещё один козырь. Если они снова попробуют давить через КИТН, Штиль уже не примет донос — он будет считаться повторным и необоснованным.

— Это если инспекция пройдёт успешно.

— Она пройдёт, моя мальчик. Пройдёт.

Я посмотрел на часы. Полночь. За окном шуршал дождь, в камине потрескивали дрова, а на столе лежал план действий на ближайшую неделю.

Ну что, господа Фенрихи... Я сыграю эту партию с вами...

Глава 11: Алмазная пыль

Утро после допроса у Штиля я планировал начать с того, чтобы наконец выспаться. Однако у судьбы, как всегда, были другие планы. Едва первые лучи осеннего солнца пробились сквозь плотные шторы моей спальни, как дверь распахнулась без стука, и на пороге возник Гюнтер Шумахер. Его лицо, обычно сохранявшее выражение добродушной хитринки, сейчас было мрачнее грозовой тучи.

— Вставай, Эмиль! — бросил он с порога, даже не поздоровавшись. — Пока ты там воевал с Имперским Надзором, у нас кончился поташ.

Я сел на кровати, спешно стараясь прогонать остатки сна. В голове тут же заворочался Кси, недовольный резким пробуждением, но я мысленно шикнул на него, чтобы не мешал.

— В каком смысле — кончился? У нас же были запасы на четыре недели?

— Были, да сплыли! — Шумахер тяжело опустился в кресло у камина даже не зажигая трубку, что само по себе было дурным знаком. — Но тот объём, что мы экономим, не покрывает текущих заказов. Я проверил всех поставщиков в радиусе досягаемости. ВСЕХ, Эмиль! Даже тех, с кем мы никогда не работали!

— И?

— И все они заключили контракты с кем-то ещё. С кем — официально не говорят, коммерческая тайна. Но мои ребята постарались и кое-что раскопали. Это Фенрихи, Эмиль. Сомнений нет — действуют через цепочку подставных лиц, но следы точно ведут к ним. Они предложили поставщикам цену, которую мы сейчас не потянем. Плюс премию за «эксклюзивность», то есть обязательство не продавать поташ нам.

Я встал, подошёл к умывальнику и плеснул в лицо ледяной водой. Холодная влага тут же пробралась под ночную рубашку и пропала остатки сладкой дрёмы...

А я ведь так хорошо спал...

— Какие у нас варианты?

— Два. — Шумахер наконец достал трубку, но закуривать не стал, просто вертел её в пальцах. — Первый: переходим на дешёвое стекло из вторичного сырья. Берём битое стекло, отходы, и переплавляем. Но качество упадёт. Сильно упадёт. И репутация, которую мы заработали за эти месяцы, пойдёт псу под хвост. Заказчики, которые пришли к нам ради пресловутого качества и низкого брака, уйдут обратно к конкурентам.