Aili Kraft – Радиация. Реальный мир (страница 9)

В этот момент у Франка сдали нервы. Слишком долго он терпел хамство. Ему почти сорок, он уважаемый человек, — по крайней мере, был им до тех пор, пока мир не сошел с ума, — и никогда еще соплячки вроде этой не разговаривали с ним в таком тоне.

— А теперь послушай меня! — повысил он голос, и девчонка с винтовкой вздрогнула. Явно, не ожидала такого поворота событий. — Я пытался быть вежливым, и вовсе не потому, что у тебя оружие и собака. Плевал я на то и другое! И не боюсь умереть, потому что не уверен, что мне осталось, ради чего жить. Единственный близкий человек — сестра, — умерла у меня на руках от чертового вируса. Я проткнул ей голову кухонным ножом, а после три месяца скитался по разрушенному городу, надеясь непонятно на что. Маленькую общину, с которой прожил всего неделю, уничтожили твари. Я чудом спасся. Так что меня не запугаешь винтовкой! Если не заметила, людей осталось ничтожно мало. Я тоже думал, что протяну один, но это труднее, чем кажется. Когда придет зима, ты умрешь здесь, и, возможно, перед этим съешь пса, чтобы избавиться от голода еще на пару дней. А потом пустишь себе пулю в лоб в чистом и уютном, но холодном доме. Кем ты себя возомнила? Богом? Что станешь делать, когда наступят морозы и кончится еда? До ближайшего магазина семьдесят километров, и, скорее всего, он давно опустошен другими выжившими. Или думаешь, что забор остановит зараженных? Я видел орду. Она сметает любые заборы, как карточные домики. А, может, ты действительно веришь, что табличка отпугнет желающих обосноваться в этом месте? Не отпугнет. И в следующий раз могут пожаловать те, от которых тебя не спасут пули. — Он выдохнул, нагнулся и поднял с земли рюкзак, удовлетворенный своей отповедью. — Можешь пристрелить меня, но, думаю, в этом нет необходимости. Я ухожу. Оставайся в своих частных владениях и жди конца. — После двухсекундной паузы добавил: — Напиши на табличке что-то более устрашающее. Может, тогда от нее будет больше толку.

Не обращая внимания на собаку, которая, похоже, как и хозяйка, остолбенела от такой тирады, Франк, кипя от злости, пошел назад, к воротам. К черту девчонку! К черту это место! Он все еще уважает себя и не станет ползать перед ней на четвереньках, выпрашивая разрешения поселиться в одном из домов. Когда он дошел до поворота и завернул за него, то услышал позади выстрел. Резко остановился и оглянулся. Держа винтовку дулом вверх, девчонка стояла в нескольких метрах от него. Пес вился у ее ног.

— Стой! — приказала незнакомка.

Франк усмехнулся и пошел дальше. Слушать ее ответ он не хотел.

— А ну, остановись! — Он удивился, услышав за спиной бег. Не успел оглянуться, как путь преградила овчарка.

— Да ты издеваешься, — процедил он. В этот миг девушка его догнала.

— Впечатляюще, — произнесла она, все еще гордо держа осанку. Франк не мог не отметить, что эту особу трудно заставить потерять лицо.

— Что тебе нужно? — недовольно спросил мужчина. — Я же ухожу.

Она помолчала около пяти секунд. Напряженные пальцы сжимали оружие.

— Меня зовут Хайди Штерн, — заговорила девушка, на удивление, спокойным, нисколько не надменным голосом. — Я работала горничной у Фишеров из девятого дома до тех пор, пока все не началось. Никогда бы не смогла позволить себе такой дом. И я даже не из Берлина. Жила в окрестностях Штутгарта, пока не познакомилась по интернету с парнем. Он жил в столице. Пригласил меня к себе, обещал золотые горы. Ну, знаешь, как это бывает. Я приехала, а он… в общем, оказался не моим принцем. Я не хотела возвращаться домой, потому что знала, что родители будут долго упрекать меня за глупость. В то время как раз закончилось строительство этого поселка, и богачи набирали себе обслуживающий персонал. В общем, я устроилась горничной. А что? Платить обещали хорошо, и предоставляли комнату. Мы с Фишерами сразу поладили. Они были довольны мной, а я — ими. Мы понимали друг друга и никогда не конфликтовали. — Ее глаза смотрели в прошлое. Похоже, она забыла, что говорит с малознакомым человеком, и, как понял Франк, ей было неприятно вспоминать все это. — А потом заболела фрау Фишер. И наша соседка тоже. И их горничная — моя подруга. Вирус распространялся быстрее, чем грипп. Медицина не помогала. Многих увезли в столицу, в клинику. Они так и не вернулись.

Положив на землю оружие, Хайди села на траву. Не зная, зачем, Франк сел в шаге от нее. Девушка обняла пса и продолжила:

— Оскар заболел одним из последних. — Она посмотрела на Франка. — Это сын Фишеров. Он был хорошим парнем. Ему было всего пятнадцать…

— Он много для тебя значил? — с сочувствием спросил Франк. И когда злость успела исчезнуть?

Хайди подняла голову.

— Если ты о том, любила ли я его, то нет. В том смысле — нет. Он предпочитал парней. Да и слишком молоденьким был для меня. Но вот как друга — да, любила. Когда все началось, Оскар и его отец не отвернулись от меня. Другие наплевали на прислугу, а они пытались меня спасти. Оскар прятал меня от зараженных у себя в комнате. Мы слышали предсмертные крики его отца… — На некоторое время она замолчала. Потом заговорила снова: — Dein Traum кишел мертвецами. Наши соседи и люди, которых я не знала, ходили по улицам и вламывались в дома. Они сожрали парня Оскара у него на глазах. Среди тварей мы видели людей в белых халатах. То были врачи, приехавшие лечить местных. В общем, здесь творился настоящий ужас.

— Почему вы не убежали? — спросил Франк.

— А куда? — Плечи Хайди дрогнули. — Вокруг нет никаких поселений. Мы думали, что сможем скрыться и переждать это все.

— Вижу, у тебя получилось.

— У меня — да, — согласилась Хайди. — Но не у Оскара.

— Что с ним стало?

Девушка крепче обняла пса.

— Он повесился. — Она сглотнула. — Сдали нервы. Я его не осуждаю. Странно, что я сама не залезла в петлю. — Она потрепала Рекса по холке. — Это его пес. Оскар назвал его в честь той овчарки из сериала. Говорил, что такой же умный. — Впервые Хайди улыбнулась. — Это правда.

— Как ты выжила? — спросил Франк. — И где все мертвецы? И… живые?

— Живых не осталось, — ответила девушка и посмотрела на собеседника. — Не надо так на меня смотреть! Я их не трогала. Почти все обратились, а те, кого вирус не затронул, были ими съедены. Я пряталась в подвале у Фишеров. Неделю сидела на одной воде и буханке хлеба. Меня не нашли. Оказалось, Рекс все это время сторожил дом и отгонял от него тварей. Когда я, наконец, вышла, все успокоилось. Еда для зараженных кончилась, и многие ушли за ворота. Оставшихся я убила.

— Винтовку нашла в одном из домов? — догадался Франк.

Хайди кивнула.

— Сосед носил какое-то там армейское звание. Извини, я в них не разбираюсь, поэтому не запомнила. В общем, я обыскала его дом и нашла оружие и патроны. У меня дома еще одна винтовка и три пистолета. — Она достала из-за пазухи охотничий нож. — А это принадлежало отцу Оскара. Досталось ему от отца. Семейная реликвия, так сказать.

— Как ты научилась этим пользоваться? — Франк кивнул на винтовку.

— Не поверишь, — усмехнулась девушка. — Обожала играть в стрелялки.

Мужчина рассмеялся. На душе вдруг стало легче.

— Заметно, — сказал он. — Как же ты привела в порядок это место? Страшно представить, какой погром здесь был.

— А чем мне было заниматься в эти месяцы? — пожала плечами Хайди. — Мы с Рексом остались вдвоем. Телевидение и интернет пропали с концами; я даже радио не смогла настроить. Ну, вот и взялась за уборку. Сожгла тела, отмыла дорожки от крови — к счастью, воды тут всегда было много, — убрала мусор, даже газон около домов подстригла. Потом прибралась в них и выбросила ненужный хлам. Знаешь, мне понравилось. Я в один миг стала владелицей элитного поселка. И хотела, чтобы он таким и оставался. Конечно, в некоторых домах еще далеко до уюта, но я над этим работаю.

— А где берешь еду?

— Здесь есть минимаркет. Многие продукты, конечно, испортились, но осталось еще достаточно, и этого хватит на зиму. — Она посмотрела на Франка с сарказмом. — Так что есть Рекса мне не придется. — Хайди внезапно встала и снова вооружилась. Словно кто-то нажал на кнопку, и девушка стала прежней. — Ладно, поболтали и хватит. Если хочешь остаться, учти: сидеть на готовом и ждать, пока положат в рот лакомый кусок, не будешь. В одном ты прав: впереди зима, и одной сложно следить за порядком. Я позволю тебе поселиться в каком-нибудь доме, но за это ты станешь мне помогать. Для начала, мы сделаем новую табличку, и твоя задача — намертво примотать ее к воротам. Потом я планирую протянуть по поверхности забора колючую проволоку — от незваных гостей. И, самое главное: ты умеешь водить машину?

Франк заторможенно кивнул.

— Отлично, — просияла Хайди. — Здесь есть транспорт, но из меня, к сожалению, водителя не получилось. После того, как разбила три машины, мне наотрез отказались выдавать права.

Переварив, наконец, услышанное, Франк спросил:

— Почему ты решила, что я останусь?

Хайди посмотрела ему в глаза.

— Потому, что Рекс чувствует ублюдков за километр. Ты ему понравился, а, значит, не опасен. И да, ты прав: люди должны держаться вместе. — Она гордо вскинула голову. — Но не вздумай здесь командовать. Это мой поселок, и главная тут — я.

Франк улыбнулся и покачал головой. Не так уж она безнадежна, эта Хайди. Пусть ведет себя, как ребенок, но мужчина понял, что этот ребенок безопасен. По крайней мере, для него. Хайди — такая же пострадавшая, как он сам. Она тоже потеряла близких. О родителях молчит, но ясно, что уже смирилась с тем, что они, возможно, мертвы. Она еще хорошо держится. Франку было стыдно вспоминать, как он рыдал от ощущения безнадежности в том подвале.