Aili Kraft – Радиация. Реальный мир (страница 8)
Боль в колене притупилась, или же это адреналин заставил ее отойти на второй план, но в последний миг, когда зараженный чуть не схватил свою жертву, она откатилась от него и встала. Без промедления схватив тележку, Ракель поставила ее на колеса и толкнула в разозлившегося мутанта. Ее сил оказалось недостаточно. Зараженный устоял на ногах, отбросил тележку и энергичнее заковылял в сторону строптивой жертвы.
Хромая, Ракель пыталась убежать, но не могла оторваться от преследователя. Ей уже доводилось видеть, как зараженные расправляются с живыми, и потому она знала, что, попадись в лапы к чудовищу, закончит, как те несчастные.
Не заметив, как, Ракель оказалась в бытовом отделе. Там сохранился относительный порядок. Этот отдел почти не грабили. Кому нужны микроволновки, стиральные машины и тостеры в разгар апокалипсиса? Миновав ряды с бытовой техникой и не переставая слышать за спиной шарканье подошв настойчивого преследователя, Ракель свернула в ряд, где продавались приспособления для домашней уборки: швабры, веники, метлы, совки, кисточки для смахивания пыли и прочее. Схватив метлу, она направила ее концом ручки вперед и стала ждать.
Зараженный вскоре появился. Видимо, погоня его жутко разозлила, потому что, увидев Ракель, он издал рык и ринулся на нее со всей скоростью, на которую был способен. И в этот миг она ударила. Вспомнила фильмы, которые недолюбливала, но, тем не менее, чему-то они ее все же научили. Подражая героям, Ракель приложила все силы и воткнула ручку метлы в череп зараженного. То ли его кости стали слишком мягкими, то ли от страха у нее появились силы супермена, но ручка насквозь проткнула голову мутанта. Окровавленный конец с ошметками мозга выскочил у него из затылка.
В ужасе вскрикнув, Ракель выпустила метлу из рук и отпрыгнула в сторону. Зараженный стал полностью дезориентированным. Рыча и хрипя, он тянулся руками к орудию убийства, но так и не смог его коснуться. Через несколько секунд существо замертво упало на пол.
Боль вернулась. Сильно хромая, Ракель вернулась в продуктовый отдел. Она постоянно оглядывалась, и сердце замирало всякий раз, как в поле зрения попадала камера. В голове прочно засела мысль: она только что убила человека. Хладнокровно. Жестоко. И плевать на голос разума, твердивший без умолку, что это не человек, а камеры давно не работают. Никакая полиция за ней не придет, и никто не посадит ее за решетку.
Схватив хлопья, Ракель быстро покинула супермаркет. Больше она туда не возвращалась.
Это произошло в позапрошлом месяце. Тогда еще в Нью-Йорке живых было больше, чем… этих. Ракель до сих пор не могла называть их мертвецами. Отошедшие в мир иной там и остаются. Они не вылезают из могил, не едят плоть живых. Существа, которые оккупировали город, а, скорее всего, и страну, не люди и не звери. Они похожи на тех, о которых сняли много фильмов и сериалов — на зомби. Только в реальности эти твари оказались еще ужаснее.
Подойдя к «Плазе», Ракель даже не приостановилась. Давно уже нет восторга, с которым она смотрела на роскошный отель. Как нет и самой роскоши. Обрывки флагов, что украшали фасад, трепал ветер. Поднимаясь по ступеням на крыльцо, Ракель то и дело наступала на мусор и обломки. То, что осталось от крыши и двух верхних этажей после того, как в «Плазу» угодил снаряд, разлетелось по всей территории. Никому не пришло в голову наводить здесь порядок. Только убрали огромную глыбу, перекрывавшую подход к крыльцу.
Ракель постучалась в центральную дверь. Две боковые были намертво заколочены.
— Кто? — прозвучал недовольный голос изнутри.
Ну, конечно же, одноглазый Джеймс! Этот всегда на посту и всегда чем-то недоволен. Кстати, глаз он потерял еще до того, как все началось.
— Ракель, — негромко отозвалась она.
Послышался звук отодвигания засовов, затем в скважинах повернулись ключи. Наконец, дверь открылась.
— Надеюсь, ты нашла, что перекусить, детка, — пробасил здоровенный, улепленный татуировками бородатый мужчина, возникший на пороге. Во рту у него, как всегда, дымилась самодельная папироса.
— Немного, но на ужин хватит.
Здоровяк отодвинулся, пропуская ее внутрь. Ракель прошла в холл. Равнодушно осмотрела его, чуть задержала взгляд на восьмилетней Пэйдж, сидящей на стойке ресепшена и обнимающей куклу.
Теперь это место дом для нее — Ракель — и еще восьми человек. Джеймс с их нынешним лидером отвоевали отель у парочки беглых заключенных. Отнеся рюкзак в ресторан, Ракель поднялась в номер и устало легла на кровать. Почти закончился еще один день.
Каким будет завтра?
Кого она пытается обмануть? Завтра ничего не изменится.
VII. Франк
Сердце замерло. Не было смысла проверять, чтобы убедиться, что в затылок давит холодное дуло. И это не пистолет. Что-то подсказало Франку: если человек, стоящий сзади, выстрелит, то части его головы можно будет собирать по всей дорожке. Поэтому лучше не выбрасывать неожиданных номеров. Профессия научила его, что не следует провоцировать неадекватных людей и тех, у кого в руках оружие. Впрочем, Франк относил их к одной категории.
— Ты что, немой? — прозвучал из-за спины напряженный голос. — Или жить надоело?
— Извините, — мягко произнес Франк, держа ладони поднятыми. — Я не желаю вам зла.
Такой тон всегда срабатывал с раздраженными пациентами, но здесь, похоже, был запущенный случай.
— Что ты там бормочешь? — Дуло сильнее надавило на затылок. — Решил заболтать меня, чтобы потом напасть? Так вот, не выйдет. Рекс с тебя глаз не сводит. Дернешься, и узнаешь, насколько остры его зубы.
— Послушайте, — Франк сглотнул. Ситуация ухудшалась с каждой секундой. — Я действительно не собираюсь вам вредить. Я безоружен. Опустите свое оружие, и мы поговорим.
— Размечтался! — Дуло больно впечаталось в затылок. — Отвечай, как ты сюда попал? От поселка до ближайшего населенного пункта почти семьдесят километров. Кто еще с тобой приехал? И где они?
— Я один.
— Не ври!
— Я говорю правду. Столица кишит зараженными, много их и в пригороде. Я ушел оттуда, чтобы найти тихое место, где можно перезимовать. — Он отдышался. — Меня зовут Франк Рихтер. Я — психотерапевт. Не преступник. Простой человек.
— Ах, вот оно что! — усмехнулись за спиной. — Мозгоправ, значит? Теперь понятно, почему несешь бред. — Внезапно затылок перестал чувствовать дуло. — Повернись.
Франк медленно выполнил приказ. Собака, впившаяся в него взглядом, предупреждающе зарычала.
— Одно резкое движение, и Рекс разорвет тебе глотку, — предупредила хозяйка пса.
Да, хозяйка. По голосу Франк сразу понял, что его взяла на прицел женщина, но, обернувшись и увидев ее, наконец, удивился. На вид незнакомке было примерно двадцать лет. Может, и того меньше. Невысокая, стройная. Из одежды на ней оказались обтягивающий серый свитер и широкие спортивные штаны с карманами. Темные волосы были собраны в хвост на затылке. В руках девушка уверенно держала боевую винтовку HK SR9TC с оптическим прицелом.
— Точно, — сказала незнакомка. — Я тебя видела по телеку. Хороший же ты мозгоправ, что довел бедного парня до самоубийства.
— Это не так. — Меньше всего Рихтер хотел вспоминать о том случае. И особенно — обсуждать его с незнакомой грубиянкой.
— Да ладно. Расслабься. Мне все равно. — Девушка не опускала винтовку. — Сюда как пролез? И, главное, зачем? Ведь ясно же написано на табличке:
Франк напряг память. Он хорошо помнил, как шел вдоль забора, как оказался у ворот. Никакой предупреждающей таблички там не висело. Об этом он и сказал девушке. По ее лицу промелькнула тень.
— Не может быть. Я сама ее там закрепила.
— Но на воротах ничего нет, — настаивал Франк. — Если хотите, можете пойти и взглянуть.
Некоторое время она молчала. Затем выражение ее лица изменилось.
— Ну, конечно же! — с досадой произнесла незнакомка. — Скорее всего, ветер ее сорвал.
Накануне, действительно, дул сильный ветер. Франку пришлось ночевать в подвале брошенного и почти полностью разрушенного частного дома. Завывало так, что у него, в общем-то, непугливого мужчины, постоянно сжималось сердце. Казалось, поднялся настоящий ураган. Когда утром Франк вышел из укрытия, то увидел разбросанные рядом с домом остатки крыши, два поваленных дерева и двух зараженных, нанизанных, как на шампуры, на обломленные ветви достаточно высоко от земли. Они кряхтели и извивались, протягивая к нему руки со скрюченными пальцами. Наверное, висят там до сих пор. Ведь, как понял Франк за последние три месяца, убить этих тварей можно только ударом или выстрелом в голову.
— Вполне возможно, — подтвердил он. — А зачем вы повесили эту табличку? Я не вижу здесь зараженных.
— Совсем идиот? — усмехнулась она. — Это место — одно из немногих во всей Германии, где, выйдя из дома, не натыкаешься на труп. И в самом доме чисто и уютно. Я помню, как выглядел поселок два месяца назад, когда все началось. И именно я привела его в нормальный вид! Поэтому все, что находится внутри ограждения, — она махнула рукой в сторону, — мое! Понял? Это частная собственность, если хочешь знать. И квартиранты мне не нужны. Так что, если не желаешь испортить своей кровью асфальт, то сейчас же поднимешь с земли пожитки и уберешься отсюда к чертовой матери той же дорогой, которой пришел. Все ясно?