Aili Kraft – Радиация. Реальный мир (страница 20)
Проснувшаяся Пэйдж с интересом разглядывала небоскребы. Грусть от потери куклы немного улеглась, и девочка нашла себе занятие, чтобы слишком не расстраиваться. Как и на острове, здесь почти все здания подверглись разрушениям. У одних отсутствовали крыши, у других — углы, стены. Под ногами у идущих постоянно хрустели камни и стекло. Скелет, обтянутый полинявшей шерстью — рыжая кошка, — перебежал дорогу и залез в перевернутый мусорный бак.
— А животные тоже превращаются в обжор? — спросила Пэйдж, переняв термин у Джеймса.
— Пока мне такие не встречались, — ответил тот. — И, надеюсь, не встретятся.
Ракель впервые об этом задумалась. Раньше не придавала значения, а теперь задала себе вопрос: действует ли радиация на животных? Судя по кошке, она просто голодная, но самая обыкновенная. Твари кидаются на все, что движется, а кошка спряталась от прохожих. Значит ли это, что отравились только люди?
— Почти пришли, — сообщил Мэтт.
Джеймс заглянул в карту и кивнул. Ускорил шаг.
Пройдя еще несколько шагов, группа завернула в поворот. Узкая улица тянулась футов пятьсот. Нужно было дойти до середины и еще раз повернуть. А там уже совсем мало останется.
По пути встретился только один зараженный, которого Роб убил ножом. Дойдя до нужного поворота, выжившие, один за другим, вошли в него. Этот переулок оказался еще у́же. Миновав его, они вышли на просторную улицу. Здания по обеим сторонам от обочины выглядели жутко. Уцелевших почти не осталось. Словно район стал центром эпидемии, и его решили начисто стереть с лица Земли.
— Судя по отметке, — Джеймс склонился над картой, потом выпрямился и указал пальцем, — это там.
Луч фонарика бежал впереди группы. Глядя на руины, Ракель не верила, что здесь хоть что-то уцелело. И оказалась права.
Огромный кратер уходил на головокружительную глубину. Кирпичи и доски были разбросаны по его краям. Яркий свет выхватил из темноты осколки металла, искореженные и покрытые сажей. Джеймс направил луч вниз. Дно так и не разглядел, но на стенах ямы обнаружились порванные вещи, части мебели и человеческие останки. Кости, с которых давно сошли мясо и кожа, лежали повсюду. Порванный флаг, зацепившийся за кусок железа, дрожал от легких порывов ветра.
— Взгляните на одежду, — произнесла ошеломленная Кэсс. — Такую обычно носят бизнесмены и политики.
Мужчины переглянулись.
— Кажется, мне становится ясно, — сказал Джеймс. — Когда началась заварушка, эти крысы забились под землю, но армия решила с ними поквитаться.
— Думаешь, солдаты знали, что здесь бункер? — спросила Ракель.
Джеймс повернул голову.
— Должно быть, об этом местечке знали многие. А Соланж могла услышать о бункере в тюрьме. Не жили тут ее знакомые. Она хотела попасть в убежище, о котором случайно вынюхала.
— Только ей не пришло в голову, что оно давно занято, — фыркнула Кэсс.
— Меня больше всего поражает мощь оружия, разрушившего бункер, — задумчиво сказала Ракель. — Какая бомба могла сотворить такое?
Джеймс покачал головой.
— Понятия не имею. Сказал бы, что ядерная, но в этом случае мы бы все давно передохли.
— Сейчас ясно одно: убежища нет, — вернула всех в реальность Кэсс. — Где-нибудь переночуем, а завтра решим, куда пойти.
Мэтт огляделся.
— Пора найти безопасное место для ночлега.
Группа отправилась на поиски. Ракель отошла от кратера последней. Она долго смотрела в кромешную тьму и прокручивала в голове слова Джеймса. Что, если он прав? Может, тот чокнутый — Макс Пайпер — был заодно с правительством? Может, те объекты были настоящими ядерными бомбами?
Человечество заставили поверить в существование мощнейших бомб, превращающих в пепел целые города. Люди боялись ядерной войны больше, чем обыкновенной. Каждый знал о горьких судьбах японской Хиросимы и советского Чернобыля. Многие своими глазами видели, как действует радиация на организм человека. Как заставляет его умирать медленно, в муках.
Но что, если от жителей планеты скрыли другой вид оружия массового поражения? Что, если, строя бункеры, просвещенные готовились вовсе не к атомной зиме, а к воскрешению мертвых? Кем был загадочный Макс Пайпер, и жив ли он еще?
Тяжело осознавать, что тебя годами, возможно, водили за нос. Пресса, радио, телевидение… везде врали и скрывали истинное положение вещей. Заставили людей поверить в ложь и бояться ее, а сами нанесли удар, которого никто не ждал.
Идеальная война. Все началось с игры, которая свела с ума тысячи, если не миллионы подростков по всему миру. Пока они убивали себя из-за смертей аватаров, правительство разрабатывало уникальное оружие. Кто еще, кроме Америки, в этом участвовал? Россия? Китай? Евросоюз? Индия? А, может, весь мир? Может, правители всех стран решили избавиться от «простонародья» и основать на Земле единую, «элитную» расу?
Ракель уже не сомневалась, что за случившимся стоял не один человек. И даже не десять. Кто-то давно это придумал, и, следует признать, все прошло безупречно. Никто даже не заподозрил в первые дни, что началась Третья Мировая. Обыватели боялись, что правители нажмут на кнопки и десятки ракет полетят над океанами. А все вышло гораздо проще: что-то упало в воду, не создавая шума. Люди заболели постепенно; вера в то, что скоро все закончится, продержалась достаточно долго. Когда эпидемия вышла из-под контроля, религиозным фанатикам удалось убедить общество в том, что Господь низверг кару на человечество. Мало кто считал, что Бог здесь ни при чем. Когда-то Ракель услышала фразу, которую запомнила на всю жизнь. Она уже забыла, кому принадлежат слова, но их смысл ничто не сотрет из памяти:
XVI. Франк
Пса нигде не было. Скорее всего, он убежал и спрятался, но в голову почему-то приходили совсем другие мысли.
Мертвецы разошлись. Видимо, поняли, что здесь им ничего не перепадет. Франк и Хайди провели в участке всю ночь. Как только забрезжил рассвет, оба вышли на поиски Рекса.
Хайди шла с винтовкой наперевес и ругала себя всеми словами. Из-за минутного порыва она лишилась верного друга, который сейчас, возможно, где-то лежит, истерзанный зараженными.
На что она надеялась, вламываясь в полицейский участок? Что отец по-прежнему там, ждет, когда она за ним явится и упадет в ноги с мольбами о помощи? Вероятнее всего, родители, если еще живы, даже не вспоминают о проблемной дочери. Слишком много зла сделала им Хайди, чтобы переживать за нее и ждать возвращения.
Как бы ни было грустно, оставалось признать, что у нее во всем мире остались только Франк и Рекс. А, может, лишь Франк. Девушка поймала себя на мысли, что боится его потерять. Мозгоправ терпеливый, но когда-нибудь и его выдержка даст сбой. Всю жизнь от нее — Хайди — люди старались держаться подальше. И, наверное, правильно делали.
— Рекс! — в сотый раз, полушепотом, позвал Франк. Кричать было нельзя — услышат. А собаке достаточно и такой громкости.
— Надеюсь, что он убежал.
Хайди давно потеряла надежду. Плелась за спутником, безразлично скользя взглядом по пустым домам, подвальным окнам и открытым люкам канализации. Картина угнетала. Поначалу было даже интересно. Хайди любила атмосферу заброшенности, а также истории об апокалипсисе. Когда все началось, она почувствовала некий азарт, приятное напряжение. Несмотря на все ужасы, обрадовалась, что однотипная жизнь изменилась. Но радость улетучилась, как только девушка поняла, с чем столкнулась.
Реальность — не кино. Здесь нет и не будет храбрых борцов, уничтожающих орды зомби одним выстрелом.
В реальности, стреляя, ты только сделаешь их еще больше.
Оставаться в городе было опасно. Тут и там мертвецы собирались в группы, которые могли стать полноценной ордой. Если она заметит живых и устремится за ними, то Dein Traum может перестать быть безопасным местом.
— Надо уходить, — сказал Франк. — Мне жаль Рекса, но его поиски могут привести к необратимым последствиям.
Хайди и сама это понимала. Тяжело было принять факт, что она вряд ли когда-нибудь снова увидит любимого пса, но если продолжат искать, они с Франком могут не выбраться отсюда живыми.
Или привести толпу зараженных в поселок.
Поиски родителей тоже пришлось отложить. Время перевалило за полдень. Воздух, видимо, пропитался запахом выживших, потому что твари начали вести себя агрессивнее. Если еще час назад можно было проскользнуть мимо них незамеченными, то теперь они чуяли людей за сотню метров, и вылезали буквально отовсюду.
— Вернемся к машине, — сдалась девушка, вглядываясь вдаль. По дороге тащилось несколько мертвецов. — Нет смысла искать дальше. Рекс может быть где угодно… если еще жив.
Франк ободряюще потрепал ее по плечу.
— Он умный пес.
Хайди его слова не утешили. Пусть умный, но беззащитный. Рексу нужны еда и вода. Где он их найдет в разрушенном городе? Ведь нет больше старушек, подкармливающих бездомных животных, а магазины и рестораны давно опустошены. И все же надежда не умирала.
— Хорошо. Возвращаемся.
Резко развернувшись, Хайди пошла назад. Франк, еще раз окинув взглядом окрестности, устремился за ней.
Возле полицейского участка, где они оставили машину, толпились зараженные. Особей двадцать, не меньше.