Aila Less – Последний глоток (страница 1)
Aila Less
Последний глоток
Глава 1: Лучший в Пустоши
Бар «У Косого» располагался в самом сердце Нижнего города, в том месте, где даже патрули городского совета предпочитали лишний раз не появляться. Заведение это пользовалось дурной славой среди законопослушных граждан, но для контрабандистов, наёмников и прочего отребья, составлявшего основное население этих уровней, оно было настоящим домом. Внутри было шумно и накурено так, что сизый дым стоял плотной стеной, сквозь которую с трудом пробивался тусклый свет ламп, развешанных по стенам. Пахло здесь кислым пивом и жареным мясом неизвестного происхождения.
Джим Флинн толкнул тяжёлую, обитую ржавым железом дверь и шагнул внутрь, с удовольствием втягивая носом этот знакомый до боли запах. Заведение встретило его одобрительным рёвом десятков глоток — его здесь знали, ждали, любили. Ещё бы, парень, который только что совершил невозможное, вернулся с того света живым и невредимым, заслуживал оваций.
— Джим! — заорал кто-то из дальнего угла, размахивая кружкой так, что половина содержимого выплеснулась на соседей. — Живой, хитрый сукин сын!
— А ты сомневался? — Джим широко, по-мальчишески ухмыльнулся, скидывая с плеча лёгкий пулемёт и небрежно бросая его на ближайший свободный стул. Оружие глухо стукнуло прикладом о дерево, и несколько человек за соседним столиком невольно покосились на него с уважением.
Джим Флинн в свои двадцать восемь лет выглядел именно так, как и должен выглядеть человек, зарабатывающий на жизнь перевозкой грузов через мёртвые земли. Высокий, жилистый, с обветренным лицом, на котором давно уже поселилась лёгкая небритость, ставшая почти частью образа. Вечно взлохмаченные волосы, спадали на глаза, и он то и дело откидывал их привычным движением. Одет он был в потрёпанную лётную куртку из толстой кожи, и в такие же потрёпанные штаны, заправленные в высокие ботинки с металлическими вставками. На поясе висели два пистолета — старые, довоенные, но ухоженные, с потёртыми рукоятками. За спиной, под курткой, угадывался длинный шрам.
Он прошёл к стойке, расталкивая локтями встречающих, хлопающих его по плечам, и жестом подозвал бармена — толстого, лысого мужика с механической рукой.
— Всем выпивки за мой счёт! — гаркнул Джим, перекрывая шум голосов. — Ставь на стойку всё, что есть, Косой! Сегодня я гуляю!
Бармен, которого все здесь звали просто Косым, одобрительно крякнул и принялся выставлять на стойку пластиковые стаканы и кружки, наполняя их из разных бочек и бутылок. Толпа загудела с новой силой, кто-то полез обниматься, кто-то просто орал от восторга. Джим плюхнулся на высокий табурет, закинул ногу на ногу и с наслаждением потянулся, хрустнув суставами.
Из-за стойки, кряхтя и потирая механическую руку, выполз старый механик, которого все звали просто Дедом. Он работал здесь чуть ли не со дня основания бара, знал всех и вся. Дед взял грязную тряпку, и принялся тереть ею стойку, глядя на Джима с выражением в котором смешивались гордость и плохо скрываемая тревога.
— Джим, — произнёс он прокуренным голосом, — ты когда-нибудь сдохнешь в своей кабине. Я тебе сто раз говорил: Зона не прощает ошибок. А ты лезешь туда снова и снова, как будто смерти ищешь.
Джим усмехнулся, и потянулся за кружкой, которую Косой поставил перед ним.
— Обязательно, Дед, — ответил он, подмигивая старику. — Обязательно когда-нибудь сдохну. Прямо там, в кабине, с джойстиком в одной руке и бутылкой виски в другой. Это будет красивая смерть, Дед. О ней легенды сложат.
— Легенды, — проворчал старик. — Легенды складывают о мёртвых, Джим. А ты пока ещё живой. Думать надо, а не рисковать.
— Думать — это скучно, — отмахнулся Джим, делая большой глоток. — Жить надо весело, Дед. Потому что второго раза ни у кого нет.
— Жить, — старик вздохнул и махнул тряпкой. — Ты бы остепенился, Джим. Нашёл бы себе нормальную работу, девушку хорошую, дом купил в Башнях, где воздух чистый. А то всё мотаешься по Пустошам.
— В Башнях? — Джим расхохотался так громко, что несколько человек за соседними столиками обернулись. — Дед, ты меня с кем-то путаешь. Я контрабандист, а не клерк. Моё место здесь, внизу. А Башни... — он махнул рукой куда-то вверх. — Башни пусть живут своей жизнью. У нас свои игры.
Он допил кружку одним долгим, жадным глотком и жестом попросил добавки. Косой послушно наполнил её снова. Вокруг кипела обычная барная жизнь: кто-то играл в карты на раздевание, кто-то спорил до хрипоты о лучших маршрутах через Зону, кто-то просто напивался в стельку, чтобы забыть очередной неудачный рейс. Женщины лёгкого поведения, подкрашенные дешёвой косметикой и одетые в яркие тряпки, вились вокруг столов в надежде заработать на выпивку. В углу какой-то пьяный сталкер горланил старую песню о том, как хорошо дома, когда тебя никто не ждёт. Джим расслабленно сидел на табурете, впитывая эту атмосферу. Он любил это место. Любил этот шум, этот гам, этот запах. Здесь он был своим. Здесь его знали, уважали, побаивались.
Краем глаза он заметил какое-то движение у входа, но не придал этому значения — в бар постоянно кто-то входил и выходил. Однако через минуту он почувствовал, что кто-то стоит у него за спиной, и этот кто-то не спешит присоединяться к общему веселью. Джим медленно обернулся. Перед ним стоял человек. Тощий, даже тощее обычного для обитателей Нижнего города, закутанный в длинный, потёртый плащ с капюшоном, надвинутым так низко, что лица было практически не разглядеть. Виднелся только острый, выступающий вперёд подбородок и тонкие, бескровные губы.
— Джим Флинн? — спросил он тихим голосом.
— Допустим, — ответил Джим, не меняя расслабленной позы, но правая рука незаметно легла на рукоять пистолета. — А ты кто такой, чтобы интересоваться?
— Можете называть меня Посредником, — человек слегка шевельнул губами. — У меня к вам деловое предложение.
— Я весь во внимании, — усмехнулся Джим. Посредники Синдиката просто так по барам не шастают.
— Здесь не место для таких разговоров, — Посредник чуть повернул голову, обводя взглядом шумную толпу. — Слишком много ушей. Выходите на улицу, через пять минут. И не берите с собой оружие.
— Я без оружия — как без штанов, — хмыкнул Джим. — Не убедил.
— Берите, — равнодушно согласился тот. — Мне всё равно. Только учтите: если выстрелите, потеряете заказ. А заказ, поверьте моему слову, стоит того, чтобы потерпеть неудобства.
Посредник развернулся и так же бесшумно, как появился, растворился в толпе, оставив после себя только лёгкий запах озона и каких-то лекарств. Джим проводил его взглядом, допил вторую кружку и задумался. Заказы от Синдиката — штука опасная. С одной стороны, платят они всегда щедро, иногда даже слишком щедро. С другой стороны, если что-то пойдёт не так, труповозка может не понадобиться — хоронить будет нечего.
— Кто это был? — спросил Дед, подходя поближе и понижая голос. Он всё видел и всё понял правильно.
— Посредник, — коротко ответил Джим. — Синдикат.
Старик присвистнул и перекрестился, хотя в Пустоши вера была понятием абстрактным.
— Джим, не связывайся с ними, — заговорил он быстро, тревожно заглядывая парню в глаза. — Добра от этого не бывает. Сколько уже людей полегло из-за их заказов? Счёт потеряли. Золото, конечно, хорошо, но жизнь дороже.
— Жизнь, Дед, у нас у всех одна, — философски заметил Джим, вставая и поправляя пистолеты на поясе. — И заканчивается она всегда одинаково. Вопрос только в том, сколько ты успеешь взять от неё до финала.
— Дурак ты, Джим, — покачал головой старик. — Молодой, глупый идиот.
— Возможно, — согласился Джим, надевая пулемёт на плечо. — Но дурак с деньгами лучше, чем умный без гроша. Подожди меня, Дед, я скоро вернусь. И тогда мы продолжим наш разговор о смысле жизни.
Он вышел из бара в сырую, промозглую темноту переулка. В нескольких метрах от входа, прижавшись к стене, стоял Посредник.
— Быстро вы, — заметил он без всякого выражения.
— Время — деньги, — отрезал Джим. — Говори, что за заказ.
Посредник помолчал, словно собираясь с мыслями, потом заговорил тем же лишённым эмоций голосом:
— Вам нужно забрать груз из Зоны Отчуждения. Координаты я передам. Груз особый, деликатный. Требует аккуратного обращения. Доставить его нужно в Нью-Рино, в одно место, которое укажут дополнительно.
— Что за груз? — спросил Джим напрямик. Он не любил, когда темнили.
— Это не вашего ума дело, — отрезал Посредник. — Ваша задача — взять, довезти, получить деньги. Вопросы не задавать.
— Я задаю ровно столько вопросов сколько нужно, чтобы не вляпаться в дерьмо, — жёстко ответил Джим. — Если груз — наркота или оружие, мне без разницы. Если там что-то, что привлечёт ко мне внимание военных или городского совета, я хочу знать заранее.
Посредник снова замолчал, и в этом молчании чувствовалась напряжённая работа мысли.
— Хорошо, — произнёс он наконец. — Скажу так: груз живой. Но это не животное и не пленник. Это... образец. Ценный образец, за которым охотятся очень влиятельные люди. Если вы доставите его первым, получите в пять раз больше обычного гонорара. Но учтите, за грузом уже охотятся.
— В пять раз, — медленно повторил Джим, прикидывая в уме цифры. Это были серьёзные деньги. На такие можно было купить новый корабль, квартиру в Башнях и даже осталось бы на безбедную старость.