Аида Родан – Любовь по назначению Спустя… (страница 6)
И они вышли из кабинета – улыбающиеся, перекидываясь легкими шутками. Их общий смех звенел в тихом вечернем коридоре, разгоняя тени и обещая простые, но такие ценные мгновения настоящего человеческого тепла.
Глава 4
Олег казался миру воплощением успеха, словно высеченным из холодного мрамора амбиций и несгибаемой воли. Его состояние исчислялось цифрами с таким количеством нулей, что они теряли всякий смысл, превращаясь в абстракцию. Пентхаус на верхнем этаже небоскреба, с панорамными окнами, открывающими весь город к его ногам, был не просто жильем – он был символом его триумфа, стеклянной короной на голове короля собственной судьбы. Он добивался всего, к чему стремился, подчинял себе обстоятельства, которые другим казались неприступными. Все, кроме одного – тихого, теплого пристанища в глазах родного человека. Он искал свою вторую половинку, ту единственную, что смогла бы наполнить безмолвные залы его империи не просто теплом, а настоящим, живым смыслом.
Именно от этого гнетущего одиночества, особенно яркого и несправедливого на фоне такого оглушительного успеха, он и устроил в своей стерильной, безупречно роскошной квартире баскетбольную комнату с идеальной шумоизоляцией. Здесь, в ритмичном, монотонном стуке мяча о полированный паркет и мягкий щит корзины, он находил подобие медитации, попытку заглушить внутренний гул пустоты. Но сегодня даже эта отлаженная механическая игра не приносила успокоения, лишь сильнее подчеркивая зияющую тишину внутри. В сердцах отшвырнув мяч в угол, где он бесшумно отскочил от стены, Олег решил сделать перерыв.
Он опустился в глубокое кожаное кресле, и его пальцы автоматически открыли ноутбук. Система тут же уведомила его о новой анкете на сайте знакомств – еще одном виртуальном послании в бутылке, брошенном в безбрежный океан одиночества.
Олег с долей привычного, почти уставшего скепсиса, движимого скорее рутиной, нежели искренней надеждой, начал листать профили. И вдруг его пальцы замерли. Взгляд, скользящий по экрану, наткнулся на фотографию и прилип к ней. На него смотрела девушка. До боли, до спазм в сердце, до перехватывающего дыхание узнавания похожая на нее. На Николь. Та же линия скул, тот же разрез миндалевидных глаз, обещающий бездонность, тот же наклон головы. Сердце на мгновение сжалось в ледяных тисках, заставив его инстинктивно выпрямиться.
«Не может быть… – первая, обжигающая мысль пронзила сознание как молния. Слишком уж похоже. Почти мистически. Но… имя было другое. Адель.
Адель…
Имя мягкое, певучее, совсем не похожее на то, что он когда-то шептал. Оно висело в воздухе, обрастая вопросами. Секретарь. Он попытался представить ее с папкой документов на подхвате, но воображение упрямо рисовало другой образ – Николь с мольбертом в руках, с каплями красками на фартуке. Хобби? Теннис, фитнес. Николь предпочитала прогулки и тихие вечера с книгой. Но вот это «булочки». Это неожиданное, домашнее, даже немного наивное увлечение заставило его скептически ухмыльнуться, но в глубине души что-то дрогнуло.
«Прошли годы, – тихо прошептал он, и в уголке его губ заплясала тень улыбки, сметая на мгновение привычную суровость. – Может, теперь она и впрямь любит булочки».
А потом его взгляд упал на графу, которая все усложнила. «Легкие отношения». Легкие… Что именно скрывалось за этим емким, то таким размытым словом у этой загадочной Адель? Он снова приблизил фотографию, вглядываясь в каждый пиксель, пока глаза не начали сливаться. Сходство было поразительным, почти пугающим. Но теперь он угадывал и отличия. Возможно, это была просто игра света, игра его уставшей, измученной памяти, так жаждущей встретить хоть какое-то отражение прошлого.
«Если это не она, – размышлял он, откидываясь на спинку кресла, – то почему бы не предложить встретиться на чашку кофе?» Мысль казалась простой и логичной. Но там четко обозначено: «легкие отношения». А если это все-таки она? Тогда она вряд ли согласится даже на столь невинное предложение. Слишком много невысказанного, слишком много боли осталось между ними.
Потребовалась еще одна серия бросков в корзину, еще одна отчаянная попытка загнать навязчивые мысли в четкий ритм физической нагрузки, в стук мяча, в напряжение мышц. Но тяга написать, разрешить эту мучительную загадку, пересилила всякую логику. Он снова устроился перед экраном, его пальцы замерли над клавишами, будто боясь совершить ошибку.
Что предложить в рамках этих самых «легких отношений»? Что-то, что не будет похоже на попытку возобновить прошлое, натянуть старую кожу на новую жизнь. Что-то простое и понятное для двоих взрослых, одиноких людей, которые, возможно, просто ищут возможности разделить тишину, чтобы она не была такой оглушительной. Нужны были слова, лишенные прошлого, обращенные только в настоящее.
Ответ пришел сам собой – рожденный не столько желанием, сколько скукой, привычным цинизмом и годами выстроенной защиты от возможных разочарований. Его пальцы вывели несколько сухих, формальных фраз о себе: предприниматель, увлечения… А затем, почти на автомате, родилось главное предложение – холодное и откровенное, намеренно лишенное намека на романтику, будто деловой контракт.
Не позволив себе ни секунды сомнений, он резко нажал «Отправить». Сообщение ушло в цифровую пустоту, а в его собственной душе воцарилась еще более гулкая, звенящая тишина. Он неотрывно смотрел на экран, где сообщение упорно висело со статусом «Доставлено». Это молчание начало разъедать его изнутри, превращаясь в навязчивый, раздражающий звук – словно тиканье часов в абсолютно пустой комнате, отчетливо слышимое в такт биению собственного сердца.
В конце концов, Олег сдался. Он отправился под струи душа, надеясь, что вода сможет смыть это навязчивое ожидание, этот внезапный крючок, зацепившийся где-то глубоко внутри. Вода омыла его тело, но не смогла очистить мысли. А потом, едва коснувшись головой подушки, его накрыла волна забытья, и он погрузился в глубокие, беспросветные объятия Морфея, где даже сны не смели нарушить выстроенные им границы.
Ему снилась Николь. Не загадочная Адель с сайта знакомств, а та самая, прежняя Николь, с сиянием в глазах и бездной нежности в голосе, от которой перехватывало дыхание. Они гуляли по осеннему парку, где ковер из багряных листьев мягко шуршал под ногами. Ее рука лежала в его ладони – теплая, живая, пульсирующая настоящим моментом. Они о чем-то смеялись, и ветер трепал ее волосы, разбрасывая по плечам золотистые пряди. Потом они зашли в маленькую, уютную кофейню, пахнущую корицей и свежемолотым кофе. Она, смеясь, выбирала самую большую, румяную булочку, щедро посыпанную сахарной пудрой, и делилась с ним, протягивая крошечные, сладкие кусочки прямо в рот.
Во сне царила та самая, утраченная годами, легкость бытия, когда счастье казалось не целью, а естественным состоянием души.
Он проснулся с ощущением, будто в груди, на месте выжженой пустыни, распустился теплый, солнечный цветок. На миг, затуманенным сном, ему показалось, что щека еще хранит прикосновение ее ладони, а в комнате витает сладких запах корицы. Сердце забилось в безумной надежде, что все это было наяву, что она действительно вернулась.
Но суровая реальность пустынной спальни быстро вернула его к действительности. «Еще не явь», – с горькой усмешкой констатировал он про себя, и сладкий цветок в груди мгновенно завял, оставив после себя лишь знакомую щемящую пустоту.
Он быстрыми шагами, едва не споткнувшись о край ковра, направился к ноутбуку, стоявшему на журнальном столике. Экран холодно вспыхнул, сообщая ему то же самое, что и перед сном. Сообщение «доставлено». Ни ответа, ни даже намека на то, что его прочитали.
«Ну что ж, – попытался он успокоить себя, снова ощущая, как сладкое, предательское предвкушение возможной встречи щекочет нервы. – Наверное, она просто спала. В конце концов, я отправил его глубокой ночью».
Собравшись, он на мгновение задержался у зеркала в прихожей. Отражение показывало безупречный образ: уверенный взгляд, идеально сидящий костюм, расслабленная поза. Но за этим фасадом скрывалось нечто иное – трепетная, почти юношеская надежда, которую он, казалось, давно похоронил под многолетними слоями цинизма и делового успеха. Она пробивалась сквозь них, как первый росток сквозь асфальт.
Он отправился в свой офис – просторный лофт в стиле хай-тек, с панорамными окнами от пола до потолка, открывающими вид на кипящий внизу город. Воздух здесь был наполнен тихим гулом технологий и насыщенным ароматом свежесваренного кофе. Весь день, раздавая указания сотрудникам и просматривая отчеты, он с навязчивой регулярностью бросал взгляд на экран своего ноутбука. Каждый раз его встречало все то же безжалостное «доставлено». Это молчание начинало раздражать, как тиканье часов перед важным событием.
И вот, в разгар совещания, когда его заместитель докладывал о квартальных показателях, он снова машинально скользнул взглядом по экрану и замер. Статус изменился. Две синие галочки. Прочитано.