Аида Родан – Инвестиции в смерть (страница 10)

И тут – звук.

Незнакомый. Резкий.

Я обернулась. В коридоре, на полу, лежал ноутбук – тот самый, который он мне вручил. Он пищал.

Сердце ушло в пятки. Я открыла крышку – и увидела его.

Эрик. В реальном времени. На экране.

Я даже не успела сгладить выражение лица – а оно, видимо, выдало весь мой шок, потому что первое, что он сказал, было:

– Татьяна, что случилось? У вас все в порядке?

Его голос – бархатный, спокойный, но для меня сейчас звучал как угроза.

Я даже рта не успела открыть, чтобы что-то ответить, а он уже показал в камеру стаканчик с кофе.

– Спускайтесь. Давайте пройдемся.

И отключился.

Я засмеялась. Не от веселья – от абсурда.

Он опережает меня на шаг.

Нет.

На три.

Он стоял у подъезда, залитый утренним солнцем, с двумя стаканчиками кофе в руках. Будто ждал не пять минут, а всю жизнь.

– Вы, как всегда, хороши, – сказал Эрик, протягивая мне один из стаканчиков.

Голос его звучал так, будто он произносил комплимент не мне, а самому факту моего существования. Я взяла кофе, пальцы слегка дрогнули от неожиданной теплоты картонного стакана.

– Я не знаю твои предпочтения.

– Мы же на «ты»? – улыбнулся он и сделал глоток из своего стакана.

Я прикрыла глаза, вдыхая аромат – сладковатый, с нотками карамели. Кофе с молоком. Мой любимый.

– Я люблю кофе с молоком, – призналась я, отпивая маленький глоток. Горячая жидкость обожгла губы, но было приятно. – Вкусно. Благодарю.

Мы пошли. Молча.

Погода стояла идеальная – солнце ласкало кожу, легкий ветерок шевелил волосы, и каждый вдох наполнял легкие свежестью. Я давно не гуляла просто так. Слишком давно. Вечно машина, встречи, дела… Забыла, каково это – идти, никуда не торопясь, и чувствовать каждый шаг.

– Ты хочешь отказаться?

Его вопрос врезался в тишину, как нож. Будто он действительно прочитал мои мысли.

Я замедлила шаг, сжала стаканчик чуть сильнее.

– Эрик, ты прав. – Голос мой звучал тише, чем я ожидала. – Я думаю, мне это ни к чему. Мне нравится моя мини-империя. Твоя… большая для меня. Я хочу остаться вашим клиентом.

Прикусила губу. Ждала. Что он скажет? Рассмеется? Разозлится? Нахмуриться?

Но он лишь вздохнул, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на сожаление.

– Мне надо было тебе все рассказать с самого начала, а я напугал своим рвением.

Он остановился, повернулся ко мне. Солнце играло в его глазах.

– Компанию создали мои родители. А я продолжаю их идею. Приглашаю людей, только когда чувствую, что либо им это нужно, либо они нужны компании.

Я замерла. Что он задумал?

– Ты нужна компании. Ты разбираешься в косметологии, знаешь, чего хотят женщины. Мне не хватает именно такого человека.

Он сделал паузу, будто давая мне время осознать его слова.

– Я предложил бы тебе должность исполнительного директора, но ты бы сразу отказалась.

Правда. Я бы отказалась.

– Поэтому пошел ва-банк. Предлагаю долю в компании. Ведь это интереснее, да? Ты останешься при своем бизнесе, но у тебя будет гораздо больше возможностей. Для тебя. Для твоего салона. Прочти договор.

Его глаза были такими открытыми, такими беззащитными, что я просто проваливалась в них. В этот момент, если бы он сказал: «Пойдем со мной на край света» – я бы пошла. Если бы попросил: «Откажись от всего» – я бы задумалась. Но он просто смотрел, а я, собрав остатки воли, пообещала:

– Я изучу договор. Прежде чем решу.

Мы шли по тихой улочке, где время, казалось, замедлило свой бег. Старые деревья, уже тронутые осенью, шептались листьями, окрашенными в золото и медь. Сентябрьский воздух был свежим, с легкой горчинкой увядания, но от этого – только еще более живым. Кофе в моих руках согревал пальцы, а его сладковатый аромат смешивался с запахом опавшей листвы – как обещание уюта.

Эрик шагал рядом, время от времени бросая на меня взгляды, будто проверял: «все еще здесь?»

– Я всегда удивлялся, как люди могут любить капучино с корицей, – произнес он наконец, делая глоток из своего стаканчика. – Это как десерт, а не кофе.

Я улыбнулась, ловя легкую нотку брезгливости в его голосе.

– А что пьешь ты?

– Эспрессо. Черный, крепкий, без сахара. – Он усмехнулся, и в уголках его глаз собрались мелкие морщинки, словно от привычки щуриться на солнце. – Как моя жизнь.

– Ты драматизируешь? – я рассмеялась, но в голосе его не было шутки.

Он пожал плечами, и тень пробежала по его лицу.

– Может быть.

Мы прошли мимо небольшого парка, где дети визжали на качелях, а их родители, укутанные в легкие шарфы, ловили последние теплые лучи. Это было так просто, так обычно – и от этого у меня сжалось сердце.

– А ты когда-нибудь думал о том, чтобы просто остановиться? – спросила я.

– Остановиться? – Он повернулся ко мне, и в его взгляде читалось искренне недоумение.

– Ну, знаешь… Взять паузу. Пожить обычной жизнью. Не думать о бизнесе, о контрактах…

Он замер на секунду, и я увидела, как что-то мелькает в его глазах – то ли сожаление, то ли страх.

– Было время, когда я мечтал об этом, – сказал он наконец, и голос его звучал тише, глубже. – Но потом понял, что моя работа – это часть меня. Если остановлюсь… то потеряю себя.

В его словах была тяжелая правда, и я вдруг ощутила, как между нами исчезает дистанция. Не потому, что он стал ближе. А потому, что я наконец разглядела его.

Не бизнесмена.

Не стратега.

Просто человека.

Такого же одинокого, как и я.

Его слова задели меня за живое, будто кто-то неосторожно дотронулся до обнаженного нерва. Для меня работа всегда была просто способом выжить, дорогой к независимости. Но для него это было дыханием. Частью души.

– А ты почему решила заняться салоном красоты? – спросил он внезапно, и в его глазах мелькнул искренний интерес.

Я задумалась, впервые за долгое время вспоминая начало.

– Наверно, потому что хотела делать людей счастливыми. – Губы сами растянулись в улыбке при этих словах. – Когда человек смотрит в зеркало и видит себя красивым – он улыбается. И это… приятно.