Агния Воронцова – Коронованная Смертью | Академия «Калевала» (страница 15)

– Погодите, мы куда-то спешим? – осторожно уточняю я, стараясь не шевелить губами, чтобы не испортить старания Люцеи.

– Именно, – отвечает мне Август, – идём в лес вызывать Лихо одноглазое.

Люцея хихикает.

– Готово, – она улыбается, довольная своим результатом.

Мы спускаемся на первый этаж, и я замечаю Микаэля. Увидев нас, он встаёт с дивана и подходит ближе.

– Пожалуй, начнём наш пир, – хлопает в ладони Август и идёт в сторону выхода.

– Мы действительно пойдём в лес вызывать кого-то? – шепчу я на ухо Люцеи.

Она смеётся и берёт в руки плетёную корзину.

– Нет, конечно, мы идём к озеру на полуночный пикник.

Мы выходим из обители. На улице уже темно и прохладно. Микаэль, идущий позади меня, молча накидывает мне на плечи свой твидовый пиджак, замечая, как я обнимаю себя, пытаясь согреться.

– Спасибо, – я слегка улыбаюсь.

Когда мы подходим к берегу озера, Люцея открывает корзинку и расстилает плед, расставляя на нём закуски и свечи в баночках. Август запрыгивает первым и хлопает рукой по одеялу, приглашая нас присесть рядом, пока Люцея зажигает свечи. Мы с Микаэлем усаживаемся на плед, и Люцея протягивает мне стеклянную бутылку.

– Ты первая, – она хихикает, – это наше посвящение.

– Вы каждому новенькому студенту устраиваете такие ночные пикники? – я откручиваю крышку и нюхаю содержимое.

– Нет, конечно. Только тем, кто нам очень нравится, – подмигивает мне Август, тут же натыкаясь на локоть сестры.

– А разве преподаватели не поймают нас здесь?

– Сегодня они практически всю ночь проведут на педсовете за подготовкой к завтрашнему торжеству.

Я неуверенно делаю маленький глоток, пробуя напиток на вкус.

– Фу, гадость какая, – морщусь я, передавая бутылку следующему по кругу.

– Идут, – мямлит Август, принимая полулежачее положение.

Моему взору предстаёт невероятная завораживающая картина. Блондинка с длинными вьющимися волосами не идёт, а шествует в нашу сторону, гордо приподняв голову. Афродита во всей своей красе.

Перед моими глазами мелькают туманные видения: прогулки по музеям и дорогим ресторанам; горький шоколад, просекко и аромат дорогих духов, переносящий меня в мир Мариинского театра.

Возле неё идёт такой же неподражаемый Александр. Рыже–золотые вьющиеся волосы переливаются при лунном свете. От взгляда на него в голове появляются воспоминания о героях лорда Байрона: горький кофе и бессонные ночи под симфонии Бетховена; немногословность и болезненный перфекционизм в учёбе.

Аристократы в своём истинном виде.

Они опускаются на плед с особой грацией, как кленовые листья, падающие на землю во время листопада. В руках у Александра бутылка белого вина и два фужера. Он открывает вино, разливает его по бокалам и протягивает один из них светловолосой девушке.

– Это Северина, – говорит мне Август, протягивая девушке сигарету, – Разумовская.

Я приподнимаю брови и поворачиваюсь в сторону Микаэля.

– Всё верно, я его сестра, – объясняет она своим меланхолично-ангельским голосом.

– Младшая сестра, – заключает Микаэль ледяным тоном.

– А это – Александр. С ним ты уже знакома, – продолжает брат Люцеи.

– Вы тоже наследники каких-то кланов? – интересуюсь я.

– Да, – Северина подносит сигарету к губам и зажимает её зубами. Девушка наклоняется к пламени от спички, которая тут же появляется в руках Александра.

– Я наследница Клана Воды, – произносит она, выдыхая удушливый табачный дым, – а Александр относится к Клану Земли.

– Значит, ты тоже элементаль воды? – я поворачиваюсь в сторону Микаэля.

Он открывает рот, чтобы ответить, но не успевает. Его младшая сестра берёт верховенство.

– Нет.

Я прищуриваю глаза, не поняв её ответа.

– Почему?

Она делает загадочное выражение лица.

– Смерть нельзя обмануть, но с ней можно подружиться.

Я всё ещё не понимаю её попыток намекнуть мне на какую-то секретную тайну.

– Он – равк, – всё так же спокойно продолжает Северина, – а равки не могут управлять стихиями, потому что фактически они мертвецы, питающиеся человеческой плотью. А это противоречит законам природы.

Я ошарашенно застываю на несколько мгновений, а затем начинаю отползать от Микаэля с испуганным выражением лица, отчего двойняшки заливаются хохотом.

– Аида, успокойся, – сквозь смех произносит Люцея, – для нас он не представляет никакой опасности.

– Поверю на слово… – тихо шепчу я, всё ещё смотря на парня так, будто прямо передо мной сидит Кощей Бессмертный. – А на каком курсе вы все обучаетесь?

– Мы с Августом на четвёртом, – отвечает мне Люцея, – Северина с Александром учатся на третьем курсе, потому что они на год младше нас. Микаэль на пятом, а Карл уже на шестом. В этом году у него начинается углублённый курс по целительству, после которого он получит диплом об обучении в академии по данной специальности.

Время до рассвета пролетает незаметно. Мы смеёмся, пока пьяный вдрызг Август зачитывает нам стихи Бродского, театрально размахивая руками в разные стороны. Северина лежит рядом с Александром, пока тот незаметно для неё проводит пальцами по её волосам. Люцея начинает странно себя вести, полностью привлекая моё внимание своим поведением. Она то и дело поворачивается в противоположную от нас сторону, где на минуточку никто не сидит, и что-то отвечает этому пустому месту, будто бы поддерживает с ним диалог.

Напилась до «белочки»?

Я перевожу вопросительный взгляд на её брата.

– Она что-то видит?

Он отрицательно качает головой в ответ.

– Это – голос в её голове. Её подселенец.

– Какой ещё подселенец? – недоверчиво интересуюсь я.

– Наш нерожденный брат, которого она поглотила во чреве. Мы должны были родиться тройняшками, но увы, – парень поджимает губы и разводит руками.

– Я всё ещё не понимаю… почему она слышит его? – шёпотом спрашиваю я, пододвигаясь ближе к Августу.

– Не захотел уходить в мир иной и зацепился за сестру. Люцея слышит его голос в своей голове с детства. Конечно, изначально она чуть не сошла с ума из-за него, но вскоре даже подружилась с ним, – он хмыкает, – Сантьяра предлагала изгнать его в Загробное царство, но сестра теперь даже против этого. Говорит, что с ним ей живётся намного интереснее.

Действительно, что может быть интереснее, чем всю жизнь общаться с нерожденным братом?

Первые лучи света начинают отражаться на водной глади озера. Я лежу на боку, слушая рассказы Люцеи про болотных чертей и лесавок, с которыми она сталкивалась в лесах за академией. Изо всех сил пытаюсь не смотреть на Микаэля, который пялится на меня всю ночь, совершенно не скрывая этого.

– Кажется, кто-то хочет затащить тебя в постель, – шепчет мне на ухо подруга, тоже замечая это.

В ответ я лишь закатываю глаза, удивляясь её прямолинейности. Отворачиваюсь в сторону озера и вижу странную картину: над водой летают несколько огней.

– Это… что такое? – я тыкаю пальцем в сторону водоёма, – я настолько пьяна, что вижу галлюцинации?

– Ах это, – Люцея отмахивается рукой, – это – магические огненные шары. Не бойся, для нас они не представляют опасности.

– А для обычных людей?

– Только для их психики, – хихикает она. – Но это вряд ли произойдёт, люди сюда не суются.

– Почему? А если сюда случайно заедут какие-нибудь путешественники? Не могу поверить, что ещё никто не видел этого места.