Агния Арро – 140 ударов в минуту. Сложные отношения (страница 5)
Сердце начинает отбивать обратный отсчет.
Пульс подскакивает. Наши мотоциклы срываются со своих мест. Тело встречается с ветром, как с лучшим другом. Звуки моторов заглушают все в пространстве, картинка перед глазами сужается до нашего трека. Мой «Дукати» послушно входит в первый поворот рядом с Яромиром. В голове прокручиваются картинки из видео Чижика, и я тут же вижу эти маневры перед собой.
Мы летим рядом, колесо в колесо, он не дает мне ни сантиметра форы. Он точен и безупречен. Я тоже не отстаю. Мой мотоцикл как продолжение меня, послушный, надежный, верный. Он несет меня вперед под музыку моего сердца, шелест ветра и вой двигателей. Асфальт под колесами давно превратился в смазанное серое полотно. Я вхожу в еще один поворот, радуясь, что изучила своего соперника, и теперь у меня есть реальный шанс победить.
Стоит мне об этом подумать, всего на долю секунды, как все меняется. Яромир снова становится похож на Тень. Оставив ее на асфальте, смещается на внешний круг трека. Я не понимаю, что происходит, но мчу вперед, потеряв соперника из виду еще на доли секунды. Перед нами финальный поворот. Сердце сжимается, замирает, и… Ярг прямо передо мной влетает в него и уходит далеко вперед, а я…
Я, как дура, хлопаю ресницами под шлемом, только сейчас понимая, что он сделал.
Пересекаю финиш. Снова вторая. Черт! И ведь никого в этом не обвинить. Он просчитал меня как маленькую, а я посмела подумать, что у меня есть шанс победить. Непростительная ошибка, Кис за это дал бы по мягкому месту. Эмоциям нельзя давать волю на гонке, так что в этот раз я проиграла заслуженно.
Яромир разворачивает мотоцикл и выравнивает его рядом с моим. Снимает шлем. Его темные волосы влажные и растрепанные, делают вид парня небрежным, и, как бы я не хотела это признавать, привлекательным. Но сейчас мне точно не до этого.
— Ты поняла, где ошиблась? — спокойно спрашивает он тоном наставника.
— Да, — уверенно смотрю ему в глаза. — Исправлюсь.
— Даже не сомневаюсь. Умение учиться у сильного соперника — хорошее качество, — в его словах нет ни насмешки, ни снисхождения. Только констатация фактов и какая-то скупая, мужская поддержка.
Мне остается признать, что Гордей был прав, Ярг гораздо сильнее, и не только на треке. Это вызывает у меня очень странное, совершенно непонятное чувство. Решаю разобраться с ним позже, благодарю парня за гонку и уезжаю к вагончикам.
Рядом появляется Чижик с камерой. Открывает рот, набрав в легкие побольше воздуха, от чего его грудь выпячивается вперед, и тут же сдувается, не издав ни единого звука, кроме выдоха.
Я решаю немного покататься по городу, чтобы подумать и успокоиться. Мысли плавно текут в моей голове, пока один светофор сменяет другой. Мне понравилась эта гонка, понравилось отношение Яромира. Оно очень отличается от всего, с чем я сталкивалась до знакомства с ним. В конце концов он говорит со мной как с равной, как со взрослой, не пытаясь указать, где место женщины в мужском мире, и не окружает чрезмерной заботой. Он дает мне право быть собой, и это вновь и вновь притягивает мои мысли к его образу.
Через несколько часов останавливаюсь у мастерской брата — еще одно место силы и странного покоя, уверенности, надежности. Тут работает несколько парней. Здороваюсь с ними и сразу ухожу к тому мотоциклу, который собиралась доделать сегодня. Мне не страшно испачкать руки или испортить маникюр, я люблю технику во всех ее ипостасях, даже вот такую, разобранную, похожую на скелет из металла.
Саркис приезжает позже, но не трогает меня, не пристает с вопросами или лекциями. Старший брат знает, что сейчас мне лучше побыть наедине с собой.
Заканчиваю поздно вечером. Оглядываюсь, и вижу, как Ярг тоже занимается байком. И снова сложный «пациент» в его руках. В его жизни все так, да? И когда он прекратит появляться из ниоткуда?
Выхожу на улицу. Вдыхаю полной грудью свежий воздух. Слышу движение за спиной. Оно смещается в бок, а затем перед моим лицом появляется полевая ромашка, и … Тень. Он молча вставляет цветок мне в волосы у виска и встает рядом. Мы смотрим, как темнота захватывает город и все начинает переливаться уличными огнями. Я устала. Зеваю, вынимаю цветок из волос и кручу тонкий стебель подушечками пальцев. Терпкий запах лекарственной ромашки дразнит ноздри. Не удержавшись, чихаю.
— Будь здорова, — произносит Ярг.
— Спасибо, — чешу кончик носа.
— Прокатимся? — спрашивает он. — Покажу пару полезных фишек, — говорит без единого намека на что-либо кроме того, что он озвучил. Это выглядит как дружеское предложение, и не вызывает у меня отторжения.
— Зачем тебе это? Мы соперники, — напоминаю Яромиру.
— Только сейчас. Позже мы можем оказаться в одной гонке, как представители одного клуба.
И тут с ним не поспоришь. Система гонок не так проста, как кажется на первый взгляд, и мы защищаем свой клуб не только в одиночку.
— Хорошо, я согласна. Давай прокатимся, — киваю ему.
ГЛАВА 7
Пока надеваю шлем, замечаю, что Анаит прячет цветок во внутренний карман кожаной куртки, белой, с яркими розовыми вставками по бокам. Это трогательно, она решила сохранить мой маленький подарок. Я хотел, чтобы она улыбнулась, и этот поступок, наверное, можно считать эгоистичным, потому что ее улыбка вызывает у меня приятные чувства, и я захотел испытать их снова.
Пропускаю ее байк вперед и стартую следом, подумав о том, что Саркис будет недоволен, ведь я нагло увез его сестру прямо из сервиса, практически на его глазах. Боюсь, тут у нас с этим парнем могут возникнуть трудности, потому что я благодарен за работу, но решения о том, к кому подходить, с кем и как общаться, принимаю сам.
Анаит едет уверенно, но видно, что город — не ее стихия, хотя она действительно хорошо его знает. Она очень осторожна, соблюдает все правила, будто боится совершить ошибку и ее за это отругают. Вероятно, так и есть. Старший брат держит жизнь Ани на контроле. Догоняю ее, иду параллельно, а на долгом светофоре поднимаю визор шлема и жестом прошу ее сделать так же, чтобы она могла меня услышать.
— Слушай, Спиди, — повышаю голос, чтобы перекрыть городской шум. — Видишь длинный ряд машин на следующем светофоре? Не жди, пока все поедут. Заранее смещайся на полосу разгона, если она есть. Сэкономишь секунды три, а они решают все.
Я уверен, она все знает, но не рискует, а иногда именно способность рисковать помогает выиграть. Я не говорю о безумных поступках, риск тоже должен быть разумным. Но как без него? Как без удовольствия ощутить впрыск адреналина в кровь, вибрацию по всему телу и стук сердца, резко взявшего разгон вместе с мотоциклом? Когда сливаешься с техникой в единое целое. Когда грудную клетку распирает от желания закричать от кайфа, от ощущения полной свободы. Лишь несколько секунд на то, чтобы весь организм, каждая его клетка взорвалась удовольствием, похожим на оргазм после спонтанного, жаркого секса.
Ана кивает. Мы доезжаем до следующего светофора и ждем, когда сменится цвет. Он загорается зеленым. Анаит рефлекторно устремляется вперед в общем потоке автомобилей, но я ее обгоняю, показывая рукой на нужную полосу. Она смещается, догоняет меня, и мы летим вперед, оставляя позади машины, магазины, парк, утонувший в тени высоких деревьев.
Вижу впереди перекресток и решаю притормозить у обочины, чтобы рассказать Анаит, как мы сейчас поедем.
— Не входи в поворот по дуге, как на треке. Срезай угол и сразу встраивайся в поток движения так, чтобы не терять в скорости, а набрать ее еще и уйти вперед. На твоей стороне компактность и маневренность. Это не страшно, если у тебя есть опыт, а у тебя, — указываю на нее пальцем, — он есть. При этом маневре ты должна быть уверена, что встречка пустая, потому что зацепишь в любом случае. Помни, что это город, и тут надо внимательно смотреть по сторонам.
— И наверх, — смеется она.
— Наверх тоже можно, — улыбаюсь ей. — Готова?
Она облизывает губы, ее глаза горят азартом и желанием сделать что-то неправильное, запрещенное. Ани со щелчком захлопывает визор шлема и газует, прилично отрываясь от меня. Рассмеявшись, догоняю ее как раз перед перекрестком. Слежу, чтобы подстраховать, если не получится, но в этот раз она выполняет маневр гораздо смелее, и снова оказывается прилично впереди меня.
Мы еще примерно час гоняем по городу. Я позволяю ей быть впереди, чтобы ловить улыбки, когда она притормаживает и оглядывается, на мгновенье открывая лицо. Под бело-розовым шлемом так много счастья, живой, яркой искренности, хорошего азарта и жажды нарушать правила, что они передаются по воздуху с теплым ветром. Замечаю интересное место впереди и маякую Анаит, чтобы свернула туда.
Через несколько секунд мы уже останавливаемся на парковке у набережной, недалеко от смотровой площадки. Глушим моторы, вокруг нас наступает оглушающая тишина. Я слышу то ли сверчков, то ли цикад, сквозь вату в ушах сложно разобрать. Поздний вечер уже полностью захватил город и в воде отражаются разноцветные огни, а далеко впереди они превращаются в сплошную полосу света. Недалеко от нас стоит киоск с напитками и закусками.
— Будешь что-нибудь? — спрашиваю у Анаит.
— Я бы выпила чай. Ягодный или цветочный, если есть, — она удобнее перехватывает шлем и разминает ноги.