Агатис Интегра – Навмор (страница 45)

— Откуда ты знаешь про деда? — Лазарь прищурился.

— Я... я всё знаю. Я же ваш Рар. Ваш старый друг.

И тут Гордей заметил главное. От Рарога не пахло. Совсем. Настоящий Рар вечно нёс с собой запах гари, металла, машинного масла и немного — жареного мяса. Этот запах въелся в него за триста лет так, что никакая баня не помогала.

А этот был... пустой. Как картонная фигурка.

— Ты не Рар, — твёрдо сказал Гордей.

— Как это не Рар? Я же...

Лазарь шагнул вперёд, раскрыл объятия.

— Ну давай, обними меня. Как раньше.

Рарог замялся. Потом неловко шагнул навстречу.

Лазарь коснулся его — и призрак рассыпался золотой пылью. Красиво, даже поэтично. Но пусто.

— Красиво, — выдохнул Лазарь. — Но где настоящий?

Из-за дальнего костра послышался грохот. Потом мат — длинный, витиеватый, с упоминанием всех богов всех пантеонов и их родственных связей.

— А вот и настоящий, — усмехнулся Гордей.

Из темноты выполз Рарог. Настоящий. Половина лица в ожогах, волосы местами выгорели до черепа, одежда дымится. Хромает, держится за бок, но глаза — живые, злые, родные.

— Вот... придурки... нашлись... — каждое слово через кашель. — Я их... жду... а вы... опаздываете...

— Рар! — братья бросились к нему.

— Стоять! — рявкнул дух. — Сначала... воды... потом... обниматься... А то сдохну... от умиления...

Гордей достал флягу с водой. Рарог жадно припал, половина выливалась мимо — руки дрожали.

— Что с тобой случилось? Где ты был?

— Где был... — Рарог вытер рот. На руке осталась кровь. — В личном аду. Чернобог... устроил. Сказал — посиди... подумай... о верности.

Он попытался встать. Ноги подкосились. Братья подхватили под руки. Степаныч взял молот.

— Полегче... рёбра... вроде целые... но проверять не хочется...

— Надо найти место для привала, — Гордей огляделся. — Подальше от этих...

— Есть... пещера... там... — Рарог махнул рукой куда-то вправо. — Старое... убежище... Может... даже дрова... остались...

***

Пещера оказалась глубокой расщелиной в скале. Внутри — следы старого костровища, пара ржавых котелков, даже связка хвороста в углу.

— Кто-то жил, — констатировал Гордей, разжигая огонь обычными спичками. В Нави магия работала странно, проще было по старинке.

— Много кто... — Рарог опустился на плоский камень у огня. — Беглецы... дезертиры... те, кто... пытался спрятаться...

— От кого?

— От всех.

Огонь разгорелся. Обычный, тёплый, живой. После чёрных костров снаружи — как глоток свежего воздуха.

Рарог протянул руки к пламени. Странно было видеть духа огня, греющегося у костра.

— Не смотрите так... После того, что... Чернобог устроил... я огня... не видел...

— Что он с тобой делал? — Лазарь сел рядом.

Рарог долго молчал. Потом заговорил. Тихо, с паузами, словно каждое слово давалось с трудом.

— Есть что-то... что должны знать. Пока время есть. Я не просто жил в вашем доме. Я... наблюдал.

— В смысле? — Гордей напрягся.

— В прямом. Наблюдал. Докладывал. Каждый ваш шаг, каждое решение.

Тишина. Только огонь потрескивал.

— Ты нас продавал?! — Лазарь вскочил. Глоки сами собой оказались в руках.

— Защищал! — взрыв эмоций. Рарог закашлялся от крика, но продолжил. — Триста лет водил его за нос! «Да, они слабые. Да, ничего не умеют. Да, старший боится пауков, а младший поёт в душе!»

— Эй! Я не пою!

— Поёшь. «Отпусти и забудь» на весь дом орёшь. Но это не важно! Важно, что я кормил Чернобога объедками. Мелочами. Чтобы он не смотрел глубже.

— Зачем? — Гордей опустил двустволку, но пальцы остались на спусковых крючках.

— Затем, что вы были не готовы. Ни в десять лет, ни в пятнадцать, ни даже в двадцать. Знаете, сколько «героев» я видел? Сколько погибло, потому что полезли раньше времени? Вы должны были дорасти. Стать сильнее. Не телом — душой.

Рарог снова закашлялся. На этот раз дольше, болезненнее.

— А ещё... я должен был отвести внимание. От главного. От того, что ваш дед... готовил.

— Что дед готовил?

— План. Как остановить Чернобога. Но для этого... нужны были вы. Взрослые. Сильные. Готовые к выбору.

— Какому выбору?

— Скоро узнаете. Если доживёте.

Снаружи что-то загрохотало. Потом ещё. Земля дрогнула.

— Что это? — Лазарь вскочил.

— Армия, — Рарог попытался встать. — Он послал армию. Знает, что я сбежал. Знает, что вы здесь.

— Сколько их?

— Много. Очень много.

Степаныч, до этого тихо попивавший в углу, вдруг протрезвел.

— Тут есть выход. Старый акведук. Ведёт к мосту через Чёрную речку. Если пройдём — дальше территория спорная. Чернобог туда не сунется.

— А если не пройдём?

— Тогда уже не важно.

Грохот усилился. Теперь различались отдельные звуки — лязг оружия, топот ног, нечеловеческий вой.

— Собираемся, — скомандовал Гордей. — Рар, можешь идти?

— Могу ползти. Быстро.

— Док, помоги ему. Степаныч, веди.

Они выскользнули из пещеры. Поле с чёрными кострами бурлило. Фигуры поднимались, но не они были угрозой. Из-за дальних скал лилась тьма. Живая, шевелящаяся тьма.