Агата Лель – Опасная близость (страница 11)
Дверь была по-прежнему просто прикрыта, но не так, как это сделала я, более плотно. Значит, он куда-то выходил. Мелькнула мысль о ружье, что спрятано в сарае. А если он нашел его? Но об этом думать было уже поздно. Сейчас и проверим.
Я тихо вошла в дом и сразу же уткнулась в немигающий взгляд Луки. Он сидел в кресле, положив руки на подлокотник, ноги развел в коленях, словно просто отдыхает. Но этот его пробирающий до самых костей взгляд…
– Почему ты не спишь? – спросила я, как мне показалось довольно ровным спокойным тоном.
– Время два часа дня, – поставил в известность он.
– А, ну да, – нервно улыбнулась. – Значит, ты не из тех, кто любит поспать?
Под пристальным конвоем его глаз дошла до кухонной зоны, опустила на стол пакеты.
Я слишком много на себя брала, думая, что мне не так страшно и я справлюсь. Здесь, в замкнутом пространстве дома, я сразу же ощутила, насколько беззащитна.
Меня даже не сразу найдут, если что. Гости у меня бывают редко.
И снова разыгралась чертова фантазия. Я представила, как буду лежать тут в гордом одиночестве до самой весны, а потом бедным криминалистам придется опознавать мое разложившееся до неузнаваемости тело по фрагментам зубов или ногтям...
– Ты все-таки уехала, – раздалось недовольное за спиной. Я вздрогнула и обернулась, изо всех сил умоляя себя не бледнеть.
– Да, я же говорила. Мне нужно было сбыть продукцию, пока все не испортилось.
Чуть подрагивающей рукой достала из пакета бутылку молока, сливочное масло, сыр.
– И что там было?
– Где?
– В поселке.
Я видела периферийным зрением, что он подошел ближе. Дыхание стало поверхностным, рваным.
– Да ничего, – дернула плечом, – все как обычно.
– Совсем ничего?
– Совсем. Вот, – достала коробки из аптеки и протянула ему. – Сейчас прими одну капсулу вот из этой, синей. Вечером еще одну. А между ними две таблетки из белой коробки.
– Что это за препараты? – подозрительно спросил он, не касаясь упаковки.
– Антибиотики. Обезболивающее. Таблетки, сбивающие жар. Они сильные, тебе помогут.
– Откуда я могу знать, что ты не решила меня отравить?
– Ни откуда. Но если тебя не убьет отрава, непременно добьет воспаление легких. Можешь не принимать, мне все равно.
А ведь действительно, я же могла купить что-то, что вырубило бы его на пару часов. Положить в коробку из-под обезбола, например. Потом вывезти его куда-нибудь и бросить подальше от дома.
Но я этого не сделала. Даже не подумала о подобном.
Показное равнодушие сработало – он взял коробки, покрутил в руках. Сверил название на упаковке и блистере. Потом достал сразу две капсулы из синей и бросил в рот, как и прежде не запивая водой.
– Надо было одну, – укоризненно напомнила я.
Он ничего на это не ответил. Засунул в себя еще одну от температуры. И все это сопровождая быстрыми, острыми, рваными взглядами в мою сторону.
Мог ли он убить девушку? Расправиться с ней жестоко?
Логика кричала: конечно. Конечно мог! Внешность обманчива, тебе ли не знать. Но интуиция… та как дура сомнительно поджала губы.
– Посмотри, что у меня там, – вдруг произнес он.
– Где? – тупо переспросила я.
– Чертово ребро.
Вернувшись к дивану, скинул толстовку, футболку, обнажив голый торс. Как бы я не была напугана, не отметить то, что он все-таки очень неплохо сложен, не могла. Хорошее крепкое мужское тело, определенно дружное со спортом. Сильный. Определенно очень сильный...
Я бросила возню на кухне и вернулась в гостиную. Деловито попросила его развести руки, ощупывая кожу в страшные кровоподтеки, ощущая ее жар своими холодными пальцами.
– Тут болит?
– Да, – коротко ответил он и стиснул зубы.
Все-таки трещина. Но то, что отек не стал больше, не разрослась гематома, было хорошим знаком.
– Жить будешь, – резюмировала я, испытывая выматывающие своей двойственностью чувства.
А если действительно произошла какая-то чудовищная ошибка и на камеры недалеко от места убийства он попал как-то случайно?
Могло ли быть такое?
Могло.
А могло и не случайно.
Куда ты вляпалась, Николь.
Не забывая, что надо играть роль несведущей дуры, вернулась к обсуждению обыденного.
– Ты что-нибудь ел? – и тут же бросила взгляд на оставленную утром тарелку. Она была пуста.
Подкармливаю жестокого убийцу, чтобы он случайно не подох. Какая прелесть.
Перевела взгляд на Луку, он снова смотрел на меня. Не мигая.
– Что? – с претензией бросила я.
Ответа ожидаемо не получила.
Есть совершенно не хотелось, нервное напряжение полностью усыпило аппетит. Но надо было хоть чем-то заняться, чтобы не наводить на себя подозрений и меньше контактировать с ним. Решила сварить суп.
Отыскав кастрюлю, наполнила ее водой, поставила на плиту. Достала из ящика картофель, морковь, лук, сушеные грибы. Садиться к нему спиной не рискнула: передвинула любимый табурет так, чтобы держать мужчину в поле зрения.
Когда я принялась за очистку первой картофелины, Лука неторопливо подошел к столу напротив. Достал из подставки нож, чем заставил мое сердце едва не остановиться от страха.
Вот и все. Доигралась.
Но он не стал меня убивать: перевернул стул спинкой вперед и ловко подсунул его под свою пятую точку. Тоже взял в руки картофель, чем вызвал мой ступор.
– Что ты собираешься делать? – голос чуть сел.
Отличная актриса, ничего не скажешь.
– Помогу тебе, – ровно ответил он и, аккуратно сделав первый надрез, потянул ножом тонкую ровную шкурку.
Я как завороженная смотрела на его руки, не понимая, что черт возьми это сейчас происходит.
– Ты хочешь помочь мне сварить суп? – с трудом обрела дар речи.
– Почистить овощи, если точнее.
– Это не обязательно.
– Мне все равно нечем заняться.
Я глухо протолкнула застрявший в горле ком. Дрожащей рукой продолжила чистку картошки.