Агата Лель – Люби меня по-немецки (страница 27)
— Пойми, всё это для твоего же блага! — встаёт следом отец. — Я волнуюсь за тебя, не хочу, чтобы ты угодила в лапы афериста! Да у него же на лице написано, что он иммигрант. Хочет обосноваться за твой счёт в Москве, получить столичную прописку. А почему он сбежал из своей страны — вопрос открытый, но это я тоже скоро выясню, — папа оглядывается на дверь кухни и понижает тон: — Надо его депортировать из страны, Ульяна, плохо пахнет эта вся история, нутром чую. Я могу позвонить в куда нужно и уже завтра его под белые ручки и…
— Пожалуй, это мне пора депортироваться из этого дома, — срываю с крючка у входа свою куртку.
— Доченька, ты куда? А ужин? — в гостиной нарисовывается мама, с дымящейся уткой на красивом блюде.
— Ешьте без меня. Аппетит пропал.
Раздаётся трель звонка и отец тянет на себя ручку незапертой двери. По ту сторону, складывая чёрный зонт-трость стоит Илья Виноградов, и со времён нашего босоногого детства в нём мало что изменилось: такой же рыженький, страшненький и щупленький. А ещё, зная теперь, кем трудится Илюша… Да я скорее предпочту рожать своё будущее чадо на пыльной обочине, чем доверю принимать у меня роды этому. Не хочу, чтоб мой малыш стал за
— Ульяна? Ты посмотри! Совсем ведь не изменилась!
— Не стоит волноваться, Илюш, я сама принесу.
— Но…
— Ты пока проходи, располагайся. Чувствуй себя как дома, — подталкиваю его к двери, а сама, вжав голову в плечи, выбегаю под моросящий дождь.
Ничего, мама найдёт выход из положения. Зубы заговаривает она умеет. А отец… На него я дико зла и обижена! Копаться в моей личной жизни словно я малое дитя — это унизительно. Мне тридцать, я давно живу одна, принимаю самостоятельно решения, и сама, без помощи родителей, выбираю себе друзей, платья и мужчин.
Рывком открываю дверь своей машины и плюхаюсь на водительское кресло. Внутри меня кипит ярость и то знакомое всем чувство, когда хочется пойти всему миру наперекор.
А ведь действительно, только я хозяйка своей жизни и что хочу с ней, то и делаю! Сколько уже можно соблюдать навязанные кем-то другим правила?! Родителями, преподавателями, социумом, Олегом в конце концов…
Я умница и хорошо воспитана, но даже хорошие девочки порой хотят потерять голову: пить крепкий алкоголь, сквернословить и спать с красивыми малознакомыми мужчинами.
Уверенно достаю из сумочки телефон и, наконец, включаю его. Среди вороха неотвеченных звонков и писем вижу номер Курта и это не может не греть душу. Пожалуй, самое время ему ответить.
Ни капли не сомневаясь и не раздумывая набираю его номер и он отвечает буквально через полтора гудка.
— Амазонка? Куда ты испарилась? Избегать меня вздумала?!
— Это долго объяснять. Я звоню чтобы… — решаюсь: — А где ты живёшь?
— Пока в Москве, там же, где и ты.
— Нет, адрес.
Он без промедления диктует название улицы и номер дома — небольшой спальный район, не так уж и далеко, минут тридцать без пробок.
— А ты сейчас дома? — вбиваю адрес в навигатор.
— На данный момент нет, но уже совсем скоро буду. А зачем тебе мой…
Сославшись на плохую связь сбрасываю вызов, тем самым избегая отвечать на неизбежные вопросы, ответов на которые я ещё не придумала.
Я сама не знаю, зачем я к нему собралась, о чём мы будем говорить или чем, — о, Боги! — заниматься, но я точно знаю, что хочу увидеть его прямо сейчас. Немедленно! Назло папе и на радость себе.
Бунт! Бунт! Бунт! — вопят мысленные подружки, взмывая мысленные кулачки в мысленное небо.
Как и предполагалось, до его дома я добираюсь достаточно быстро, даже быстрее, чем думалось ранее. Милый тихий район, однотипные высотки…
Тщательно расчёсываю волосы, наношу за уши по капельке парфюма и бросаю в рот жевательную резинку. Перед тем как открыть дверцу, судорожно вспоминаю, какого числа делала глубокую эпиляцию.
Странные мысли перед свиданием с чаепитием (на что я честно настроена!), но да Бог с ним.
Выбираюсь из машины и спешно преодолеваю расстояние до подъезда — дождь ещё не прекратился, не хочется выглядеть драной кошкой.
Не слишком грациозно — кое-где даже перешагивая через ступеньку — добегаю до двери под номером 39 и, переведя дух, давлю на дверной звонок.
Секунда, две, пятнадцать… Тишина.
Жму ещё раз и прислушиваюсь — за стеной отчётливо разносятся дребезжащие трели.
Может, он ещё не вернулся и его просто нет дома? Ох, чёрт, как же глупо! Подождать тут или вернуться в машину?
Хотя топтаться здесь, словно я малолетняя фанатка у двери кумира, совсем несолидно. Или нормально, мы же вроде как… друзья?.. Ну, ладно, может, не друзья, но знакомые точно.
В раздумьях прислоняюсь бедром к двери и та с тихим скрипом открывается. Вздрагиваю и осторожно заглядываю внутрь: в комнате царит полумрак, слышится плеск воды. Ого, он что, в ду́ше, что ли?
Фантазия быстро рисует мне его обнажённое тело в пенных разводах, стекающие по рельефной груди горячие струи… и я от чего-то нервно сглатываю.
Полторы недели назад. Я делала эпиляцию полторы недели назад. Так что если чаепитие затянется препятствий никаких.
Сняв туфли, беру их в руки и тихо проскальзываю в дом. Зачем разулась? Вопрос сложный. Может, за тем, чтобы он не услышал, как я вошла и дать себе фору на раздумья — а не поздно ли капитулировать?
Но раздумывать долго не пришлось — дверь ванной открывается, обрывая на корню мои мятежные мысли о голом Курте. И вообще обрывая подчистую все мои мысли.
Я стою, прижав к груди любимые лаковые лодочки и, онемев, смотрю в пару невероятно красивых жгучих глаз.
Только вот глаза эти — женские.
Часть 28
Девушка, с намотанным полотенцем вместо халата и рассыпанными по плечам чёрными волосами, с не меньшим удивлением смотрит на меня в ответ.
Боже, какая же она красивая… Настолько красивая, что дыхание сбилось. Эти сильные гладкие ноги молодой кобылицы, эти изящные руки, лебединая шея и грудь… Большая, упругая, стоячая…
Да на её фоне моя — две поникших паруса в полный штиль.
Ну, конечно, как можно было быть такой беспросветно глупой! У него есть девушка. Настоящая модель. Сочная, яркая, молодая. Молодая настолько, что вчера ещё питалась на молочной кухне.
Рейнхард, сукин ты сын. Ладно я, ужаленная уже жизнью — переживу. Но паразитировать на столь юном создании… И не важно, что каждая её грудь больше моей головы — она вчерашняя школьница!
Не успевает девчонка даже раскрыть рот, как я быстро натягиваю туфли и выкидываю вперёд ладонь, призывая нимфу молчать:
— Ради Бога, простите! Я… я дверью ошиблась, — и пулей вылетаю на лестничную клетку.
Идиотка! Кретинка! Дура!
Поливаю себя на чём свет стоит, подливая в бокал шардоне. Нет, я не реву и не рву на себе волосы, я просто корю себя последними словами за то, что оказалась такой непростительно наивной. Потащилась к нему домой, зачем-то…
Он молод и сумасшедше красив — зачем я ему сдалась? Унылый офисный планктон, да и к тому же старше на три года.
Я всего лишь "одна из". Развлечение, не более.
— Я знаю, чем тебе помочь — поедем в клуб! — озаряет очередной гениальной идеей Диану, которая примчалась ко мне по первому же звонку. — Оторвёмся как следует, подцепим себе кого-нибудь. Забудешь о красавчике и заодно окончательно на чопорном почти-англичашке жирный крест поставишь. Поверь мне, то, что клин вышибают клином придумал далеко не идиот! А мы уж подыщем тебе такой клинок — всю дурь разом выбьет, — Ди хохочет и открывает мой шкаф. — Господи, что это? Ты уверена, что это гардеробная, а не дверь в восьмидесятые? Одни пиджаки и унылые юбки училки. Ужас! Завтра же идём на шоппинг.
— Прости, Ди, но я не хочу на шоппинг, и в клуб не хочу, — вяло протестую, сжимая в руках полупустой фужер.
— Отставить "не хочу"! Сейчас позвоню Андрею, узнаю, где он, и скажу, что сегодня свидание отменяется. Идём покорять столичных мажоров!
— А зачем узнавать, где он? Ты же сама сказала, что он в тренажерном зале, "крылья" по твоей просьбе качает…
— Милая моя, точно знать, где сейчас находится её мужчина может только вдова. Мой тебе совет на будущее — устанавливай слежку по локации, — со знанием констатирует подруга и достаёт из кармана джинсов телефон. Ещё скинни такие узкие, что под ними можно увидеть не только очертание нижнего белья, но и каждый волосок… если бы эти волоски у Дианы были, конечно. — Та-ак, — водит пальцем по экрану, — мой мучасос сейчас на Новослободской, в спорт-клубе "Орешки". Напишу сообщение, чтобы сидел дома и готовил для меня романтический ужин, пока я буду развлекаться, под предлогом, что вытираю тебе сопли.
— Нет у меня никаких соплей! — возмущаюсь.
— Ещё пара бокалов и будут. Всё, собирайся. Давай-давай, — Диана бодро хлопает меня по плечу, но я осознаю, что последнее, чем я хотела бы сейчас заниматься, это трясти задницей под сомнительную музыку.
— Извини, но я пас. Езжай к Андрею, я в норме, правда. Просто высказала тебе своё негодование этим… даже слова подобрать не могу!
— Мистером МойЭротическийСон?
— Всё, с этого дня больше никаких сомнительных авантюр! К счастью, между нами не было ничего серьёзного. Переживу. А ты езжай, я в полном порядке.