Агата Грин – Наложница особых кровей (страница 46)

— Как и ты ему, — ответил царевич. — Но я также вижу сильный обоюдный интерес.

— Связанный с желанием убить? — съязвила я.

— Желания – это твоя территория. Я читаю лишь мысли.

— На чем вообще строится ваша дружба? Совершенно не могу представить вас вместе…

— Как и он не может представить нас с тобой вместе.

— Ладно, — проворчала я, вспомнив, как распекала меня тетя за некоторых моих друзей юности, — я не буду в это лезть. Скажи, почему наша с тобой пропажа никого не озаботила, и встретили нас так, словно мы отлучились на часик искупаться? Ты все-таки царевич, а я союзная гражданка. Охрана должна была сильно понервничать.

— Я бессмертный, — напомнил Регнан.

— Условно бессмертный, — напомнила и я, а потом опустила руки на свой живот. Моя репродуктивная система запустилась на Аэле вместе со всеми нужными процессами, и беременность возможна. Шансы очень малы, конечно, учитывая уровень эо Регнана, но у него в семье все довольно плодовиты, а я наполовину младшей расы, так что…

— Болит? — поинтересовался царевич и тоже опустил на мой живот ладонь. — Помочь?

— Это просто несварение. Не пошла та пользу твоя рыбка…

— Мне понравилось на том островке, — произнес Регнан тихо, разглядывая меня, и мне показалось, что он меня запоминает. — Как будто время остановилось.

Время… Не так уж и давно, а точнее, и вовсе недавно я считала время до вылета с Аэла, а теперь мне хочется, чтобы вылета не было вовсе. Это, конечно, просто гормональная буря влюбленности меня мучит, биология диктует остаться рядом с понравившимся самцом подольше, чтобы гарантированно обзавестись потомством. Но даже нас, врачей, учили, что люди – это не просто биороботы, подчиняющиеся физиологии.

— Если посчитать, — вымолвила я, — то с того момента, как ты забрал меня с Отбора, мы провели вместе много ночей. Это ведь была не просто игра в господина и наложницу, верно? Ты все-таки хотел меня соблазнить?

— Хотел. Но еще больше хотел просто побыть рядом с тобой. Просто смотреть на тебя, слушать.

— Звучит по-извращенски.

— Ты права. Ложь, интриги, манипуляции – это плохая основа. Но что, если бы все началось иначе? Если бы Аэл был приемлемой для тебя планетой, а у меня была нормальная семья, и мы бы встретились не на Отборе, а при иных обстоятельствах?

— Ничего бы не вышло.

— Почему?

— Потому что ты привилегированный, богатый, привлекательный, и я бы никогда не осмелилась с тобой флиртовать.

— Почему?

— Потому что я обычная, Регнан. Такие разные люди, как мы, можем сблизиться только при особых обстоятельствах. Не будь всех этих сложностей, ты бы и не взглянул на меня.

— Почему? — прозвучало в третий раз.

Вместо того чтобы ответить словами, я сняла мысленный щит и позволила Арису прочитать мои мысли. Я – одна из множества симпатичных, но безликих девушек. Хоть здесь, на Аэле, я и вписываюсь в нормы красоты, но эффектной меня не назвать. Вот Рия эффектная за счет харизмы, Мэрит – за счет своей правильной и яркой красоты.

— Ошибаешься, — возразил Регнан. — Я заметил бы тебя в любом случае, да и не я один. Ты не можешь оценить, насколько теплая и располагающая у тебя энергетика. Ты добрая, Даша. Ты как сам свет – притягиваешь и согреваешь. Юницы на острове Красоты тянулись тебе, девушки из гарема тоже собрались вокруг тебя. Эвен и тот уже к тебе привязался. Ты врач, Даша, но не такой, каким себя воображаешь. Ты истинный эмпат, и каждое мгновение рядом с тобой я счастлив.

Я выдохнула и только тогда осознала, что слушала Регнана, затаив дыхание. Слова, сказанные им, прежняя Даша сочла бы ванильной чушью – чего только мужчина не скажет, чтобы получить от женщины желаемое, но я уже не прежняя. Я влюбленная, а потому поглупевшая.

И вот, казалось бы, подходящий момент, чтобы сделать ответное признание, но я зачем-то брякнула:

— Ух ты, это правда обо мне?

— Правда, — заверил Регнан и склонился ко мне, а дальше пошли поцелуи, заиграла на коже сила, и вопрос признаний показался мне несущественным…

Нис и Мэрит улетели на одну из вилл царевича, чтобы побыть наедине, и я эгоистично радовалась этому, потому что до конца Отбора осталось совсем ничего, и мне хотелось создать как можно больше счастливых воспоминаний, связанных с Регнаном. У нашего романа конкретные сроки, и я хочу получить от него лучшее, хочу остаться в памяти зловещего Экзекутора, который на самом деле вовсе не зловещий, теплом, светом и счастьем. Мы постоянно были вместе, с жадностью использовали каждый миг близости – болтали, занимались любовью, осваивали вместе эо (точнее, Регнан учил меня приемам), гуляли, купались и нагло нарушали заведенные в Малом дворце правила, но никто, кроме вечно недовольной Нарины, не смел нас упрекнуть, да и сама эллиди держала язык за зубами и ядом не плевалась, потому что побаивается Регнана.

Но я думала и о том, что будет во дворце после моего отлета, и позаботилась о том, чтобы Эвен хотя бы немного сблизился с Регнаном и перестал его дичиться. На сближение они пошли тяжело, но пошли, да и Нелла выдохнула, увидев, что Экзекутор не бездушная машина убийств, а живой человек, к которому можно подойти с просьбой. Собственно, я позаботилась и о Нелле – рассказала Регнану, чего боится молодая эллиди и как переживает за судьбу своего маленького сына, младшего Ариса. Регнан заверил меня, что Нелле не о чем беспокоиться, а потом огорошил предложением слетать на Рул в одну из больниц, где выхаживают детей с такими же проблемами, какие были у моей племяшки Ксю. Вместе со Знающей и наложницами мы подготовились: собрали множество подарков, написали пожелания, напекли пирожных, а Эвен торжественно пообещал, что проследит за тем, чтобы дети получили все подарки.

Нарина, которая в первый раз запретила нам оправлять пирожные на Рул, в этот раз голоса не подала, но ее сын Тринтан демонстративно подошел к аэроплощадке и долго наблюдал за погрузкой. Несомненно, обо всем этом потому доложат царю Эйлу, но вряд ли Экзекутора накажут за инициативу с пирожными.

Та поездка стала одним из самых ярких моих впечатлений. До этого планета представала передо мной то богатым и уединенным домом Рубби на Фолкоре, то Малым дворцом, то экзотическими островами и океаном, то подводными красотами неррианского царства или строгими интерьерами военной базы. В общем, все это время я видела лишь Аэл Дрид, Высокий двор. Рул же – совсем другое дело. Как и рассказывали девчонки из гарема, самый крупный город Рула густонаселен, не отличается чистотой, да и карантинных зон на материке много, но все же он произвел на меня хорошее впечатление, и в первую очередь людьми. Я наконец-то увидела простых аэлцев и их простую жизнь, хоть и мельком, и, конечно, больше всего времени провела в больнице, где мне благодаря Регнану дали возможность осмотреть каждого «безнадежного» ребенка. Это была моя стихия, я почувствовала себя в своей тарелке и занялась делом – не только провела осмотр, но и поговорила с детьми, послушала их эмоции. Разумеется, они были напуганы присутствием Экзекутора, но ко мне потянулись сразу, да и Эвен, мой маленький помощник, сделал свое дело – вручил детям подарки и пообещал, что скоро все изменится к лучшему.

Мы потратили день – всего день, а впечатлений получили столько, что и не выразить. Эвен, обычно насупленный и серьезный, весь полет домой трещал без умолку и без конца уточнял у Регнана: «А когда мы полетим на Рул еще?» Регнан говорил, что обязательно найдет время и хвалил Эвена за правильное поведение.

Но светился не только мальчик. Зажегся и сам Регнан. Привыкший быть орудием устрашения и наказания, он был немного оглушен тем, сколько радости ему принесла это маленькая вылазка.

— Приятно делать добрые дела, правда? — спросила я поздно вечером, когда мы легли в постель.

— Но даже дети не верят мне, — ответил с задержкой Регнан. — Потом они расскажут родителям об этом визите, и родители скажут им, что я просто пытаюсь задобрить народ. Рул – территория красных, а я Экзекутор белых.

— Ты второй по старшинству царевич, важное лицо, и ты просто прилетел проведать больных детей. Кстати, у тебя есть мысли о том, как вылечить их?

— Я не работаю с потоками энергии, — покачал головой Регнан. — Не очень хорошо их чувствую, сжигаю.

«А я вот чувствую», — подумала я, и мое сердце разволновалось. Я спасла Арнгелл, убила и реанимировала Риэла Дилайса без последствий. Что, если попробовать поработать с энергиями? Если я научусь выправлять их, то стану тем врачом, которого искала для своей Ксю.

— Эвен молодец, — добавил Регнан. — Хорошо разбавил атмосферу.

— Но слишком часто повторял, что скоро все изменится… Он у вас в семье маленький бунтарь.

— Бунтарь, — повторил мужчина и замолк; я не стала его тревожить, позволила окунуться в мысли, да и сама стала размышлять о том, как научиться выправлять деформированные потоки энергии. Раньше я даже думать об этом боялась, ведь мне говорили, что я не достаточно умела и сильна для этого, что я лишь диагност-сканер. Но если я рискну, если научусь, то сколько же жизней смогу спасти?

Рию я заметила, когда она выходила из сада; увидев меня, девушка замерла, и я почувствовала ее испуг.

— Избегаешь меня? — прямо спросила я, подойдя.

Она руки на груди сложила – психологи вещают, что это сигнал того, что человек закрыт для общения.