Aelah – ДИКАЯ ОХОТА. ПОЛОТНО ДОРОГ (страница 35)

Щеки Атеа покрылись пунцовыми пятнами. Девушка открыла было рот, чтобы возразить эльфийке, но Даэн предупреждающе вскинула руку:

— Атеа.

Лебедь нахохлилась, словно воробей под дождем, но спорить не стала. Аллэи одобрительно фыркнула, а затем, приложив ладонь к створкам двери, звучно крикнула:

— Ищущая Аллэивар, привела чужеземок к королеве.

Через несколько секунд дверь медленно отворилась. На пороге стояла хмурая женщина, всколоченная будто дворовой кот, с таким же настороженным прищуром и совершенно кошачьим разрезом глаз.

— Каких чужеземок?

Голос у незнакомки оказался низким, густым, словно мех дикого животного. Она переводила колючий взгляд с одной женщины на другую, и Даэн с изумлением поняла, что не может смотреть ей в глаза долго — ее тут же придавливало невероятной тяжестью и силой, которой она не могла ничего противопоставить.

— Посланниц из Келерийской Гильдии, королева, — Аллэи чуть поклонилась, а Даэн так и замерла. Это и есть Шедавар, владычица Лореотта? Такая молодая? — А еще — Знающую, ведунью из сердца леса. Она говорит, что пришла к Слепой Мэг. А Небесные Дочери знают ее — поэтому мы привели их вместе.

— Хвала богине, — женщина вышла на крыльцо, заметно расслабляясь. Даэн обратила внимание, что ладонь ее лежала на рукояти боевого ножа в ножнах на поясе — и лежала уверенно. Да и руки у королевы были жесткими, мозолистыми, с сетью шрамов, уходящих под рукава грубой рубахи, — Ну что же, добро пожаловать в Лореотт, — она обвела их взглядом, подолгу рассматривая каждую, — Впрочем, сначала на вас посмотрит Слепая Мэгавар, а там уж будем говорить. Отведи их к ней, Аллэивар. Если Мэг даст добро — тогда проведешь их к Дому Пришедших, пускай отдохнут, а потом и потолкуем. А если нет… — она сощурилась, — Тогда веди ко мне.

— Да, королева, — Аллэи снова поклонилась, от чего Шедавар поморщилась, словно от зубной боли.

— И оставь это, богини ради. Терпеть не могу всю эту церемониальную шелуху — тем более, когда это делаешь ты.

С этими словами королева Шедавар развернулась и скрылась за дверью, плотно притворяя ее за собой. Аллэи взглянула на Даэн:

— Ну что ж, идемте. Поглядим, что о вас скажет Слепая Мэг.

========== Глава 13. Сны о земле ==========

Синие искорки кристаллов холодили кончики пальцев Мары. Ведьма задумчиво вела рукой по стене вдоль узорной цепочки заговоренных камней и пыталась ощутить энергию, заключенную в них. И только диву давалась: странной, чуждой ей колдовской силой здесь обладало все. Каждый камень, каждый виток вырезанного узора, каждый кристалл. Город дышал энергией и словно сам ее излучал.

Ведьма не обращала внимание ни на кого: ни на Аллэи, уводящую их все выше по лестницам и запутанным переходам, ни на перешептывающихся меж собой двух девушек-Птиц, ни на Даэн. Правда, к последней стремилось все существо Мары, вся ее душа, а потому взять себя в руки было невероятно сложно — но женщина пока справлялась. В голове вертелось немыслимое количество вопросов — к Птице, к эльфийской королеве, к Слепой Мэг, к самой себе, и ведьма понять не могла, что же важнее всего из этого вороха. Сначала — дела, а потом уж будешь думать об остальном.

После того, как Занавесь и ее таинственная хозяйка остались далеко позади, Мара еще некоторое время держала курс прямо к Сестрам, не сворачивая с Северного Тракта. Постепенно сонные заснеженные холмы сменились колючими предгорьями, а вскоре на ее пути выросли скалы. Обрывистые склоны не внушали никакого доверия, да и тракт дальше шел на запад, огибая горы, а потому ведьма решила не искушать судьбу да идти по тропе. Где-то должен быть перевал или хотя бы более пологий переход, думалось ей. Перевал действительно попался — только пройти Маре не удалось: там-то ее и поймали эльфийки. Старшая из них, молодая женщина по имени Юэнавар, вела нескольких девочек на охоту к Гарварне — она же и отдала приказ двоим из них доставить Мару в Лореотт. Ведьма могла бы сбежать — благо, сила Бессмертного пела в ней, и отвести глаза эльфийкам ничего не стоило, — но все-таки решила идти за ними: Даэн говорила, что в доме горных эльфов ныне неспокойно. А если так, то ей, возможно, удастся получить хоть какие-то ответы здесь.

Мара бросила быстрый взгляд на шедшую впереди Даэн. Она совершенно не ожидала встретить ее так скоро — и вместе с тем ждала этого всей собой. В белой пелене снега, застилающего собой весь горизонт, ей виделся силуэт Птицы, в вое ветра над вершинами слышался ее голос, а все внутри пело ощущением предчувствия. Мара ждала — и Бессмертный вновь улыбнулся ей, закручивая петли своего узора так, как ей желалось. Быть может, завтра нити снова расплетутся — но пока что прозрачная рука крепко держала их вместе, и ведьме оставалось только безмолвно благодарить небо за это.

Чем выше они поднимались, тем меньше становилось кристаллов в стенах. Пропал резной узор на камне — его место заняли вырезанные странные символы. Приглядевшись повнимательней, колдунья поняла, что точно такой же (правда, более выглаженный и проработанный) украшал тесьму на лбу Аллэи. И не только ее: вязь знаков, которую ведьма прочесть не могла, встречалась всюду — на элементах одежды эльфиек, на камнях, на тонких колоннах, на двери в королевские покои. Всюду. Любопытство внутри Мары крепло с каждым шагом — а давление на виски становилось невыносимым. Чужая сила обступала со всех сторон, слепо глядела на тех, кто вторгся в ее владения, и, казалось, чего-то выжидала. Ведьма попробовала рассмотреть энергии, обитающие в доме Слепой Мэг — и удивлению ее не было предела: она не смогла ничего увидеть. Ни-че-го.

Место световых камней заняли факелы. Мара недоверчиво глядела на пламя — огонь не чадил, горел ровно, а коридор, по которому они шли, вовсе не пах дымом. Впрочем, последнее еще не сильно удивляло — ведьма заприметила множество крохотных отверстий в потолке и стенах пещеры. Через них в пещеры попадал воздух, а потому здесь не было сыро или душно, холодно либо слишком жарко. Мара не ощущала давления камня — казалось, будто белокаменный город растет прямо из тяжелых темных облаков, по чьей-то воле принявших форму скальных глыб и спрятанных в небесной темноте. Несмотря на то, что над ними высились громады гор, здесь было просторно. Наверное, потому-то они сумели выжить. Знающие сделали все, чтоб жителям не казалось, будто они в каменной клетке.

Темнота обступала их со всех сторон, и Мара физически чувствовала ощущения других. Аллэи чувствовалась спокойной, уверенной — и в то же время осторожной. Она легонько касалась истертых символов на стенах, бормоча что-то под нос, и в каждом ее слове, в каждом жесте Мара видела почтение. Еще бы… Судя по всему, колдуны стали для эльфов самым важным звеном племени — едва ли не важнее детей. Птицы, идущие следом за ней, были напряжены — а от самой молодой из них, девчушки со светлыми кудрями, веяло страхом. И не мудрено — Мара сама немного страшилась здешних чар, опутывающих с ног до головы, таких чуждых и незнакомых. Люди ощущают магию совсем не так, как ведьмы, и от этих ощущений они готовы бежать хоть на сам край мира. Слишком непривычно. Слишком странно. Слишком запретно.

Аллэи остановилась, и Мара вынырнула из своих мыслей, поднимая голову. Коридор наконец закончился, и ведьма смогла осмотреться. Судя по всему, они выбрались к самому основанию сталактита, громадному и широкому. Ход, по которому шли женщины, обрывался у самого края, а дальше начиналась пропасть. Пещера внутри сталактита? В противоположной стене темнела арка провала, от которой к ним через пропасть тянулся хлипкий веревочный мост. Мара подошла ближе к краю выступа и заглянула вниз. Тусклый свет факелов у входа в арку и у выхода из коридора выхватывал только смутные очертания острых камней на дне. Мост казался ненадежным — только ступи, и волокна старых веревок лопнут, а изъеденные временем доски проломятся под ногой. Воцарившееся молчание нарушила кудрявая девушка:

— Погодите-ка… Мы должны пройти здесь?!

Аллэи обернулась к ней. Губы ее растянулись в ехидной улыбке.

— Нет, Пташка, ну ты можешь перелететь, конечно. Никто против не будет. Можешь попробовать перепрыгнуть, или еще чего сделать — все зависит от твоей фантазии. Только ты того, поаккуратнее будь — тут до тебя уже летали. Вон они, на камнях лежат, — Аллэи кивком головы указала вниз, — И бес бы с ними, только запах мертвечины неделями не выветривается, — она поморщилась, — А нам страдать потом.

Золотоволосая девица побледнела. Мара про себя усмехнулась: своеобразное чувство юмора Аллэи даже нравилось ей. Эльфийка тем временем первая подошла к мостику.

— Пойдете по одной. Будет немножко качать, — с этими словами женщина ступила на мост, придерживаясь рукой за веревочные перила. Веревки заскрипели, натянулись, и хлипкая конструкция опасно качнулась в сторону. Аллэи шла спокойно, будто прогуливалась по широкому тракту, и вскоре уже ждала их у проема арки.

— Эй, пошевеливайтесь там! Я не намерена торчать здесь с вами невесть сколько времени.

Мара пожала плечами. Мост не казался ей страшным — да и за спиной стоял Бессмертный, хранящий ее и оберегающий от цепких рук беды. Вряд ли бы ты завел меня так далеко, чтоб оборвать мой путь здесь. И вряд ли сплел бы меня с ней еще раз. Обеспокоенный взгляд Даэн жег лопатки — и в то же время прибавлял сил.