Адриана Вайс – Невольная ученица ректора-дракона. Вернуть любой ценой (страница 56)
Впрочем, сейчас это не самое главное. Гораздо важнее другое.
«Ты и правда можешь дать мне силу, чтобы освободить моих родных?»
Дракон отвечает не задумываясь:
«Конечно, но это продлится совсем недолго. К тому же, если ты согласишься на это, то как только я разделю свою мощь с тобой, моя защита на некоторое время ослабнет. И тогда я не смогу оберегать тебя, ты станешь уязвима…»
«Плевать! Меня это не остановит!» — горячо выпаливаю я, — Если это поможет мне спасти тех, кто мне дорог, то это не такая уж и большая цена! Я согласна!»
В голосе дракона-духа слышится проблеск одобрения:
«Отлично, значит так тому и быть…»
И почти сразу я ощущаю, как по мне проходит колоссальная горячая волна, будто тысячи крохотных искорок пробираются в мое тело и вспыхивают внутри ярким костром.
Мои руки дрожат, но не от слабости, а от необузданной силы. Словно кто-то выкрутил все мои параметры на максимум. Все чувства обостряются: запах гари и серы, треск камней под ногами, рев драконов. И вместе с этим рождается безумная уверенность, что теперь я смогу все. Уж теперь то я могу пробить любую стену.
— Ну держись, маг-недоучка! — сквозь стиснутые зубы бормочу я, заливаясь адреналином.
Снова делаю над собой усилие и на этот раз легко вырываюсь из зыбкой трясины. я ощущаю себя бурей, ураганом, сверкающем вихрем, сминающим на пути все барьеры. И в этот раз мне удается прорваться сквозь даже такую мощную ментальную защиту. Я вижу обрывки как этот маг учился в какой-то темной академии, как выполнял заказы по всему Драконьему Континенту, и даже покушался на жизнь одного из драконьих владык… но самое главное, что я чувствую как он замечает мое вторжение, но не успевает ничего сделать.
Чтобы вышвырнуть меня из своей головы ему нужно отпустить магическую сеть. Он пытается одновременно не дать этому случиться и в тоже время дать мне отпор — я чувствую незначительное сопротивление, которое с легкостью ломаю и набрасываюсь на него в ответ. Я представляю что я такой же внушительный дракон как и Виррал, после чего заливаю все окружающее нас ментальное пространство пламенем.
Я ощущаю панику, которая охватывает мага, чувствую как безмолвно кричит, а его барьеры рушатся один за другим. А нечего было лезть на мою семью и друзей!
Меня все-таки выкидывает в реальный мир. Но не потому что маг смог вернуть контроль, а потому что он потерял сознание. Дернувшись, он падает, магическая сеть мерцает словно гирлянда, а потом вдруг разрывается, рассыпавшись на части яркими брызгами.
В этот момент все — мама, папа, Дариус, девушки — с облегченным вздохом валятся на землю, окончательно освобождаясь от парализующих оков.
— Получилось! — выдыхаю я, а в ушах все шумит от прилива крови.
Рядом снова сотрясается земля.
Обернувшись, вижу, как Виррал все еще сражается с Хартейном, который не оставляет попыток одолеть его. А Рэйвен уже закончил с армией Хартейна и снова схлестнулся с парочкой магов. Причем, один из них уже едва держится на ногах.
Из пасти Рэйвена рвется странное пламя, замешанное на темных всполохах, а Виррал с яростью вонзает когти в бок Хартейна.
Я осматриваюсь, проверяя, все ли из моих родных в порядке. Мама, опираясь на плечо папы, поднимается с земли, лицо ее бледное, но в глазах уже вспыхивает гнев. Чую, сейчас она вернёт магам должок. Дариус так и вовсе, с ухмылкой стирая кровь с губы, выпрямляется и бросает мне быструю благодарную улыбку.
“Ну что ж,” — думаю я, дрожа всем телом от бушующей смеси страха и радости, — “Кажется, теперь у нас появился шанс.”
Глава 60
Я судорожно выдыхаю, и меня прошибает нервная дрожь, когда мама и папа тут же прижимают меня к себе в объятиях. Их сердцебиение, их запах — всё такое родное, тёплое, что хочется расплакаться от облегчения. Но я только яростно мотаю головой, отгоняя слёзы.
— Ну теперь этот Хартейн у меня попляшет, — выпаливает мама, сжав губы.
— Клянусь, заставлю его пожалеть о каждой крупице зла, причинённого нашей семье, — отцовский голос звучит непривычно жестко.
Я на миг еще крепче прижимаюсь к ним, чувствуя внезапный прилив сил и поддержки. После чего мама мягко отстраняется и дальше происходит то, что должно было случиться с самого начала.
Мама переводит взгляд на воинов Хартейна, которые сейчас хоть и выглядели как кучка разрозненных головорезов, но все еще представляли опасность. По крайней мере, для нас.
Мама снова вскидывает руки, а ее глаза вспыхивают ярким светом. В воздухе разливается тихий звон далекого колокольчика. Нас накрывает теплой волной и я уже предчувствую то, что сейчас будет…
— Ого-гошечки… — бормочу я, ощущая, как у меня пробегают мурашки по коже.
Воины Хартейна вдруг резко выпрямляются. В их глазах появляется смятение. А потом, все как один синхронно поворачивают оружие… против Хартейна и тех, кто по какой-то причине не поддался маминой магии.
— Впечатляет, — замечает Дариус, насмешливо приподнимая бровь, — Хоть я и вижу это зрелище уже не в первый раз, но оно все так же поражает.
Мама только отмахивается, сосредоточенно сжав губы. Её лицо немного бледнеет — все-таки, удерживать под контролем сразу столько людей — задача не из лёгких. Но у неё получается!
— Дариус, — выдыхает она, переводя взгляд на темного мага, которого я вырубила. Тот уже пытается пошевелиться.
— Понял, — усмехается Дариус, и одним быстрым движением руки сбивает мага на землю снова. Маг тяжело падает и отключается окончательно. Для верности Дариус накладывает на него связывающие путы — не такое мощное заклинание как та же сеть, но теперь вряд ли этот маг снова сможет нам помешать.
В это время отец, сжав губы, быстро отходит к группке девушек, которых мы спасли из Колыбели, — перепуганных, с ужасом всматривающихся в окружающий хаос. Он открывает пространственный портал. И, по отечески успокаивая их, отправляет всех разом в безопасное место.
Я же вскидываю голову, чтобы снова увидеть величественное противостояние драконов, разворачивающееся прямо над нами: Виррал и Хартейн сшибаются в воздухе, мощные крылья развеваются, словно полотнища гигантского паруса. Ветер от их взмахов едва не сбивает нас с ног, повсюду летит пыль и сыплются мелкие камни.
— Виррал, давай же! — невольно вырывается у меня, словно он может меня слышать.
И, кажется, он действительно начинает теснить Хартейна. Виррал налетает сбоку, прорываясь сквозь магический барьер, который Хартейн выставил прямо в воздухе и, покрыв свое тело огнем — прямо как когда он спас меня из лап Фэйтана — вонзает когти в бок соперника.
Взревев, Хартейн пытается отбросить от себя Виррала, но огонь перекидывается и на него самого, в результате чего, Хартейн опрокидывается на землю, сминая камни. Нас накрывает огромный фонтан пыли, гул прокатывается по плато, и я невольно хватаюсь за уши.
— Есть! — шепчу я, сердце колотится от радости.
Но потом происходит что-то невообразимое…
В месте, куда упал Хартейн будто что-то взрывается. По глазам бьет яркая магическая вспышка. Я успеваю только заметить, как Виррала, который бросился к Хартейну сверху, отшвыривает в сторону.
А потом, позади нас внезапно раздается полный яда и ненависти голос Хартейна.
— Вы и вправду думали, что я не припас никаких козырей на такой случай?
Я в панике оборачиваюсь, надеясь, что это какая-то слуховая галлюцинация, но нет…
Хартейн действительно стоит прямо перед нами! Хоть вид у него весьма побитый, однако его глаза полны ярости, а он по-прежнему внушает страх.
Но как это возможно?!
Он что, тоже владеет магией телепортации?
И только спустя долгое мгновение до меня доходит… темного мага нет.
На том месте, где сейчас стоит Хартейн должен был валяться связанный Дариусом темный маг, но сейчас его нет.
Это не магия телепортации — это заклинание замены.
Впрочем, это объяснение не меняет ровным счетом ничего. Хартейн все так же стоит перед нами, едва ли не захлебываясь от гнева. Он поворачивается ко мне, и у меня противно холодеет в животе. Сердце пропускает удар.
— Ты! Зря ты вернулась сюда… теперь я смогу использовать тебя по-полной!
— Не смей и близко подходить к ней! — рычит отец, моментально закрывая меня плечом. Дариус и мама,тоже встают рядом со мной. Я же, чувствуя такую теплую поддержку, ощущаю смутное волнение — это же я должна была защищать их, а не наоборот.
И, тем не менее, они без тени какой-либо опаски выступают против целого драконьего владыки.
— Если ты вздумал хоть пальцем тронуть мою дочь… — начинает отец, но Хартейн вдруг заливается смехом, и дрожащие искры магии пробегают по его телу.
— Пальцем? О нет. Мне даже не нужно к ней прикасаться.
И вдруг у меня начинает звенеть в ушах, в голове все плывет, будто волны накатываются одна за другой. Голова раскалывается, и я невольно хватаюсь рукой за грудь, которую будто прожигает изнутри.
Погодите… неужели, это она? Метка рабыни.
Я уже почти забыла о ней со всеми этими приключениями и свыклась с той слабой болью, которая пронизывала меня все это время. Но теперь эта метка снова вспыхнула адским огнем. Едва ли не сильнее, чем когда Райайн проводил тот ритуал!
Мои мысли путаются, ноги подгибаются, я падаю на колени и упираюсь руками в каменистую почву.
Не успеваю даже толком испугаться, как в голове звучит чужой голос, гулкий шепот, отдающий приказ: