Адриана Вайс – Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (страница 20)

— А что с людьми? Скольких мы потеряли?

Фаваро тяжело вздыхает и снова зарывается в бумаги.

На этот раз я чувствую его замешательство. Фаваро больно говорить на эту тему. И я его понимаю как никто другой. В отличие от Адриана, для меня важна каждая жизнь. Причем, дело вовсе не в нехватке рабочих рук.

После того, как я объездила все владения Адриана, помогая своей магией больным и умирающим, я лично убедилась в ценности человеческой жизни. Как для того, кто отдает всего себя ради помощи нуждающемуся, так и для близких этого самого человека.

Даже если у людей отнять их посевы, дома и все личные вещи, это не будет значить ровным счетом ничего, покуда их близкие живы. Их будет объединять и поддерживать надежда и вера. В собственные силы, в друг друга, в безмятежное будущее, которое рано или поздно наступит.

Именно поэтому этот вопрос так важен для меня.

— У нас шестнадцать человек ранено. Из них двенадцать отделалась легкими ранами. Еще у троих средние раны, но, думаю, их жизни ничто не угрожает. По крайней мере, их осмотрел лекарь из отряда Змея. Кстати, насчет лекарей. Оказывается, единственного лекаря, который проживал в Топях, был схвачен еще в прошлый набег и продан Аскелату. Вы договорились насчет возвращения ваших подданных обратно?

Разговор резко сворачивает в болезненное для меня русло.

Изо всех сил стискивая кулаки, ярко вспоминая наши переговоры с Аскелатом и тяжело мотаю головой.

— К сожалению, нет, — подавленным голосом отзываюсь я.

Я ожидаю, что Фаваро сейчас скажет какую-то колкость или как-то иначе заденет меня, но он просто бросает одну короткую фразу:

— Понятно. Значит, нам нужен новый лекарь или целитель.

— Подождите… — вскидываю голову я, — Вы же сказали, что ранено шестнадцать человек. Двенадцать с легкими ранами, трое со средними. А что насчет еще одного?

— Как я и сказал… — отводит взгляд Фаваро, — …нам нужен новый лекарь или целитель. Состояние последнего раненого тяжелое. И лекарь Змея здесь помочь не сможет. Впрочем, шансы, что он выкарабкается, все же есть. Что касается раненых — это все…

Его подводка заставляет мое замершее сердце камнем рухнуть к ногам.

— Неужели, это значит, что…

— Да, мадам, — прикрывает глаза Фаваро, — Есть и погибшие. Их двое. Один ополченец, а второй… ваш кучер.

Пьер… моего кучера звали Пьер…

Плотно стискиваю ладони, чувствуя, как они дрожат. Губы сами бормочут молитву богам, прося их позаботиться обо всех погибших.

Чувствую как ноги окончательно отнимаются и я снова падаю на диван.

Мысли упорно возвращаются к Пьеру. Ведь именно благодаря ему мне удалось уехать подальше от Адриана, да ещё на его свадебной карете…

И, в то же время, на меня накатывает пронзительное чувство вины. Ведь, не открой я тогда эту злополучную дверцу свадебной кареты, не скомандуй я куда ехать, и Пьер был бы жив.

Да, после того как он довез нас с Фаваро до Топей, Пьер сам решил не возвращаться к Адриану, а остаться с нами здесь. Но стоило ли мне разрешать ему остаться в таком опасном месте?

Я не знаю…

И эта неуверенность давит на меня сильнее, чем все самые изощренные унижения Адриана.

— Эй! — гневно восклицает Фаваро, вырывая меня из безнадежных мыслей, — Мадам Легро занята!

— Уверен, у неё найдётся время для меня, — доносится до меня знакомый грубоватый голос.

Я рывком поднимаю голову и вижу, как в гостиную заходит Змей собственной персоной. В глаза тут же бросается его куртка со свежими порезами на груди. При этом, не смотря на довольно потрепанный внешний вид, израненным он не выглядит.

Не обращая ни малейшего внимания на Фаваро, он подходит ближе ко мне и говорит, выжидательно прищурившись:

— Мадам Легро, мои ребята хорошо постарались, защищая Топи. Именно благодаря им тут всё не разнесли в клочья! Помнится, вы установили награду за каждого побежденного противника. Так вот, у нас получается двадцать три лошади, двадцать два рядовых нападавших и один командующий. Естественно, как и договаривались, лидер пока живой. Хоть я и не понимаю зачем он вам нужен.

— Я надеялась, что его можно будет допросить, — отвечаю я, глядя в глаза Змею.

Что ни говори, а сейчас я чувствую себя благодарной ему. Пусть отряд Змея только-только прибыл в Топи и даже толком не успел закрепиться, как не успел и вымуштровать ополченцев, но все же им удалось отбить первое нападение с минимальными потерями.

— Мы его уже допросили, — кривится Змей, — Только, никакой ценной информации нам из него вытащить не удалось. Он ничего не знает, кроме личности своего нанимателя. Которая, в свою очередь, нам не дает абсолютно ничего.

— Почему? — не понимающе хмурюсь я, — И кто же его наниматель.

— Потому что это какой-то мелкий лорд, про которого никто из моих ребят даже не слышал. Кажется, его зовут…

В этот момент меня словно пронзает разряд молнии. Потому что еще до того как Змей называет имя, я уже знаю кого он имеет в виду!

Глава 23

— …его зовут лорд Ховар Ульфрид, — заканчивает свою фразу Змей, и его слова звучат в унисон моим мыслям.

Лорд Ульфрид.

Тот самый, чью разрозненную переписку с графом Онсоном я нашла под половицей в своей спальне.

В голове сами собой вспыхнули слова оттуда: “...ни один посторонний не должен знать о нём”.

Может ли такое быть, что именно в надежде заполучить таинственного “него”, лорд Ульфрид и посылает на земли моего мужа всех этих головорезов? Ну или, как минимум, чтобы переключить наше внимание на постоянные набеги и не дать заполучить то, что кроется где-то на территории Топей.

Потому что иной причины так оголтело атаковать нас я не вижу. Топи нельзя назвать процветающими землями, здесь нечем поживиться. Так какой смысл постоянно отправлять сюда людей?

Голова идёт кругом от дикой усталости. Змей продолжает что-то говорить, но его слова сливаются в монотонный гул.

Встряхиваю волосами, чтобы прийти в себя и слышу обрывок фразы:

— …обещанная награда.

Ловлю на себе требовательный взгляд Змея и вспоминаю о цели его визита.

— Да… награда… — эхом повторяю я, отчаянно пытаясь вспомнить сколько денег у меня осталось и сколько нужно выплатить Змею.

Даже по самым примерным прикидкам выходит, что платить мне ему попросту нечем. Во-первых, я не рассчитывала, что повторное нападение случится настолько быстро. А во-вторых, я не рассчитывала, что выкуплю сразу всех имеющихся у Фабьена Морана невольников.

“Как бы сейчас пригодились деньги, которые Аскелат предлагал за Сигурда!” — прошипел в ухе слабовольный голосок, но я мгновенно заставила его заткнуться.

С Сигурдом мы еще обязательно разберемся. Помимо того, что я хочу расспросить подробнее насчет его прошлого, я также еще раз лично желаю поблагодарить его за мое спасение.

И, тем не менее, зацепившись за Аскелата, мои мысли продолжают работать в этом направлении

Перед отъездом, он вручил мне с собой ответные дары. Я видела лишь несколько массивных сундуков, но даже не подозреваю что находится внутри.

Я хотела заняться ими сразу как приеду в особняк, но из-за нападения, они вместе с каретой остались на подъезде. Так что разобрать их получится только завтра. Однако, я уверена, что там найдется что-нибудь ценное, что я смогу предложить Змею.

Который, тем временем, будто что-то подозревая, буравит меня тяжелым напряженным взглядом.

— Господин Змей, я очень благодарна вам за вашу работу и, можете быть уверены, я обязательно соблюду условия нашего договора. Но, предлагаю вернуться к этому вопросу завтра. К сожалению, сейчас есть более важные дела.

— Хорошо, я понимаю вас, — кивает Змей, однако на секунду в его глазах блестит сталь, — Но все же считаю обязанным предупредить, что затягивать с выплатами не следует. Мне стоило больших трудов уговорить мои людей согласиться на ваши не самые выгодные условия. Поэтому, искренне надеюсь, что вы выполните свои обязательства.

— Можете в этом не сомневаться, — твердо глядя ему в глаза отвечаю я, — Я сделаю все возможное, чтобы выплатить вам обещанную награду как можно быстрее.

— Рад это слышать, — улыбается краешком губ Змей и, на этот раз, делает это искренне, — В таком случае, разрешите откланяться. Мне еще нужно выставить патруль.

У меня уже не остается сил ан ответ, лишь на почтительную улыбку. Со всех сторон наваливается усталость. Чувствую себя вымотанной и ни на что не способной. Вдобавок, в голове продолжают крутиться мысли о станных причинах нападения на Топи.

Нет, со всем этим я разберусь уже завтра.

Дав Антуану, который все это время терпеливо стоит рядом, указания насчет того, на что нужно бросить силы в первую очередь, возвращаюсь в комнату. Хочу сходу упасть на кровать, но, поддавшись мимолетному чувству, снова вытаскиваю найденные под половицей письма и вдумчиво перечитываю их.

К сожалению, не открываю для себя ничего нового. Но глаз упорно продолжает цепляться за слово “ведьма”.

Пожалуй, это главный ключ всей переписки. Мое чутье подсказывает, что если я хочу во всем разобраться, то без помощи ведьмы мне не обойтись. Знать бы только кого лорд Ульфрид имел в виду под словом “ведьма”.

Нужно будет порасспрашивать на этот счет Огюста. Может, он сможет что-нибудь сказать. Но это будет уже завтра.