Адриана Вайс – Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (страница 11)
Я тяжело вздыхаю.
Все равно это слишком высокая цена. Конечно, как мы приедем обратно в Топи, я свяжусь с Адрианом и обрисую ему ситуацию, в надежде что он захочет сохранить свое имение в целостности и как минимум оплатит охрану. А как максимум, свяжется с королем и заручится поддержкой ближайшего гарнизона.
Однако, во-первых, у меня нет на этот счет никакой уверенности. А во-вторых, все это требует времени. И что мне останется? Управлять имением без какой-либо охраны, надеясь, что ни сегодня, ни завтра на нас не нападут?
Нет, вопрос с охраной я должна решить обязательно. И в этом свете Змей мне не кажется такой уж плохой кандидатурой. Чего нельзя сказать о его цене.
— Что вы скажете, мсье Вебер… — возвращаю я своему голосу уверенность, правда, Змей меня неожиданно перебивает.
Услышав мое обращение, он морщится как от зубной боли и недовольно бросает:
— Просто Змей. Прошу прощения, что перебил.
— Хорошо… Змей… Что вы скажете, если я предложу вам немного другой вариант?
— Так, — губы Змея расползаются в хитрой усмешке, — Я весь внимание.
— Я готова нанять ваш отряд за четыре тысячи франков в месяц…
— Боюсь, этого не достаточно… — цыкает Змей, однако я поднимаю голос, перебивая его и заставляя того дослушать мое предложение до конца.
— Но! Помимо этого, вашему отряду будет предоставлено все необходимое: кров, еда, забота о лошадях и экипировке. Если за время вашего найма на Топи нападут разбойники, все трофеи с них достанутся только вам. Однако, если вы захватите лошадей, их мы у вас выкупим по справедливой цене. За каждого побежденного противника я так же выплачу вам награду. Скажем, по двадцать пять франков за рядового нападавшего и две сотни за командующего, но он должен быть захвачен живым.
С удовольстивем замечаю, что по мере моего предложения лицо Змея становится все более задумчивым, а в глазах появляется хитрый блеск.
— Но это еще не все, — облизываю я пересохшие от волнения губы, — Если за три месяца вам удастся отразить все нападения, с четвертого месяца я согласна на пересмотр нашего договора в более выгодные для вас условия. Однако, у меня будет действовать и система штрафов. За каждого потерянного крестьянина — не важно убит он или захвачен в плен, я буду вычитать с вас по те же двадцать пять франков, за каждый разрушенный дом или разорённое поле — по двести.
Змей с Тибором обмениваются ошарашенными взглядами, после чего последний внезапно… заходится смехом?
Впрочем, очень быстро он берет контроль над своими эмоциями и уважительно кивает мне:
— Знаете, мадам Легро, я уже говорил это вашему мужу, но сейчас вынужден повториться. Адриану очень повезло с вами — даже среди торговцев не так много людей, которые могут похвастаться вашей хваткой.
Его слова странно действуют на меня. С одной стороны, мне приятна его похвала. Но, с другой, упоминание Адриана окунает меня в пучину отторжения и неприязни.
Особенно в таком контексте.
Если бы Адриан все это понимал и сам, если бы он не воспринимал меня с самого первого дня только как источник редкой магии, ничего этого, вполне возможно, и не случилось бы.
— Полагаю, чтобы принять такое предложение, ты должен быть максимально уверен в своих людях, — кидает Тибор Змею, — Так что ты скажешь на счет такого предложения?
На что Змей только хмыкает и качает головой.
— Скажу вам такую вещь, мадам, — наконец откликается он, — Это по-прежнему очень низкая цена. Однако, здесь есть где разгуляться и мне действительно интересно посмотреть, что из этого получится. Тем не менее, надеюсь, вы понимаете, что ставите непосильные условия для отряда из сорока человек?
Чувствую, что за все это время разговор, наконец, сворачивает в нужное мне русло. А это значит, что мы уже в шаге от заключения сделки.
— Более чем, — киваю я, — Именно поэтому могу предложить в качестве помощи наше ополчение. Сейчас оно собрано наспех, но я не сомневаюсь, что, если за их тренировку возьметесь лично вы, то они в скором времени будут способны оказать вам посильную помощь.
— Хорошо, в таком случае, мы согласны. У какого выхода вы остановились?
— У восточного, — с готовностью отзывается за моей спиной Фаваро.
— Тогда ждите нас с ребятами там на исходе дня, — скрещивает руки на груди Змей, намекая, что разговор на этом закончен.
— Отлично, будем вас ждать. А теперь, извините, мы еще должны закончить некоторые дела. Мсье… Змей, мсье Виньен, — киваю им на прощание, чем удостаиваюсь ответного кивка со стороны Тибора, после чего мы с Фаваро выходим на улицу.
И вот тут на меня с двойной силой наваливается все то волнение, которое я переживала в шатре. Сердце колотится так бешено, будто вот-вот пробьет грудную клетку, а еще мне просто невыносимо хочется пить.
— Вынужден признать… — приводит меня в чувство смущенный голос Антуана за спиной, — …вы действительно умеете вести дела.
— А вы сомневались? — оборачиваюсь к нему.
— Если честно, да, — смотрит мне прямо в глаза Фаваро, — Ваш супруг, мягко скажем, не самого высокого мнения о ваших способностях.
Казалось бы, я и так это прекрасно знаю, уже слышала от него самого. Но каждый раз это все равно острой болью отзывается в моем сердце. Это говорит лишь о том, что за все время Адриан ни разу по-настоящему не интересовался тем, что я делаю.
А это, в свою очередь, означает, что все мои старания быть ему полезной, хоть как-то помочь и поддержать, заранее были обречены на провал.
— Теперь, я надеюсь, вы доложите ему как обстоят дела на самом деле? — холодно поинтересовалась у Фаваро я.
— Можете не сомневаться, кивает он, — Но, позвольте напомнить, что у нас остается все меньше времени. А мы еще хотели решить вопрос с рабочими руками.
— Да, — выдыхаю, возвращая контроль над своими эмоциями, — Прошу, проводите меня в следующее место.
Фаваро с готовностью кивает и снова мы растворяемся в оживленной суете улиц. Правда, на этот раз идти оказывается не так уж далеко — буквально через десять минут мы останавливаемся возле другого шатра.
В отличие от предыдущего, этот намного более просторный. Он неприметного песчано-серого цвета, из-за чего практически сливается с окружением. Если бы Фаваро не привел меня сюда, я бы ни за что и не подумала, что здесь вообще есть хоть кто-то. В отличие от остальных шатров, на входе нет ни людей, ни невольников, ни даже каких-нибудь лавок.
Уже заходя внутрь, Фаваро бросает мне через плечо:
— Мадам Легро, торговца, в которым вы будете вести дело, зовут Фабьен Моран.
— Поняла, — киваю я, делаю решительный шаг вперед и тут же замираю от непривычки.
Если обстановку в предыдущем шатре можно было назвать аскетичной, то здесь все оказывается по-другому. Во-первых, сразу в глаза бросается много толстых изысканных зеркал, комодов из дорогих пород дерева, множество гобеленов и бархатных подушек.
На такой вот горе подушек, безмятежно затягиваясь из кальяна, от которого доносится сладковато-фруктовый запах, восседает мужчина. Средней длины каштановые волосы, спадающие ему на глаза, легкая щетина, бронзовая загорелая кожа и хитрое узкое лицо, похожее на морду лисы.
На нем полурасстегнутая белая рубаха и темные штаны-шаровары. Фабьен расслабленно сидит на подушках, а возле него с кучей бумаг суетится молодой коротко стриженный белобрысый юноша.
Услышав нас, Фабьен быстрым движением убирает со лба мешающие ему волосы и с удивлением смотрит на Фаваро.
— Вы поглядите, кто это пришел! — он перескакивает глазами на меня, быстро и придирчиво осматривая меня с ног до головы.
От этого взгляда становится не по себе. Я держу в голове, что это за человек и чем он занимается, но все равно создается такое ощущение, что он оценивает мой внешний вид, чтобы прикинуть, за какую сумму он сможет меня продать.
— Приветствую вас, мсье Моран, — сухо отзывается Фаваро, — У вас найдется для нас немного времени?
— Смотря, что вы от меня хотите, — ухмыляется тот, снова переводя взгляд на меня.
— Мы хотим выкупить ваших невольников, — решаю я вступить в разговор.
— Хм, и какие вам нужны невольники? — прищуривается Моран, — Красивые, мускулистые, или главное, чтобы были выносливые?
Чувствую поднимающееся изнутри возмущение. Мне понятно, что он имеет в виду, вот только мне это совершенно не нравится.
— Мсье Фаваро представил вас, мсье Моран, как достойного человека, с которым можно вести дела. Но пока единственное, что я увидела, это оскорбления в мою сторону.
На лице Морана появляется широкая улыбка. Причем, в отличие от того же Змея и Тибора, я абсолютно не чувствую, что прячется за ней — какая-то искренняя эмоция или просто искусная мимика.
— Прошу принять мои самые искренние извинения, — прикладывает руку к груди Моран и кланяется, отчего волосы опять спадают ему в глаза, — Ни в коем случае не хотел вас обидеть. Просто в нашем деле бывает всякое. За какими только невольниками люди не приходят… А какие нужны вам?
— Мне нужны прежде всего те, кто хочет работать с землей, распахивать поля и валить деревья.
Улыбка сползает с лица Морана, а он сам непонимающе хмурится.
— Простите, я не ослышался? Вы сказали “хочет”? Вам точно нужны невольники?
— Вы не ослышались, — твердо отвечаю я, — Я собираюсь выкупить у вас людей, которые хотят работать, и сделать их своими полноценными подданными, закрепив за ними землю.