Адриана Вайс – Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына! (страница 38)
– Я готова! – выдыхаю я, переводя взгляд на Ульфрида.
Краем глаза замечаю как Брэндон кивает и направляет руки уже на меня. Вот только, сделать он ничего не успевает, потому что его барьер с оглушительным звоном разбившегося стекла внезапно разлетается на куски.
Нас обдает волной дикой и свирепой враждебной магии. Причем, магии настолько сильной, что пробив барьер, она мощной волной врезается прямо в нас, откидывая в сторону и впечатывая прямо в бортик террасы.
Удар оказывается такой силы, что у меня в спине что-то хрустит, тело пронзает дикая боль, а из груди выбивает весь воздух. Но самое главное, что я не разжала пальцы и удержала прижатым к себе Ульфрида, который будто бы пораженно замолкает.
Я даже в панике осматриваю сына – не зацепило ли его случайно. Но как будто бы он полностью здоров.
Сбоку до меня доносится болезненный стон Брэндона – ему повезло еще меньше. Мало того, что именно он принял на себя весь удар, так его еще и приложило об ограду затылком. С замиранием сердца я вижу, как по его волосам струится кровь.
– Вот и вы и добегались, фростландские свиньи! – появляется в проеме тот самый бугай.
Он тоже выглядит весьма и весьма паршиво. Но, в отличие от нас, у него еще полно сил. Тяжело дыша – то ли от долгого бега, то ли от предвкушения скорой расправы – он обнажает меч и направляет его на нас.
– Жаль, что честь прикончить Дракенберга выпала нашему драконоборцу. Но я согласен и на утешительный приз. Отправить к демонам его шлюху со своим недоноском вполне меня устроит.
В панике я шарю глазами вокруг себя, чтобы найти хоть что-нибудь, чем я могла бы обороняться. Хоть палку, хоть стальной прут, но ничего нет. Мы полностью безоружны перед этим головорезом.
Неужели, я так здесь и умру?
Меня снова захлестывает паника, пополам с обидой. Которая, впрочем, быстро сменяется отчаянием и безысходностью. Что толку обижаться на кого-то, когда ты уже заглянула в глаза смерти?
Вот только, разме мой сын, который еще ничего не сделал, достоин этого ужаса?
Разве с этим можно смириться?
Если бы я только владела хоть какой-то магией, я обязательно сделала все, что в моих силах, чтобы защитить сына и Брэндона.
Бугай делает к нам шаг. К нему на балкон выходит еще один головорез. С коротким жезлом и татуировками в виде рун на руках. Похоже, именно он разрушил барьер Брэндона.
В этот момент, бугай замахивается на нас мечом и Брэндон снова вскидывает руки.
С них срывается слабое пламя, которое, тем не менее, приняв форму огненной стрелы, несется к бугаю.
Но в этот момент, стоящий за его спиной маг, хватает его за шкирку как котенка, отбрасывая себе за спину и выбрасывает вверх жезл.
Этих двоих окутывает барьер, но на барьер Брэндона он похож меньше всего. У него кислотно-ядовитый цвет и по нему то и дело пробегают яркие всполохи. Но самое странное, что как только огненная стрела врезается в него, она моментально раздувается, становясь грязно-коричневого оттенка, будто бы впитывая в себя враждебную магию и взрывается.
Взрывается с такой силой, что нас снова вдавливает в ограду, а потом до ушей доносится стальное звяканье и я чувствую…
Сердце обреченно замирает, а сознание отказывается поверить в происходящее.
Нет, это просто невозможно!
Я чувствую, как мы неумолимо летим вниз…
Глава 48
Неужели все так и закончится?
Прямо здесь, прямо сейчас… для меня, моего малыша и Брэндона, отчаянно защищавшего нас до последнего?
Встречный ветер бьет меня в спину, встопорщивает волосы, но у меня все равно это не укладывается в голове.
Где-то в глубине меня вспыхивает настолько яркое чувство возмущения, что перед глазами будто встает пелена, а уши закладывает.
И только спустя долгое мгновение до меня доходит, что это происходит на самом деле.
Ни с того ни с сего Ульфрид снова заходится криком. Но этот крик совершенно не похож на то, как он плакал обычно. Сейчас его крик больше напоминает яростный рев дракона. Слабый, не оформившийся, но рев, в котором уже чувствуется сила и от которого закладывает уши.
Вдобавок, его тельце вспыхивает ярким светом, который я и приняла за пелену.
Переведя на него взгляд, я с удивлением замечаю, как личина, которую на него накладывал Брэндон, трещит по швам и рассыпается как застарелые глиняные черепки. На коже моего мальчика проступают синие чешуйки.
Что с ним происходит?!
Неужели… это то самое пробуждение драконьей силы, о которой говорил Брэндон?
Но разве оно может нам хоть как-то помочь?
***
Даже в лице неожиданной поддержки светловолосого парня, который оттянул на себя нескольких противников, сражаться с оставшимися просто невыносимо. Сразу видно, эти трусливые мерзавцы хорошо подготовились. Не пожалели ни магии, ни сил, чтобы загнать меня в такую ловушку.
Но самое главное, они не пожалели и обычных людей, которые по чистой случайности оказались в этом месте. И уже за одно это я ни за что их не прощу.
Я уничтожу каждого из них!
Но для начала нужно одолеть самого главного – гиганта в серебряной маске с волнистым кинжалом. Он один стóит по меньшей мере дюжины солдат. Сражаясь с ним я даже ощущаю, что он – не человек.
Парень, который ввязался в драку с ними, коротко кинул, что это драконоборец, вобравший проклятой крови… что бы это ни значило.
То, что это драконоборец, я видел и сам. Я уже сталкивался с подобными ему, хотя сейчас этих фанатиков почти не осталось. Всего несколько лет назад они предприняли попытку избавиться от правящей верхушки Фростланда и Норланда, но потерпели оглушительное поражение. В результате чего, не без помощи моего отряда, были либо перебиты, либо схвачены и отправлены гнить в темницы.
Говорят, часть из них ушла на юг, но и там он ничего не добились. Теперь же, судя по всему, недобитые остатки решились объединиться с нашими противниками, чтобы отомстить. Гайденмарк – одни из немногих земель, где хоть и есть драконий владыка, но он не имеет такого высокого влияния. Окончательное решение всегда остается за Советом Магов, в котором большинство членов – люди.
Так что не удивительно, что в качестве последнего пристанища недобитки выбрали именно это место. Другое дело, с чего их вообще стал слушать Совет.
Впрочем, это меня не заботит.
Вторгнувшись на территорию чужих земель, разрушив город и превратив в ад жизни ни в чем не повинных людей, они добились лишь одного.
Они разожгли во мне самое настоящее пламя ярости. И теперь, я не остановлюсь ни перед чем, пока…
Бум!
Неожиданно громкий и странный удар сердца прерывает мою мысль.
Странный, потому что он принадлежит кому угодно, но не мне.
Рефлекторно уворачиваюсь от удара, отбрасываю от себя накинувшегося с мечом противника и запоздало пытаюсь понять, что сейчас произошло.
Такое ощущение, будто бы в мгновение ока я оказался связан с кем-то незримой связью.
Почему-то перед глазами встает лицо той девушки с ребенком, которую я недавно спас. И которую сопровождал в Снежный Пик.
Ее образ будто бы бьется в такт моему сердцу и я не понимаю с чего вдруг она всплыла в моем сознании. Да, даже просто находясь рядом с ней, я испытывал странные непередаваемые ощущения. Будто бы я был по-настоящему свободен. И я был бы рад, если ей и ее сыну удалось бы покинуть занятый противниками город.
Но почему именно сейчас на меня наваливается чувство смутного узнавания. Точно такого же, которое не отпускало меня в тот момент, когда я спас ее из плена. Только на этот раз оно куда острее. Теперь оно сплетается с предчувствием скорой беды и кричит о том, чтобы я что есть сил мчался к ней.
Не понимаю…
Откуда все это возникло? И что все это значит?
Однако, спустя буквально пару мгновений, ее образ друг тускнеет и его сменяет другой. Совсем крошечный мальчуган с карими глазами. Он тянет ко мне свою маленькую пухлую руку… которая под свет ослепительной вспышки вдруг обрастает синей чешуей.
Облик мальчугана моментально меняется и вот уже я вижу перед собой полноценного дракона. Юного, едва завершившего свое первое превращение, но уже такого сильного и… родного? Бум!
Снова ощущаю я стук чужого сердца.
Но на этот раз понимаю – это его сердце.
Потому что передо мной – мой сын!
Зов крови, который связывает драконов одного рода пробудился и теперь, наконец-то, я могу узнать, куда Ева уволокла моего сына.