Адриана Вайс – Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (страница 85)

Ронан создавал это место годами, он вкладывал сюда душу, знания и авторитет, а эта крыса в накрахмаленном воротничке уже примеряет его кресло, едва в коридорах высохла кровь.

— В этом разрезе союз с маркграфом Леннардом — моё самое лучшее решение, — продолжает Валериус, и я слышу, как он самодовольно прочищает горло. — Жаль только, что эта девка, эта проклятая Эола, выскользнула из моих рук. Если бы не Дамиан… — он тихо, но злобно ругается. — Если бы я привез ее Леннарду сразу, все остальное прошло бы гораздо проще. Без лишнего шума. Но, — он пожимает плечами, и этот жест полон презрительного высокомерия, — в конечном счете, все равно все сложилось в мою пользу. А то, что даже Леннард не смог поймать эту простолюдинку, так это больше не мои заботы. Хоть я и до сих пор совершенно не понимаю, зачем эта дерзкая, полуграмотная простолюдинка вообще понадобилась такому человеку, как Леннард.

Меня колотит от этой смеси наглости и глупости.

«Полуграмотная простолюдинка?»

Он до сих пор не понял, с кем имеет дело.

Но его крысёныш, кажется, чуть более осторожен. Он роняет голос до шепота, наклоняясь к Валериусу. Из-за этого часть фраз не долетают до моих ушей.

— Господин… стоит ли так уверенно говорить о… назначении? Ведь титул Архилекаря… ещё не упразднён. Пока это лишь… арест.

Валериус вздрагивает, как от пощёчины. Его надменное спокойствие даёт трещину. Он резко поворачивается к помощнику, и в его глазах вспыхивает тот самый, знакомый по нашим стычкам, ядовитый гнев.

— Это уже решённый вопрос! — отрезает он, и каждый звук звенит, как отточенная сталь. — Маркграф ясно дал понять: как только состоится казнь, тут же встанет вопрос о новом Архилекаре. И кандидатура будет только одна. Та, что обеспечила преемственность и порядок в эти трудные часы. Моя.

Я чувствую себя так, будто на меня вылили ушат ледяной воды.

Воздух резко заканчивается в легких, будто меня только что ударили под дых.

В ушах — оглушительный вой ветра, хотя в коридоре душно и тихо.

Казнь!

Это слово висит в воздухе, тяжёлое, чугунное, окончательное.

Леннард захватил Ронана и теперь собирается его уничтожить.

Глава 69

Мысль о казни эхом бьется в сознании.

Ронан.

Как такое возможно?

Человек, который стал моей единственной опорой в этом безумном мире, приговорен к казни из-за амбиций одного ничтожества.

Мои размышления прерывает резкий топот. К Валериусу подбегает санитар, его лицо белое как мел, грудь вздымается от частого дыхания.

— Господин Вейн! Срочно! Пациент в третьей палате… у него начались судороги, давление падает! Доктор Мэлоун говорит, это похоже на внутреннее кровотечение…

Валериус взрывается.

Его лицо искажает гримаса чистейшей ярости — не из-за состояния пациента, а из-за того, что его прервали в такой важный для него момент.

— Что?! Опять?! Я же только что стабилизировал его! Идиоты, бездари! — Он бросает уничижительный взгляд на своего подхалима и, уже отворачиваясь, бросает через плечо: — Ты знаешь, что делать! Займись поручением маркграфа! Отыщи эту проклятую книгу и девку, Милену Конти. Они либо всё еще прячутся где-то в лечебнице, либо затаились совсем рядом. Далеко они уйти не могли — девчонка едва дышит. Переверни тут всё, но найди их!

Помощник с голосом змеи почти кланяется, его крысиные глазки бегают по коридору, будто он уже напал на след.

Они расходятся — Валериус, чеканя шаг, следует за санитаром, его помощник исчезает в противоположном конце коридора.

Я остаюсь одна в своей укромной нише. Паралич медленно отступает, сменяясь леденящим, тошнотворным осознанием.

Нас ищут.

Прямо сейчас.

Ищут Милену. Ищут книгу.

Первая мысль — спонтанная и примитивная: бежать. Рвануть назад, в колодец, схватить Милену, попытаться куда-то отттащить Джареда (боги, как?!) и бежать, бежать, куда глаза глядят. Подальше от этих стен, от этой вонючей политики, от этого ненавистного лица Валериуса.

Я уже мысленно делаю шаг из-за шкафа, но ноги будто вросли в пол.

А потом, спустя долгую секунду, меня осаждает мой же внутренний аналитический голос. Тот самый, благодаря которому я холодно и отстраненно могла проводить даже самые сложнейшие операции.

А куда бежать, Ольга Владимировна? Ты в чужом мире. Ты не знаешь географии дальше окрестностей лечебницы. У тебя нет денег и, сомневаюсь, что они есть у кого-то из тех, кто сейчас сидит в колодце. А за вами всеми охотится могущественный маркграф.

Кроме того, с тобой тяжелораненый дракон, который, очнувшись, с большой вероятностью попытается тебя придушить, и истощённая девушка, едва оправившаяся от отравления тяжёлыми металлами. У вас кончается вода, еда и медикаменты.

Если вы сбежите в таком виде, то далеко не уйдете. В лучшем случае — вас найдут патрули Леннарда. В худшем…

В худшем, даже думать страшно.

В любом случае, бегство — это не решение. Это отсрочка смертного приговора.

Нет, во что бы то ни стало мы должны вытащить Ронана. Мы должны доказать его невиновность.

Но для этого нужно, чтобы Милена окрепла достаточно для того, чтобы дать показания. Нужно, чтобы книга попала в руки к кому-то, у кого хватит власти арестовать Леннарда.

Но я даже не предполагаю кто это может быть. Король? Верховный судья?

Я без понятия какая здесь иерархия, я не в курсе интриг, союзов. Кому можно доверять, а от кого надо бежать без оглядки.

Одна я — как слепой котёнок в собачьей будке.

Мозг, наконец, переключается с режима «паника» на режим «критическая оценка ситуации».

Я дышу глубже, заставляя мозг работать на полную.

План.

Мне нужен чёткий, реалистичный план.

Пункт первый и самый срочный: найти Эйнара. Он — наш единственный шанс понять, что здесь происходит. Он знает систему, знает людей, знает, к кому можно обратиться. Знает кому доверял Ронан, с кем поддерживал контакты.

Вот только Эйнар, скорее всего, в беде. Валериус не оставил бы рядом того, кто был предан Ронану. Значит, Эйнар либо арестован и где-то здесь, в подвалах Лечебницы, либо…

Нет. Думать о втором варианте нельзя.

Значит, ищем тут.

Пункт второй: обеспечить выживание. Еда. Вода. Медикаменты, особенно для Милены и Джареда.

Без этого мы не продержимся и дня.

Нужно рискнуть и раздобыть припасы, пока Валериус занят операцией.

Пункт третий: составить новый план действий. С Эйнаром, с припасами, с хоть какой-то информацией.

Я с силой отталкиваюсь от шкафа.

Дрожь ещё не прошла, но в ней теперь больше адреналина, чем страха.

Я осторожно выглядываю. Коридор передо мной на мгновение пустеет. Где-то вдали слышны крики Валериуса, ругающего кого-то в операционной.

Куда идти? Где могут держать Эйнара?

Не в общих палатах, это точно. Камеры для буйных больных? Подсобки? Архив?

Если Валериус верен своим привычкам, он мог снова запереть Эйнара в его собственной комнате.

Я выскальзываю из-за шкафа и сливаюсь с потоком растерянных санитаров и солдат. Голову держу низко, плечи сгорблены. В подсобке у прачечной, где ворохами валяется грязное бельё, я нахожу своё спасение — чей-то белый халат и тряпичную маску, которыми закрывают рот при работе с едкими растворами.

Я натягиваю халат поверх грязного платья, прячу волосы под импровизированный чепец из другого куска ткани и надеваю маску. В мутном зеркальце на стене вижу незнакомку — измученную медсестру, одну из сотен, на которую толком даже внимание не обратят.

По крайней мере, не должны.