Адриана Вайс – Директриса поневоле. Спасти академию (страница 34)

Мои слова, кажется, попадают в самое сердце.

В глазах студентов загорается огонь.

И этот огонь не просто надежды, а высоких амбиций!

Парень в очках делает шаг вперед. На его лице больше нет ни тени сомнения.

— Госпожа ректор… — говорит он громко и четко. — Я с вами.

А затем, повернувшись к своим товарищам, он вскидывает кулак и кричит:

— К демонам «Дракенвальд»!

— К демонам! — подхватывает толпа, и этот дружный, воодушевленный крик эхом разносится по гулким коридорам, вдыхая в них жизнь, которой они не знали уже много лет. — Мы остаемся!

Я стою и смотрю на них, и чувствую, как к горлу подступает ком.

Хочется смеяться и плакать одновременно.

От облегчения, от радости, от этого пьянящего чувства единения.

Получилось! У меня получилось достучаться до них! И, теперь, у меня есть команда.

Мы договариваемся, что они немедленно возвращаются на свои текущие занятия, а я займусь организацией нашего «спецкурса».

Студенты, возбужденно переговариваясь, расходятся, и в коридоре остаемся только мы с Лайсией.

— Лайсия, — я поворачиваюсь к ней, чувствуя невероятный прилив энергии. — Работы у нас непочатый край.

— Да, госпожа ректор! — она смотрит на меня сияющими глазами, готовая к любым подвигам.

— Слушай внимательно. Первое: нам нужно срочно провести… тестирование. Оценить реальный уровень знаний этой группы, чтобы понять, где самые большие пробелы. Второе: на основе этих данных нужно составить ускоренный учебный план. Третье: отобрать для них лучших преподавателей, которые готовы будут взять на себя дополнительную нагрузку. И четвертое: понадобится отдельная аудитория, где они смогут заниматься, не мешая остальным и, возможно, дополнительные учебные материалы. Справишься?

Я в своей стихии. Организация учебного процесса – это то, что я умею и люблю.

— Я все сделаю, госпожа Анна! — с энтузиазмом кивает Лайсия. — Все организую! Но…

Она осекается на полуслове, и улыбка медленно сползает с ее лица.

— Что «но»? — настороженно переспрашиваю я, внутренне готовясь к чему-то неприятному.

Лайсия виновато опускает глаза.

— Но… Есть одна проблема. Которая может возникнуть в самом начале. И… она может поставить под угрозу всю нашу затею.

Моя радость мгновенно испаряется, сменяясь привычным уже напряжением.

Ну вот, все именно так, как я и думала.

Похоже, что пять минут спокойствия – это предел для этой академии.

— И что же это за проблема, Лайсия? — спрашиваю я, уже чувствуя, как внутри все холодеет.

Глава 29

Лайсия тяжело вздыхает, и от этого вздоха у меня внутри все снова холодеет.

— Наши лучшие преподаватели… — начинает она, виновато глядя на меня. — Боюсь, они не согласятся на дополнительную нагрузку. Даже ради такого благого дела.

— Но почему? — я искренне не понимаю. — Они же педагоги! Они должны радоваться возможности помочь талантливым студентам!

— Они бы и рады, госпожа Анна, — горько усмехается Лайсия. — Если бы им было, на что кормить свои семьи. Академия задолжала им жалованье. Некоторым – за несколько месяцев. Вы ведь сами поручили мне собирать жалобы и предложения. Так вот, это – жалоба номер один.

Я в шоке смотрю на нее. Задолженность по зарплате?!

В моей голове это просто не укладывается!

— Как?! В смысле – задолжала?! — я чувствую, как мой голос срывается от возмущения. — Почему?!

— Потому что так решила госпожа Диарелла, — пожимает плечами Лайсия. — Она использовала жалованье как рычаг давления. Кто-то не признавал ее авторитет, кто-то осмеливался просить прибавки, а кому-то она просто решила насолить из личной неприязни. В итоге самые сильные и принципиальные преподаватели сидят без денег уже несколько месяцев. Ведут минимальный набор предметов и часов, просто чтобы к ним больше не было претензий. Поэтому, я очень сомневаюсь, что они согласятся работать в долг, даже ради вас. Конечно, можно пригласить преподавателей послабее…

— Нет! — отрезаю я так резко, что Лайсия вздрагивает. — Никаких «послабее»! Если мы хотим сделать из них лучших, их должны учить лучшие!

Я начинаю мерить шагами коридор.

Ситуация кажется патовой. Денег нет. Документов нет. Спонсора нет.

А теперь еще и преподаватели-забастовщики.

Да что ж это за проклятое место!

Так, стоп. Без паники, Анна Дмитриевна.

Ты – руководитель. А руководитель должен не паниковать, а решать проблемы.

Должен же быть какой-то выход! Какой-то ресурс, который я упустила…

И тут в голове вспыхивает безумная, почти нелепая идея.

Я резко останавливаюсь и поворачиваюсь к Лайсии.

— Лайсия, скажи, а мне… — я запинаюсь, чувствуя себя полной идиоткой. — Мне, как ректору, вообще положено какое-то жалованье?

Лайсия удивленно хлопает глазами.

— Да, конечно, госпожа Анна! — говорит она. — Жалованье ректора выплачивается отдельным переводом, напрямую из казны Магического Совета. Оно как раз должно прийти со дня на день.

Отлично! Просто отлично!

На моем лице снова появляется улыбка азартного игрока. Кажется, у меня есть решение!

— Лайсия, слушай меня очень внимательно, — я беру ее за плечи, и мой голос звенит от возбуждения. — План меняется. Ты идешь к нашим «лучшим из лучших». К каждому лично. Объясняешь им ситуацию. Рассказываешь про наш спецотряд и про то, какая это для всех нас возможность.

— Но они спросят про деньги… — растерянно лепечет она.

— А ты им ответишь! — повышаю голос я. — Скажешь, что пока мы не пройдем инспекцию, я не могу выплатить им долги академии. Мои руки связаны. НО. — Я делаю драматическую паузу. — Я могу отдать им свое личное жалованье. Полностью. До последней монеты.

Лайсия смотрит на меня, как на святую.

— Скажи, что это будет первый взнос в счет погашения долга. И моя личная гарантия того, что, как только у нас появятся деньги, я верну им все, что задолжала эта… — я с трудом сдерживаюсь, чтобы не выругаться, — …эта Диарелла.

«Господи, я что, только что изобрела здесь зарплату в конверте и авансовую систему?» — с иронией думаю я, глядя на ошарашенное, но полное восхищения лицо Лайсии.

— Госпожа Анна, но как же так?! — шепчет Лайсия, глядя на меня широко раскрытыми, полными ужаса и восхищения глазами. — Вы… вы готовы отдать все свои деньги? Но на что же вы будете жить?

Я устало усмехаюсь.

— А куда мне их здесь тратить, Лайсия? На новые платья? У меня и так дел по горло, некогда по балам разъезжать, — я по-дружески хлопаю ее по плечу. — Не беспокойся обо мне. Главное – результат. Действуй!

Она, все еще качая головой, но с новой решимостью в глазах, кивает и почти бегом устремляется по коридору.

А я про себя добавляю: «К тому же, если я проиграю пари с Рокхартом, то отправлюсь в шахты. А там деньги мне точно не понадобятся. Разве что кайло себе купить, поудобнее».

От этой черной шутки мне становится немного легче.

Я возвращаюсь в свой кабинет. Райнер ждет меня, он нервно ходит из угла в угол, и при моем появлении замирает.

— Райнер, у меня хорошие новости, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более буднично. — Я договорилась с господином Рокхартом. Он дает нам еще один шанс.