Адриана Вайс – Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья (страница 30)
Этот голос я ни с чем не спутаю.
Габриэл.
Это точно он.
— Рафаэль, пожалуйста, вызывай стражу! — кричу я, чувствуя, как паника охватывает меня.
Но уже слишком поздно.
Внезапно дверь с оглушительным грохотом распахивается, и на пороге появляется Марк, начальник охраны Габриэла. Его массивная фигура заполняет весь дверной проем.
— Беги! — кричит Рафаэль, отталкивая меня и бросаясь на Марка.
Я разворачиваюсь и несусь что есть сил по лестнице, но кто-то резко хватает меня за руку и бесцеремонно дергает на себя.
Рука заходится дикой болью, я теряю равновесия и оступаюсь.
Разворачиваюсь, чтобы не растянуться на полу и в тот же момент ледяные пальцы стискивают мою шею. Перед глазами появляется раздраженное лицо Габриэла. Не отпуская мою шею, он с силой припечатывает меня к стене. Глаза Габриэла сверкают яростью, а на его лице играет самодовольная усмешка.
— И куда же ты собралась, моя дорогая женушка? — его голос пропитан сарказмом, — Тебе еще не надоело играть в прятки? Мне уже хватило, что ты один раз сбежала от меня. Больше я не повторю этой ошибки!
Глава 40
Я провожаю взглядом Оливию Шелби, которая покидает мой кабинет, и ловлю себя на мысли, что ее образ задерживается в моем сознании намного дольше, чем следовало бы. Что-то в ней зацепило меня, что-то неуловимое, но настойчивое.
Я хмурюсь, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Когда она вошла, испуганная, но старающаяся держаться с достоинством, я увидел в ней лишь очередную молодую особу, пытающуюся урвать кусок так удачно свалившегося на нее наследства. Её глаза, полные тревоги, меня совершенно не впечатлили.
Однако, по мере того как долго шел наш разговор, я стал замечать изменения, происходящие с ней. С каждым новым словом ее голос крепчал, поза становилась уверенней, и я кожей чувствовал ее твердую непоколебимую решимость.
А затем она заговорила о людях. О крестьянах, о слугах, о тех, кто зависит от ее решения. Именно в этот момент она перестала для меня быть очередной алчной наследницей.
Перед собой я увидел девушку, готовую бороться до последнего за тех, кто ей доверился. За чужие судьбы, которые почему-то стали для нее важнее ее собственной.
Я еще раз вспоминаю момент, когда она, сжав ручку корзинки, подошла ко мне и, несмотря на явное волнение, твердо произнесла:
— От вашего решения зависит не только моя судьба, но и судьба всех, кто живет и трудится в поместье.
В её глазах вспыхнул огонь, и на мгновение мне показалось, что передо мной не хрупкая девушка, а воин, готовый бороться до конца. Это было неожиданно и... удивительно.
Я откидываюсь на спинку кресла, не сводя взгляда с двери. Её слова, её решимость — всё это пробудило во мне какое-то забытое чувство. Может, уважение? Может, восхищение?
А, может, что-то вообще третье? Совершенно иное…
Стук часов возвращает меня в реальность.
Я моргаю, заставляя взять себя в руки и сосредоточиться на делах, которые я должен завершить до момента моего отъезда, который с каждой минутой все ближе и ближе.
***
Закончить мне удается только когда на горизонте уже брезжит рассвет. Я отдаю распоряжение слугам, чтобы они собирали мои вещи и готовили карету. Сам же выхожу из-за стола, чтобы размяться и именно в этот момент мой взгляд падает на корзину со сладостями, которую оставила мадам Шелби.
Хм… а я почти забыл о ней.
При взгляде на нее у меня в голове снова всплывают ее слова. Полные волнений и переживаний, такие искренние и настоящие: “Если вы скажете, что эти десерты не достойны продаваться на улицах города… что ж, мне будет очень больно, но если ваши слова будут искренними, я их приму. Значит, мои навыки готовки не так уж высоки”.
“Разве я могу после всего этого оставить ее просьбу без внимания?” — усмехаюсь я и подхожу ближе.
К тому же я уже давно чувствую голод, а запах сладостей будоражит мой аппетит и сводит с ума.
Я снимаю полотенце, открывая содержимое. Внутри аккуратно уложены десерты, каждый из которых выглядит как маленькое произведение искусства. Беру один и подношу к лицу, обращая внимание как ровно блестит шоколадная оболочка. Она слегка пахнет горьким какао и чем-то терпким. Принюхиваюсь и обостренное обоняние дракона улавливает волнующий запах мяты.
Интересно.
Откусываю. Шоколад хрустит, раскрывая скрытую внутри вишню, которая словно взрывается во рту ярким, сочным вкусом пряностей и яркого аромата мяты. Сначала горьковато-сладкий вкус шоколада обволакивает язык, но затем приходит время безудержной свежести, что наполняет рот ярким ощущениями и непередаваемыми ароматами. Я невольно закрываю глаза, наслаждаясь сочетанием.
"Невероятно," — проскальзывает мысль, — “Это совершенно непохоже, на обычные сладости”
Я пробую следующее — вишню, в нежном йогурте. Легкая, кремовая текстура удивляет уже сама по себе, но едва я откусываю, вкус десерта буквально заполняет собой всё. Слабая кислинка йогурта усиливает вкус ягоды, а вместе они создают ощущение чего-то невероятно живого. Я закрываю глаза, позволяя себе на миг забыть о реальности.
Третий десерт — это вишня с хрустящим печеньем. Неожиданное сочетание, которое с первого укуса покоряет хрустящей, но рассыпчатой текстурой, которая скрывает под собой ароматную начинку, вкус которой усилен все теми же специями.
Это похоже на магию!
Я не могу сдержать тихого вздоха восхищения. Эти десерты не просто вкусны — в них чувствуется душа. Кажется, будто с каждым кусочком я прикасаюсь к частичке самой Оливии, впитываю в себя ее страсть и заботу.
Не в силах остановиться, одно за другим я пробую все, что есть в корзине. Каждая новая сладость кажется еще более изысканной, чем предыдущая. Я напрочь забываю о времени, о предстоящей поездке и всех своих проблемах. Существуют только эти удивительные вкусы, сменяющие друг друга и переплетающиеся воедино.
Наконец, моя рука натыкается на что-то холодное. Я вздрагиваю от неожиданности — морозильный артефакт, забытый в корзине, обжигает пальцы. Это возвращает меня к реальности.
Я опускаю взгляд на опустевшую корзину и понимаю, что съел все до последней крошки. Мог ли я или хоть кто-то из моих слуг подумать, что что обычные сладости произведут на меня такое впечатление?
Ко мне в кабинет с легкой опаской заходит Липарк, мой помощник. Высокий худощавый молодой человек в кожаной броне и со шрамом на щеке, непослушными соломенными волосами, холодным колючим взглядом, от которого многим становится не по себе. Многим, кто не знает какой Липарк настоящий — немного отстраненный и закрытый, но очень человечный.
— Ваша светлость, карета готова, мы перенесли все ваши вещи. И еще… — Липарк вытаскивает из кармана сложенный конверт и подходит ближе, чтобы передать его мне в руки, — мы получили весть от барона Дальрия, в которой он просит вас приехать как можно быстрее.
Мне хочется сказать все, что я думаю о Дальрии, но я сдерживаюсь. Холодно поблагодарив Липарка, беру письмо и тут же — не глядя — закидываю его в свой карман.
— Прошу прощения, ваша светлость, а что это? — замечает на моем столе пустую корзину Липарк, — Позвольте я выброшу этот мусор?
Глава 41
Горячая боль разливается по затылку, отзываясь в каждой клетке моего тела, когда Габриэл впечатывает меня в стену. Несколько секунд я даже не могу вдохнуть — воздух полностью вышибло из легких.
Я пытаюсь вырваться, но хватка Габриэла словно стальные тиски. Его пальцы впиваются в мою кожу, дыхание обжигает щеку. Сердце колотится в груди, а в голове пульсирует одна мысль: нужно как-то сбежать и вызвать стражу, потому что одни мы с ним не справимся.
— Отпусти меня! — кричу я, пытаясь ударить его по руке. Но он лишь сжимает пальцы крепче, заставляя меня задыхаться.
Громкий глухой удар и слабый стон Рафаэля заставляют меня резко повернуть голову вбок. Марк стоит над ним, тяжелой рукой пригвоздив Рафаэля к полу. Мой друг бессильно замирает, а я чувствую, как паника накатывает с новой силой.
— Рафаэль! — отчаянный вопль вырывается из моей груди.
В этот момент, на шум и крики в гостиную вбегают Сильви с Килианом.
— Что здесь происходит? — восклицает Килиан.
Увидев лежащего на полу Рафаэля, его глаза округляются, но он ничего не успевает сделать. Марк выхватывает меч, наводит оружие на них и блеск стали заставляет Сильви с Килианом замереть на месте.
— Не дергаться, иначе это будет последнее, что вы сделаете! — рычит Марк.
Сильви сжимает руки, в ее глазах плещется ужас, но она, опустив голову, подчиняется.
Габриэл наклоняется ближе ко мне, его дыхание обжигает кожу.
— Красивое местечко ты себе нашла, — говорит он, оглядываясь вокруг. — Жаль, что его придется сжечь вместе со всеми этими... тараканами.
Я чувствую, как внутри всё холодеет.
— Пожалуйста, не трогай их! — умоляю я, глядя на него, — Они ни в чем не виноваты!
Он резко прижимает меня к стене, заставляя меня замолчать.
— Надо было думать об этом раньше! — шипит он, а его голос сочится ядом, — Если бы ты добровольно отправилась в Морозные Утёсы, этого бы не случилось. Но ты решила поиграть со мной в прятки.
Слезы наворачиваются на глаза, но я изо всех сил сдерживаюсь.