Адриана Трижиани – Жена Тони (страница 94)
Он откусил от вафли. Масло и сироп капнули на заткнутую за вырез майки салфетку. Он пожевал и произнес:
– Я не смог.
– Не смог выступать? Ты потерял голос?
– Нет, петь-то я могу.
Чичи поняла не сразу. Она закрыла книгу.
Наконец Тони спросил:
– Ты еще на связи?
– Да. Просто пытаюсь переварить эту новость.
– Я тоже.
– Не знаю, что и сказать, – проговорила Чичи.
– Я и сам не знаю, что сказать, – мрачно отозвался Тони.
– Конечно, я могла бы заметить, что так тебе и надо…
– Ну спасибо. Я думал, что ужаснее уже почувствовать себя не смогу, а оказалось – могу.
– …но не стану, потому что я – твой единственный настоящий друг, – вздохнула Чичи, подсовывая подушку себе под ноги. – А кто она? Танцовщица?
– Нет, она, между прочим, еще старше тебя.
– Неужели ты уже и до такого докатился, Савви?
– Похоже на то! – рассмеялся Тони.
– Как-то не представляю себе, чтобы ты пожирал глазами зрителей в Орхидеевом зале в поисках дамочек формата «жена Санта-Клауса». Значит, это твоя знакомая.
– Как ты догадалась?
– В твоем возрасте незнакомые люди уже не так привлекательны. Нас больше занимает прошлое. Мы пытаемся удержать то, что уже знаем, – мягко сказала Чичи.
– Я был с ней знаком еще в Мичигане. Мы вместе пели в хоре церкви Святого Семейства.
– Совсем давно, – вздохнула Чичи.
– Она была такая красавица. Из польской семьи. Мне было шестнадцать, ей семнадцать, и она вышла за другого.
Чичи зевнула.
– Что ты хочешь, чтобы я сказала? – устало спросила она.
– Ты знаешь обо мне все, – тихо произнес Тони. – И это тоже – часть картины.
– Саверио, – начала Чичи, – ты вовсе не обязан заниматься любовью с каждой женщиной, которая хочет заняться с тобой любовью. Можно просто поужинать вместе, мило поболтать и поцеловаться на прощанье – или даже не целоваться. Можно, поверь мне, прогуляться по тропе воспоминаний и не дойти до постели. Тебе больше не нужно ничего никому доказывать.
– Нет, нужно. Только доказать не получается.
– Ты не обязан удовлетворять нужды разных женщин, даже если они этого требуют. Угости ее коктейлем. Отлично. Покружись с ней на танцполе. Прекрасно. А дальше пожелай ей спокойной ночи, посади ее на автобус, возвращайся в свой номер и закажи оладьи.
– Вафли.
– Да что угодно. Делай то, что хочешь сам. Можешь выступать в Орхидеевом зале и наслаждаться жизнью. При желании можешь даже выйти на пенсию. Благодаря мне у тебя недурные сбережения, денег предостаточно. Более того, благодаря той кавер-версии «Бонуса» ты еще и отлично заработаешь в следующие несколько лет. Мы ведь все это уже не раз обсуждали. А Дора где?
– Дома.
– А ты?
– В гостинице.
Чичи посмотрела на часы на ночном столике и быстро подсчитала разницу в часовых поясах.
– Ты уже переоделся?
– Пока нет.
– А поел что-нибудь?
– Заказал еду в номер. Вафли, бекон.
– Слишком плотная еда.
– Похоже, ты права. Меня как будто подташнивает, – признался Тони.
– Тебе нужно съесть что-то полегче. В мини-баре обычно есть крекеры. Пойди посмотри. И налей себе кока-колы. Без льда. Я подожду.
Тони подошел к мини-бару, порылся в ящике и налил себе кока-колы без льда.
– Я вернулся, – сказал он в трубку. – Нашел там крекеры. И колу.
– Прямо чудо.
– Да ты просто колдунья какая-то, – сказал он, хрустя крекером. – Откуда ты все знаешь? Впрочем, нет, не отвечай. – Он отпил кока-колы. – Ты меня насквозь видишь на расстоянии в три тысячи миль.
– Твой желудок скоро успокоится. А вот раненое самолюбие еще не скоро заживет.
– А от этого в мини-баре не найдется средства?
Сказав это, Тони рассмеялся, и Чичи тоже. Они хохотали так, будто репетировали сценку для выступления.
– Это было бы смешно, если бы не было частью и моей жизни, – заметила Чичи, отсмеявшись.
– Я утянул тебя за собой на самое дно, да?
На это Чичи ничего не ответила. Помолчав, сказала:
– Прими душ, переоденься в чистое и ступай домой. Забудь все случившееся.
– А если оно повторится?
– Даже «кадиллаки» рано или поздно ломаются.
– О, значит, ты считаешь меня «кадиллаком»?
– Раньше считала.
– А теперь?
– После всего, что между нами было, тебе непременно нужно узнать, сохранились ли у меня к тебе чувства? – удивилась Чичи.
– Почему бы и нет? – тихо спросил он. – Я сейчас очень ранимый. Мне пригодится любая поддержка.
– Ты женат. Для этого у тебя есть жена.
– Ясно. – Он вздохнул.
– Ты принадлежишь Доре. И она, кстати, очень милая. И отлично о тебе заботится.
– Дора тебе нравится больше, чем я, – буркнул Тони.
Чичи рассмеялась.