Адриана Трижиани – Жена Тони (страница 49)

Тут Чичи рассердилась.

– Они думают, что если мы вместе работаем, то заодно крутим шашни?

– Не знаю. Наверное.

– Что «наверное»? Парень и девушка не могут просто посидеть в комнате с бумажным пианино и выйти с новой песней, должно быть что-то еще?

– Ну, это они так думают.

– Надеюсь, ты им все разъяснил.

– Конечно.

– Просто верх непрофессионализма предполагать, что мужчина и женщина не могут работать вместе, не вступая в связь. Не понимаю, как это им вообще пришло в голову, где они такое видели? Ах да. У тебя.

– Почему ты так злишься? – спокойно спросил Тони.

– Потому что ты не слушаешь!

– Тогда послушай вот это: я записался добровольцем.

– Что ты сделал?

– Записался добровольцем.

– На военную службу?

– В духовной семинарии мне бы все равно отказали, – пожал он плечами. – Я хочу принести пользу своей стране. Пора перестать крутиться как белка в колесе и сделать в жизни то, что по-настоящему имеет значение.

– Ты записался в армию! – Чичи была впечатлена.

– Не в армию, во флот. Ты всегда говорила, что в океане есть что-то особенное. И я думаю, ты права. Там я найду все ответы. – Тони наклонился к ее уху и прошептал: – По-моему, мне нужен океан.

– Кьяра? – Джим положил руки на плечи Чичи.

– Ты называешь ее Кьяра? – удивился Тони. – Подумать только.

– Это прелестное имя, – улыбнулся Джим.

– Конечно, – согласился Тони, смахивая крошки с лацкана Джима.

Чичи подняла взгляд на Джима.

– Тони только что сказал мне, что записался во флот.

– Правда? – Джим протянул ему руку для рукопожатия. – А я в военной авиации.

– Думаю, мы сумеем выиграть эту заварушку, а?

– А куда мы денемся!

– Правда. Иначе знакомый нам мир перестанет существовать. А скажи мне, Джим, чем ты зарабатываешь на жизнь?

– Моя семья занимается грузоперевозками.

– И куда вы возите грузы? В Калифорнию? Техас?

– Нет, мы держимся Восточного побережья. Нью-Йорк, Пенсильвания, Коннектикут.

– Приятные места. Я выступал в горах Поконо. Там в лесах прекрасные отели. Например, гостиница «Маунт Эйри».

– Да, отличные.

Кузина Джузи прорвалась сквозь группу гостей и присоединилась к ним. Она только что заново припудрила лицо и подкрасила губы бордовой помадой. Это сочетание делало ее лицо похожим на портрет гуашью – сухой, но яркий.

– Саверио, ты потанцевал с каждой дамой на этой свадьбе, кроме меня, – пожаловалась она.

– С удовольствием, кузина Джузи. Кьяра, Джим, с вашего позволения.

Тони повел Джузи на танцпол. Садоводческий клуб Си-Айла в полном составе собрался вокруг них в кружок. Как член этого клуба Джузи поделилась кузеном с остальными, и в процессе этого своеобразного коллективного танца каждая дама из клуба прошла круг с певцом.

Чичи последовала за Джимом на танцпол. Он обнял ее, и они поплыли по павильону, сливаясь с ритмом и обгоняя время – по крайней мере, так им тогда казалось.

Джим обернул шелковый палантин Чичи вокруг ее плеч, и они вышли на ночной воздух. Последние гости рассаживались по своим автомобилям. Одни дамы бережно несли салфетки с кусочками свадебного торта, другие забирали с собой цветочные композиции с помоста, а третьи держали завернутые в кружевные салфеточки горсти печенья – остатки с подносов, – чтобы перекусить по дороге домой.

Стайка поклонниц Тони Армы собралась вокруг его взятого напрокат седана, в котором ему предстояло вернуться в Нью-Йорк. Отполированный, как лаковая туфля, черный четырехдверный «бьюик» влажно поблескивал в свете уличных фонарей. Поставив ногу на подножку автомобиля и опираясь на открытую дверь, Тони, в лихо сдвинутой на один глаз фетровой шляпе, развлекал слушательниц последней на этот вечер историей из гастрольной жизни. Он снял с шеи развязанный галстук, свернул его улиткой, положил в карман и расстегнул верхнюю пуговицу парадной рубашки.

Чичи и Джим остановились.

– Спокойной ночи, Тони! – крикнула Чичи.

– Спокойной ночи, Чич. То есть Кьяра, – отозвался Тони. – Приятно было познакомиться, Дон.

Чичи хотела было поправить его, но Джим ее остановил.

– Не имеет значения, – тихо сказал он.

Джим проводил Чичи до крыльца ее дома, где под фонарем выписывала восьмерки ночная бабочка.

– Спасибо за еще один чудесный вечер, – подняла на него глаза Чичи.

– Было весело.

– Хочется думать.

– А ты разве не заметила?

Чичи взяла его под руку.

– С Тони вышло немного неловко, – призналась она.

– Он и вел себя немного неловко, Кьяра.

– Мне кажется, он почувствовал себя неуверенно рядом с тобой.

– Но почему? У него не было никаких причин – разве что ты ему нравишься, конечно.

– Мы просто друзья. И работаем вместе.

– Мне кажется, ему хочется большего, – сказал Джим.

– Меня он не интересует.

– Ты уверена?

– Мне его жалко.

Джим взял Чичи за руку. Они сели на диван-качалку на крыльце.

– Жалость – вещь опасная, – доверительно проговорил он. – Когда жалеешь человека, это дает ему определенную власть над тобой. Он знает, что ты относишься к нему со снисхождением и потому ему сойдет с рук то, чего спускать нельзя.

– Он просто мой друг, а вовсе не мой парень. С ним рядом всегда есть женщина.

– Но ни одна не задерживается.

– Ну да, но это потому, что он не хранит им верность.

– Будь осторожна. Ты самая умная девушка из всех, кого я знаю. Не позволяй ему тебя одурачить.