Адриана Максимова – Сбежать любой ценой (страница 56)

– Может быть неприятный сюрприз, – хмурится Рик.

От этой новости я холодею.

– Дан, что ты собираешься делать? – спрашивает меня Вергилий.

– Поговорю с отцом, – рассеяно отвечаю я.

– Тебя не было черт знает сколько времени, и ты хочешь припереться к нему просто так? – вскидывает брови Вергилий.

– Предлагаешь подбрасывать под дверь анонимки?

– Я думаю, нужно оценить нынешнюю ситуацию, – говорит Рик. – Кто-то из нас встретится с твоим отцом и узнает, как идет следствие. Тебе с ним пока видеться не стоит. Юрий не должен узнать о том, что ты жива.

– Да, но мне некуда пойти…

– Не проблема. Остановимся у моего знакомого, – откидывая челку со лба, говорит Рик. – Вергилий, я завтра же отвезу тебя в штаб. Ты знаешь, что я не могу поступить иначе.

– Штаб? – переспрашиваю я.

– Рядом с порталом всегда находится офис нашей организации, – поясняет Рик. – Это местная власть. Есть еще центральный, но мы пока будем разбираться здесь.

– Не думаю, что я так легко отделаюсь. Скорее всего, меня будут судить в Нью-Йорке, – вздыхает Вергилий.

– Я буду выступать в защите. Мы справимся, – говорит Рик.

Вергилий кивает и молчит. Я по привычке сжимаю в кармане плаща нож. Мне нужно принять самое сложное решение в своей жизни.

До города нас подвозит пожилой мужчина в драной шляпе. Его «Жигули» выглядят так, словно пережили зомби-апокалипсис и несколько раз горели. Сажусь на заднее сиденье: ощущение, словно я плюхнулась на асфальт. Жестко и шершаво, даже сквозь такую плотную юбку, как у меня. Рядом со мной садится Вергилий. Придвигается ко мне так близко, что я чувствую жар его тела. Его близость раздражает, и я стараюсь отодвинуться. Я не могу простить ему ложь о ключах. В этот момент машина подпрыгивает, и я ударяюсь виском о дверцу.

– Черт!

– Неужели боль лучше, чем я? – тихо произносит Вергилий. Бросаю на него сердитый взгляд. – Ты меня никогда не простишь?

– А ты что-то делаешь для того, чтобы я простила? – шепотом откликаюсь я и тру пальцами ушибленный висок.

– Вы уже решили, за кого будете голосовать? – шепелявя, спрашивает водитель.

– Нет пока, – отвечает Рик. – А вы?

– Ну мне вот Юрий Дергачев нравится, – бодро говорит водитель, и кажется, в меня впивается улей пчел. – Деловой мужик, в прошлом успешный адвокат, теперь вот в политику подался. Жена у него хорошенькая, да и горя он тоже немало хлебнул.

– Горя? – эхом переспрашиваю я.

– Жена у него погибла во время пожара вместе со старшей дочерью, – отвечает водитель. Вергилий внимательно наблюдает за мной. – Жуткое дело. Правда, он быстро женился второй раз. Мне показалось, это некрасиво. А так хороший мужик. Буду голосовать за него. Толковым будет губернатором.

Мне становится тяжело дышать, перед глазами все переворачивается. Юрий метит в губернаторы! О, если бы только люди знали, кто он на самом деле! Сама того не желая, вцепляюсь в руку Вергилия. Тот накрывает ее своей.

– А вы актеры, да? – спрашивает водитель, обратив внимание на то, как мы одеты. – Съемки идут поблизости?

– Да, – отвечает Вергилий и расслаблено улыбается. – Про путешествие во времени.

– То-то я смотрю лица знакомые! – просияв от того, что везет знаменитостей, говорит водитель.

Квартира приятеля Рика находится на другом конце города от больницы, где я работала. От этого наблюдения сразу вспоминаю о Лене. Как у него дела? Как быстро он нашел мне замену? Ожидаю, что от этих мыслей станет больно, но мне все равно. Чувствую себя опустошенной и неимоверно уставшей.

Рик достает из-за тайника под обшивкой двери ключ и вставляет его в замок. Раздается щелчок, и в нос ударяет запах пыли и мусора. Похоже, здесь давно никого не было.

– Кажется, твой дружбан живет на работе, – едко замечает Вергилий.

– Не спеши с выводами! Может быть, в ванной мы найдем его труп, – говорю я.

– Я говорил, что мне нравится твое чувство юмора? – скалится Вергилий.

Рик идет на кухню и, включив кран, наполняет чайник. Здесь две комнаты, одна просторная гостиная, вторая поменьше – здесь стоит большая кровать и комод, над которым висит зеркало. Ванная очень маленькая. Шаг влево, шаг вправо – стена. Никаких личных вещей, по которым можно прикинуть, кто владелец и чем занимается. Лаконичное и безликое помещение.

Долго умываюсь холодной водой. Как же я скучала по этому простому ритуалу! Поднимаю голову и смотрю на свое отражение. Лицо осунулось и похудело, под глазами пролегли черные тени. Искусанные губы высохли и шелушатся. Я бы сейчас не отказалась от масла для губ и хорошей маски для лица. А еще ванны с ароматной пеной и маникюра. Промокаю лицо бумажным полотенцем и выхожу. От терпкого запаха кофе желудок тут же сводит узлом, и я понимаю, как сильно голодна.

– Кроме кофе ничего больше нет, – с сожалением говорит Рик.

– Это ведь твое жилье?

– Да, – после долгой паузы признается Рик.

Беру кружку и делаю несколько глотков обжигающего напитка. Божественно.

– Я воспользуюсь твоим компом?

– Нужно оплатить интернет, так что завтра. А сейчас ложись спать, уже поздно, – говорит Рик и открывает окно. – Мы с Вергилием ляжем в гостиной.

Он провожает меня в маленькую комнату. Здесь стоит двуспальная кровать, небольшой шкаф из Икеи, комод и кресло. Окна плотно зашторены. Рик раздвигает шторы и открывает ссохшуюся раму. Комнату наполняет прохладный свежий воздух, и я шумно втягиваю его в себя. Как я скучала по нему! Даже закрываю глаза от блаженства.

Рик бросает на кровать полотенце и футболку.

– Чувствуй себя, как дома, – холодно говорит он, словно недоволен моим присутствием на своей территории. – Спокойной ночи, Дана.

Провожаю его взглядом и без сил сажусь на край подоконника. Допиваю кофе и ставлю пустую кружку на комод. Достаю из кармана нож и смотрю на лезвие. Провожу пальцем по нему. Он такой же острый, как в Эливаре. Мне все еще не верится, что я в своем мире. Я дома. От волнения сердце делает кульбит и бьется где-то у горла. К глазам подступают слезы, и я шмыгаю, стараясь не расплакаться. Я смогла, я вернулась. Хотя временами мне казалось, что это невозможно. Еще несколько часов – и я узнаю, что с моей семьей. А сейчас…

      Опускаю глаза и смотрю на нож. Только эти два парня, что спят в соседней комнате, знают, что я проводник. И что моя семья особенная. Это погубит их? Даст новую жизнь? Что, если я подставила их, рассказав этим ребятам об их особенности? И главное – могу ли еще защитить? Что будет, если я сбегу? От последней мысли у меня тут же повышается настроение, правда, на мгновение. Обо мне слишком много знают, чтобы без проблем отыскать. Выход может быть только один.

Закусываю губу и, не дыша, иду в спальню, где спят Рик и Вергилий. Влажные пальцы судорожно сжимают нож. Легко ступаю на цыпочках, стараясь быть бесшумнее тени. Вхожу в комнату и вижу Вергилия, разметавшегося во сне. Лунный свет льется на пол, проливая немного света на его лицо. Спокойное, безмятежное, какое бывает у людей, которые крепко спят. Перевожу взгляд на диван, где спит Рик. Он тревожен даже во сне. Брови нахмурены, челка падает на лоб. Но дыхание тихое, еле слышное.

Я так сильно вцепляюсь в рукоятку ножа, что у меня сводит пальцы. Вслушиваюсь в часы, что тикают на стене, и понимаю, что не смогу причинить вред ни Рику, ни Вергилию. Не после того, через что мы прошли. А может, это просто чертова сентиментальность? Ведь если я не сделаю этого сейчас, другой возможности у меня не будет. Лезвие блестит в лунном свете, мне кажется, я стала одним целым со сталью. Подавив вздох, выскальзываю из комнаты и запираюсь в туалете. Нож с грохотом падает на пол. К горлу подкатывает тошнота, и меня рвет. Видимо, желудок отвык от кофе, а может быть, просто стресс. Вытираю рукавом губы и прижимаюсь к стене.

Я хочу узнать, кто я на самом деле. И какие еще тайны хранит моя семья. И проводники мне в этом помогут.

Просыпаюсь от запаха яичницы и свежего хлеба. Не сразу соображаю, где я. Пугаюсь, что снова попала в неприятности, но воспоминания быстро возвращаются, и меня отпускает. Лениво тянусь и сползаю с кровати. Замечаю на стуле голубые джинсы и футболку. Одежда мне немного велика, но это лучше, чем разгуливать по улицам в средневековом платье.

– Доброе утро! – выходя на кухню, бодро говорю я.

– Никакое оно не доброе, – ворчит Вергилий, выпуская в форточку колечки сигаретного дыма. На нем драные джинсы и белая майка. Задерживаю взгляд на его крепких бицепсах, увитых татуировками. От него пахнет морским гелем для душа и табаком. Перевожу взгляд на Рика. В серых хлопковых штанах и футболке он выглядит по-домашнему. Надеюсь: они никогда не узнают, с какими намереньями я стояла у них ночью в комнате.

– Интернет уже есть?

– Есть, – равнодушно отвечает Вергилий, продолжая курить.

– Позавтракай, и я дам тебе пароль от компа, – говорит Рик, ставя на стол тарелки.

– Да, папочка, – злюсь я, беря вилку. От нетерпения у меня болят мышцы и раздражение зашкаливает. Мне хочется немедленно вылезти в сеть и зайти на страницу сестры, чтобы узнать, жива ли она. А Рик надо мной издевается!

– У тебя час, – бросив взгляд на часы, говорит Рик. – Потом мы едем к Нилу в штаб.

– Но я не могу сейчас сдаться вашей организации! – вскидываюсь я. – Не сейчас, Рик, пожалуйста! Мне надо разобраться с Юрием!