Адриана Максимова – Сбежать любой ценой (страница 35)

– Ты мне обещала…– тихо говорит Вергилий.

– У тебя только одна возможность проконтролировать меня – вернуться.

Вергилий кивает и прикрывает глаза. Маллори дает мне инструменты и усилием воли отправляет в грудную клетку брюнета, похожий на дым, сгусток энергии. У меня язык не поворачивается назвать эту смесь питанием.

– Начинаем, – проверив пульс на запястье Вергилия, командует Маллори. Беру в руки скальпель и разрезаю кожу брюнета над бровью и спускаюсь к виску. Черная, как смола жидкость, льется на белую ткань простыни. Я спешу, и от сердцебиения у меня звенит в ушах. Нужно хорошо вычистить рану, чтобы там ничего не осталось.

– Поторопись, – произносит у меня над ухом Маллори. – Пора его возвращать.

У меня по вискам струится пот, я давно так не психовала во время операции. В прошлом я всегда знала, что делать, под рукой у меня было все самое необходимое, и рядом был Леня, который был богом в своем деле. Даже если случался форс-мажор, он всегда знал, как вырулить ситуацию и спасти пациента. Сейчас у меня нет такой страховки.

– Время, Дана! – через мгновение напоминает мне Маллори, выпуская из сосуда красный шар. Рик произносит что-то похожее на ругательство. Заканчиваю чистку и, взяв протянутую блондином иглу, делаю несколько стежков.

– Готово, – шепчу я, делая шаг назад.

Маллори опускает красный шар в солнечное сплетение Вергилия. По его телу пробегает судорога, но пульс не появляется.

– Черт! – ругается Маллори и хватается за другой сосуд, где танцует бордовое пламя. Такого я еще не видела! Оно влетает в тело Вергилия и тот начинает сиять, но сердце все равно молчит. Бросаюсь к нему, чтобы сделать искусственное дыхание, но Маллори хватает меня за талию и удерживает на месте.

– Нельзя, – сурово произносит он. – Если питание не сможет его вернуть, значит, мы его потеряли.

– Но если есть возможность, зачем от нее отказываться? Я ведь знаю, что делать! – возмущаюсь я.

– Не сомневаюсь в этом, – отвечает Маллори, и в тело Вергилия врывается темно-зеленая энергия, похожая на желе с мерцающими частицами.

– Вергилий! – кричу я. – Вергилий!

Сердце Вергилия молчит. Маллори приподнимает ему веки и качает головой. Его идея потерпела фиаско. Он выглядит бледным и очень виноватым. Нервно кусает губы, так что на них выступают капельки крови. В комнату вплывает Адель, окидывая нас холодным взглядом.

– Ничего хорошо сделать не можешь! – шипит она, подходя к Маллори. – Неудачник! Лучше бы ты умер, а не наш старший брат! Это было бы справедливей!

Радуюсь, что Маллори этого не слышит. Это было бы слишком жестоко.

– Озвучь, – требует Адель, садясь на край постели. Она проводит рукой по лицу Вергилия и наклонившись, целует в лоб. Меня передергивает от этого, и я отворачиваюсь.

– Нет.

– Влюбленная дура!

– Адель здесь? – спрашивает Маллори. Адель проходит мимо него, грубо толкая в грудь.

– У нее плохое настроение. Не хочу это повторять, – говорю я, не сводя глаз с мертвого Вергилия. Мне не верится, что его больше нет. Рик отходит в сторону, но прежде, чем успевает отвернуться, замечаю, что у него по щеке бежит слеза. Этот парень может быть сентиментальным? Для меня это сюрприз. И я снова понимаю, что ничего не знаю об этих парнях. Сужу о них только по тому, что они позволяют мне знать о них.

Возвращается Адель. Между ее руками танцует черный ураган то ли из пыли, то ли из дыма. Плавно опускает этот хаос на живот Вергилия, и он медленно входит в его тело. Берет Вергилия за руку и прижимает ее к груди. Алые губы что-то шепчут. Яростно, с самозабвением. Она запрокидывает голову назад, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Ты уверен, что у твоей сестры магия заблокирована? – спрашиваю я Маллори. А сама думаю, не приведет ли ритуал Адель к новым неприятностям. Если это большой выплеск энергии, то стражи придут сюда.

– Это не магия, – выслушав, что делает Адель, говорит Маллори.

– А что тогда?

– Духовная близость. Она раскрывает свою душу, чтобы пообщаться с другой. Это может каждый, – отвечает Маллори.

Адель без чувств падает на пол, и я бросаюсь к ней. Подхватываю ее и усаживаю, прислонив к стене. Хлопаю ее по щекам, белым, словно снег.

– Адель, милая, очнись! – говорю я, растирая ей ледяные пальцы. Ведьма не реагирует. Проверяю пульс. Он слабый, еле слышный.

– Смотри! – кричит Маллори. Поднимаю голову и вижу, как рана на лице Вергилия затягивается на глазах, превращаясь в тонкий шрам. Грудь поднимается, и он издает глухой вздох. Парень медленно открывает глаза и испугано моргает. К нему подбегает Рик и хватает его за руку, словно не веря своим глазам.

– С возвращением, напарник! – трогательно произносит он.

– Сто лет бы еще тебя не видел, – слабо произносит Вергилий.

– Как ты себя чувствуешь?

– Сгустком боли, – морщится Вергилий.

– Тебя вернула Адель, – признается Маллори. – У меня ничего не получилось.

– Вот я попал… – пытается острить брюнет.

– Неужели у нас и правда есть шанс? – с надеждой произносит Рик. – Я готов прямо сейчас!

– Нет, сейчас не выйдет, – вздыхает Маллори. – Да и я хочу посмотреть, как будет чувствовать себя Вергилий. Не спеши, тогда тебе достанется все более совершенное.

Убедившись, что Вергилий в порядке и ведет себя по-прежнему, как заноза в заднице, Рик уходит. Адель пришла в себя, но еще очень слаба.

– Я хочу, чтобы ты завтра пошла к Габриэлю, – говорит ведьма, – и передала ему это.

Она протягивает мне нитку с алыми бусинами.

– Что это?

– Ключи от нашей родовой магии. Он всегда хотел на них посмотреть, – говорит Адель. – Даже просто подержать в руках было бы для него высшим наслаждением. Теперь же я хочу отдать ему их.

– Но почему? Разве тогда он не присвоит твою магию себе?

– Нет, присвоить не сможет, но у него будет доступ, и, возможно, так мы сможем взломать программу Вайта. Сила первородных поможет нам. Габриэль очень сильный маг. Странно, что он жив до сих пор. Я бы на месте Вайта его боялась.

– А если он не согласится?

– Для него это большое искушение, так что вряд ли. Раз он делает амулеты, как ты видела, то он не настолько связан, как я. В твоих руках сделать так, чтобы он согласился, – улыбается Адель. – Пока я возвращала Вергилия, я кое-что увидела, что дало мне надежду.

– Я пойду домой, – заглядывая в гостиную, говорит Маллори. – Мне нельзя здесь находиться долго. Меня и так уже допрашивали… Не хочу лишних подозрений. Проводишь меня?

Киваю, и он набрасывает мне на плечи пальто. Мы выходим на крыльцо. Тьма вот-вот станет полной, но Маллори не спешит уходить. Вокруг нас летают световые шары, и я любуюсь его аристократическим профилем. Он не безразличен мне, и я не смогу причинить ему вред. Нет, у меня не хватит мужества на это.

– Если с Вергилием все будет хорошо, ты сможешь так же освободить от настройки Адель? – с надеждой спрашиваю я. – И себя тоже?

– Я хотел бы, но… – на лице на Маллори отражается смятенье. – Вдруг я снова сделаю неправильную формулу? Не смогу себе простить, если Адель умрет по моей вине.

– Она сама должна решить, готова ли так рискнуть. Если вы станете свободными, тогда можно будет убить Вайта, – говорю я, не сводя с Маллори глаз. Он отворачивается и смотрит в лес. – Или тебя что-то сдерживает?

– Нет, что ты, я буду только рад, если Эливар освободиться от него! – торопливо произносит блондин. – Но тогда бы я предпочел уйти с тобой.

– Что? – я даже задыхаюсь от неожиданности.

– Ты не хочешь терпеть меня рядом?

– Просто это неожиданное заявление… – растерянно говорю я, соображая, рада я такому повороту или нет. Маллори улыбается. Привлекает меня к себе и целует. – Маллори, ты король Алзории. Ты не можешь просто так взять и бросить свой народ. Тем более в таком состоянии, как сейчас.

– Да, но… Я никогда не хотел править. Мне даже в мыслях сложно представить себя королем, это вызывает у меня отторжение.

– А чем бы ты хотел заниматься?

– Помогать людям, поддерживать их. Нести какую-то пользу.

– Став королем ты сможешь сделать это. Или тебя так сильно пугает ответственность?

– Я боюсь не справиться и наделать непоправимых ошибок. Ты слышала, что обо мне думает Адель, – с горькой усмешкой отвечает Маллори.

– То есть Адель, по-твоему, никогда не ошибается? – удивленно восклицаю я. – Она святая и все всегда решала правильно?! Вы как бы не из–за нее оказались в этой ситуации, да?

Маллори пожимает плечами и молчит. Ныряю ему под руку и обнимаю его. Прижимаюсь к нему и зажмуриваюсь. Мне будет больно расставаться с ним. Он убирает с моего лица волосы и сбегает с крыльца. Оборачивается, чтобы посмотреть на меня, и едва не падает. Успевает ухватиться за край перил и смеется, делая вид, что так и было задумано. Машет мне рукой и, развернувшись, быстрыми шагами уходит прочь.

Утром меня будит ведьма. С трудом разлепив глаза непонимающе смотрю на нее. Замечаю в ее руках сосуд с питанием.

– Передашь это Маллори, – говорит ведьма. – В его формуле, воскрешающей тело, была ошибка, я ее исправила.