Адриана Дари – Бывший. Ты только моя (страница 16)

Позади меня слышу тихое покашливание. Оборачиваюсь, вижу лекаря, стоящего у дверей кабинета, и, спешно подхватив юбку, бегу к нему.

— Госпожа, — обращается он ко мне.

Собираюсь сказать ему, что никакая я не госпожа, но он поднимает руку, останавливая меня.

— Можете меня не переубеждать, лет мне много, видел многое, — говорит мужчина. — А теперь к делу. У господина Сайланда сильнейшее магическое истощение, из-за чего его дракон очень медленно залечивает рану, особенно учитывая, что в нее попал яд. Очень прошу вас позаботиться о том, чтобы сохранить покой господина сегодня и в идеале завтра. Никакой магии и минимум отрицательных эмоций.

Мои брови взмывают вверх, когда я слышу эту просьбу. Как будто он меня послушает! Что я могу сделать? Но, кажется, лекарь уверен в моих силах.

— А теперь, госпожа, пока господин спит, прошу вас, соберите вот эти травы для заживляющей мази, — он передает мне небольшой клочок бумаги с несколькими названиями. — Часть растет в саду, а вот эти два — в оранжерее. Потом принесите мне, я все сделаю.

Киваю и, заглянув в кабинет, убеждаюсь, что Ник дремлет на диване. Сейчас повязки на боку чистые, и я решаю, что ненадолго могу его оставить.

В саду все нужные травы находятся очень быстро, а, благодаря экономке в доме моих родителей, я знаю, как их правильно собрать. Больше времени требуется, чтобы отыскать растения в оранжерее: там, конечно, красиво, воздушно и солнце великолепно проникает сквозь огромные окна, но нужное я нахожу в самых неожиданных для себя местах.

Складываю все в захваченную на кухне холщовую сумочку и уже собираюсь уйти, как до меня доносится веселый детский смех и… голос Ника. Разве он не должен спать в своем кабинете?

Замираю как вкопанная, а потом, словно притягиваемая магнитом, иду на звук.

Сквозь ветви какого-то заморского растения вижу их. Ник сидит на полу рядом с Рианом и показывает тому простейшие детские фокусы с камешками. Они почти не требуют магии, зато вызывают искренний восторг моего сына. Он хлопает в ладошки, хохочет и снова и снова повторяет:

— Есё!

Перевожу взгляд с сына на Ника и удивляюсь красоте его лица, когда он вот так спокоен и умиротворен. Искренняя улыбка лучится не меньше, чем солнце в волосах Риана.

Сердце сжимается в плотный комочек и будто бы начинает плакать. Вот такой могла быть наша жизнь, если бы…

Идиллию прерывает грохот сапог по каменному полу и вошедший солдат.

— Господин Сайланд, — он хлопает себя по груди и склоняется. — Вам просили передать, что в деревне в трех часах отсюда у трехлетнего мальчика оборот. Отец погиб в одной из стычек, мать нестабильна.

Ник взъерошивает волосы Риана, немного испуганно смотрящего на солдата, будто изучающего, стоит ли расплакаться. Дракон медленно, слегка сморщившись, встает и задает короткий вопрос:

— Сколько?

— Уже сутки, господин Сайланд, — отводит взгляд солдат.

— И мне только сейчас говорят об этом? — возмущенно рычит Ник. — Собирай все нужное, вылетаем через пятнадцать минут. Берта, присмотри за малышом.

Вылетаем? Куда? Если там оборот, и дракон мальчика окажется нестабильным… Что будет делать Ник? Лекарь же сказал, что он истощен, ему никуда нельзя!

Ник направляется к выходу из оранжереи, а я, совершенно не понимая, что делаю, выскакиваю из-за кустов:

— Я вас никуда не отпущу!

Глава 23. Поездка

Ник застывает и оборачивается, а у меня все холодеет внутри. От собственной дерзости становится страшно, но лекарь сказал, что Нику нужно восстановиться, ему нужен покой, чтобы поправиться!

Немая сцена прерывается тем, что я беру Риана на руки и прижимаю к себе, целуя в лоб. В груди теплеет от того, как он обвивает мою шею ручками и тыкается мне в щеку своим носиком. Снова целую сына в лоб и задумываюсь.

Сердце сжимается от боли, как только я представляю маленького мальчика, которого сейчас разрывает буквально на части его собственный зверь, и которому некому помочь. Понимаю: будь на его месте мой собственный сын, стала бы я удерживать Николаса?

Нет. Я бы умоляла его о помощи. Закусываю губу и опускаю взгляд.

Чувствую, что Ник продолжает внимательно рассматривать меня. Серьезно, даже немного удивленно, но без гнева, который я ожидала увидеть в его глазах после моего наглого восклицания.

— Ты? Не отпустишь? — с насмешкой спрашивает дракон. — И каким же образом, интересно?

Я сжимаю кулаки и уверенно делаю шаг вперед. Раз решила стоять на своем, то надо придерживаться этого плана. Но я также понимаю то, что Ник не отступится и сейчас, когда решается судьба ребенка, не останется в стороне. Поэтому мне остается только одно:

— Я никуда не отпущу вас… одного, — вскидываю голову, уверенно ловя его серьезный, изучающий взгляд. — Лекарь дал мне указания на случай, если вам понадобится помощь. К тому же по вашему собственному распоряжению…

Я готовлюсь убеждать, потому что совсем не уверена, что он возьмет меня с собой. Но Ник лишь поднимает уголок губ.

— Я помню свои распоряжения, — усмехается он. — Иди, собери вещи и жди во дворе. Мы поедем верхом.

С этими словами мужчина скрывается за раскидистым кустом огромного папоротника. Я замираю на пару мгновений от неожиданного решения Ника. Берта с улыбкой забирает у меня Риана, подмигивает и говорит, что малышу пора кушать и спать.

Я пускаюсь бегом к покоям. По дороге ловлю одного из слуг и прошу передать собранные травы лекарю.

Закинув накидку и закупоренный кувшин с водой в мешок, я задерживаюсь еще на несколько минут, чтобы найти дополнительные бинты. Не хочу думать о плохом, но сердце ноет от недоброго предчувствия, поэтому готовой к неприятностям быть обязательно нужно.

Перед тем как покинуть замок, забегаю в детскую. Берта как раз закрывает книгу, а Риан тихо посапывает в кроватке. Я подхожу к нему и останавливаюсь, рассматривая его умиротворенное лицо. Кажется, время замедляет свой ход.

Мелкие пылинки кружатся в лучах света над спящим Рианом, словно крупинки магии окутывают и убаюкивают его. Аккуратно дотрагиваюсь кончиками пальцев до щеки малыша и ловлю улыбку на своих губах.

— Ник сегодня впервые с вашего появления не зашел с утра к Риану, — как бы между прочим упоминает Берта. — Я даже начала беспокоиться… Видно, не зря.

Я удивленно перевожу на нее взгляд. Ник? Заходит сюда каждый день? Зачем?

— Я всегда знала, что из этого оболтуса получится хороший отец. Ответственный и любящий. То, как он переживает даже за неродных детей… Но, кажется, с Рианом у них вообще какой-то отдельный уровень понимания, — продолжает рассуждать няня, глядя мимо меня, в окно.

Я в шоке сжимаю пальцы на перилах кроватки так, что белеют костяшки. Кажется, я вся деревенею и боюсь даже допустить мысль, что Ник мог догадаться. Что будет, если он узнает?

— Как вчерашний праздник? — внезапно меняет тему Берта.

Я что-то бормочу ей про то, что было интересно, но Ник был недоволен тем, что вообще устроили праздник. Однако мои мысли и чувства напоминают винегрет: мелко порубленный и тщательно перемешанный.

Почему Ник себя так ведет? Что он подумал о цветке? Для чего сохранил его? Какого демона дракон ходит к моему сыну, позволяя ему привязаться к себе? Что Ник собирается делать со мной?

И самый страшный вопрос — что будет, если мой муж выяснит, что мы тут?

Рассеянно прощаюсь с Бертой, целую Риана. Впервые оставляю его без себя. До этого я так или иначе оставалась рядом: пусть запертая в башне или загруженная работой, но рядом. А сейчас уезжаю надолго. Меня охватывают сомнения: а так ли мне сильно надо ехать с Ником?

Закрываю на мгновение глаза и задерживаю дыхание. Мне нужно ехать: от Ника зависит жизнь не только этого мальчика, но и всего клана. Лекарь не просто так дал мне указания: знал, что Ник себя не будет щадить. Риан в надежных руках Берты.

Выхожу к Нику. Снова один конь — мне ехать в одном седле с драконом. Но это лучше, чем отпустить его одного.

Николас помогает мне забраться и тут же прижимает к себе. Я сразу оказываюсь в кольце горячих рук, и на меня опускается удивительное спокойствие. Как будто именно тут, в его руках мое место, будто страшного ничего в его ранении нет, и прошлого между нами нет, и секреты, и проблемы все решаемы.

В молчании мы скачем по петляющей вдоль побережья тропе, которая то отдаляется от обрывистого берега, то приближается к нему. Осеннее солнце уже перешло точку зенита и начало спускаться, его лучи ласкают лицо и руки и окружают нас теплым коконом, отгораживая от прохладного ветра с моря.

Хочется так много спросить, понять, но я трушу и не решаюсь прервать молчание. Дракон суров и сосредоточен. То, что ему нелегко, можно понять только по слабому подрагиванию его руки, лежащей на моем животе.

Постепенно берег становится более пологим, и мы подъезжаем к небольшой деревеньке размером буквально в одну улицу. Домики хоть и небольшие, но явно надежно выстроенные, расположенные на сваях, видимо, на случай сильного прилива.

У деревянного причала привязаны несколько лодок, тихо постукивающие своим деревянным бортом о мостки.

— Господин, — нас встречает испуганный мальчишка. — Мы вас так ждали! Дом Катарины! Пожалуйста, быстрее! Быстрее!

Он разворачивается и бежит перед нами, показывая дорогу. Ник направляет коня следом, по пути вдоль улицы за нами начинают подтягиваться другие жители. Стараюсь не сильно смотреть по сторонам, но все же замечаю, что меня откровенно рассматривают. Как ручную зверушку, которую притащил с собой глава клана.