Адриана Чейз – Предатель. Дочь от любовницы (страница 19)
— Это только ваше дело, куда ты там уезжаешь и с кем оставляешь свою дочь.
Аж передернуло от того, как спокойно она обо всем говорила! Тоже мне, нашла дурочку чужого отпрыска воспитывать! А если завтра ей приспичит восстановиться в правах и вновь устроить Харламову американские горки? Впрочем, мне до этого нет и не будет никакого дела.
— Ну, я просто сказала тебе это, а дальше сама решай, — проговорила Вероника и поднялась на ноги. — Не любит меня Игорь твой. И никогда не полюбит. Глупо будет, если продолжу цепляться за жизнь в большом городе. От квартиры твоей и так ничего не достанется, а жить в конуре с его мамашей не хочу.
Она ушла, выдав все это, как будто я только и ждала здесь того, чтобы выслушать Веронику и после ее слов начать предпринимать какие-то действия. Но я не собиралась этого делать! Не собиралась и точка!
Что у меня имелось на данный момент в наличии?
Я сижу одна перед кабинетом врача, беременная черт знает от кого, и боюсь потерять ребенка. У меня нет никакого желания строить отношения ни с Харламовым, ни с Янковским. И если последний явился в мою жизнь без отягчающих обстоятельств в виде наследства из придурковатой матери и бабы, с которой он внезапно переспал, несмотря на то, что у него есть жена, то Игорь успел проявить себя с самой отрицательной стороны.
— Харламова, заходи, — велела мне врач, открывшая дверь кабинета, из которой вышла предыдущая пациентка.
И я отбросила все мысли о Нике и Игоре и, поднявшись со скамьи, направилась на осмотр, искренне надеясь, что из-за всех нервных потрясений, которым я подверглась, мой ребенок не пострадает.
9.2
Слова врача о том, что я могу эту беременность и не доносить, стали ударом грома среди ясного неба. Хотя, если так посудить, как раз этих самых разрядов грома и было столько в последнее время, что если все прервется, даже толком не успев начать развиваться, это станет своего рода закономерностью.
Так я думала, лежа в постели и глядя в потолок. Сегодня, когда я вернулась домой, где мама решительно уложила меня в постель, мне было заявлено, что я просто обязана согласиться на родительский план. Совершенно спокойным тоном родительница сообщила мне, что они с папой приняли решение разойтись. Признаться честно, я не сильно удивилась. Да и переживать не стала, ведь судя по всему, это было взвешенное желание, к которому пришли обе стороны.
«Пока отец занимается продажей квартиры, мы с тобой уедем на юг. Там у меня постановка, я буду занята в ней три месяца. Конечно, когда тебе станет лучше, — проговорила мама, и по обеспокоенному тону ее я поняла, что она подозревает, будто моя беременность может окончиться крахом. — А папа здесь пока подыщет нам всем жилье попроще. Квартира хорошая, дорогая, денег с нее хватит на три студии как минимум».
Она ушла, переглянувшись с отцом, а я устроилась в постели удобнее и застыла. Может, эти мысли и были глупыми, но я размышляла о том, что если этот ребенок от Игоря, и я его в итоге потеряю, так будет верно. Словно точка в этой ситуации, когда я потеряла прошлую жизнь целиком и полностью.
Встреча с Вероникой словно всколыхнула во мне то, во что я погрузилась в ту секунду, когда она только оставила мне коляску и сбежала. Я снова будто бы вернулась в тот вечер, который до сих пор так отчетливо стоял перед глазами. По мнению Ники — я победила. По моему же разумению — проиграла начисто еще в тот момент, когда Игорь взял коляску за ручку и стал толкать ее в сторону нашего дома…
— Мам! — крикнула я, когда вдруг стало очень страшно из-за того, что показалось, будто между ног появилось какое-то пятно. — Мама!
Она прибежала быстро и, как только увидела мое испуганное лицо, тут же схватилась за телефон.
— Скорую? — потребовала она ответа, и я замерла.
Но как только низ живота потянуло, закивала, испытывая самый настоящий ужас…
И вот я снова лежала, только на этот раз в палате. И не ощущала ничего, кроме ужасающей пустоты. Это был финал. Моя несчастливая история с несчастливым же концом. Никакого хэппи-энда не будет, Саша. Ты получила то, что и замелькало на горизонте еще в тот злополучный вечер.
Беременность окончилась потерей. Врач просто сказал, что так бывает. И что вообще сам факт возможного материнства после моего предварительного диагноза — это вообще прекрасно. У меня есть все шансы когда-то родить ребенка. Сейчас же, когда внутри меня не было ровным счетом ничего, радоваться по понятным причинам я этому не могла.
Мама, которая оплатила палату и сказала, что на эту ночь точно останется со мной, только что заснула, устроившись на диване. А я взяла телефон и, немного пораздумав, набрала номер Харламова. Я не знала, что ему сказать, но почему-то краем сознания зацепилась за мысль: если он возьмет трубку, то что-то еще можно исправить.
Внутренний голос тут же со мной заспорил. Исправлять было нечего! Ребенка нет, развод не за горами, а дальше… дальше жизнь, в которой я стану делать первые шаги одна. Повзрослевшая, с опытом, который был горек, но научил меня многому. И все равно я, словно бы прощаясь, давала себе крохотную возможность вновь быть с человеком, которого я любила.
Игорь Харламов в этот вечер к телефону не подошел…
Бывало ли с вами такое, что после самых черных дней вашей жизни вы вдруг начинали дышать свободно и полной грудью? Как будто те самые происшествия, одно за одним, оставшись позади, хоть и нанесли след, уродуя все вокруг, но оказались за какой-то чертой, после которой впереди было лишь хорошее?
Со мной все именно так и стало обстоять, когда я, потихоньку-полегоньку, приходила в себя под бдительным материнским оком. Слушая ее намеренно легкую болтовню, без аппетита отправляя в рот стряпню, которой потчевала меня мама, я постепенно возвращалась к жизни.
Мой адвокат встретился с Игорем и, получив от него деньги, которые Харламов отдавал мне в качестве возврата первоначального взноса, обсудил дальнейшие перспективы. Мы продаем нашу квартиру сразу, как только получим документы о разводе и разделе имущества. И на этом наша история заканчивается.
К телефону я на звонки Игоря не подходила. Пару раз он приезжал ко мне, но мама и папа мужа на порог не пускали. Я лишь сообщила ему в СМС сухую сводку, приложив к этому доказательства в виде выписки из больницы, — ребенка я потеряла. Это не была месть, отнюдь. Я просто не желала себя подвергать очередным испытаниям, одним из которых определенно станет встреча с мужем. Да, когда-нибудь она произойдет, но не сейчас. Не когда я разбита и расколота на части.
— Сашуль, иди сюда, — позвала меня мама, когда минут десять назад к ней забежала соседка.
Они отправились болтать на кухню, о чем мать меня предупредила, заглянув в комнату. И вот теперь звали, видимо, на чашку чая. Не то чтобы я была категорически против, но и особой потребности участвовать в этих посиделках не ощущала.
— Саша! Иди на кухню, пожалуйста! — снова позвала меня мама, и я, нехотя отложив книжку, сунула ноги в тапочки и направилась на это приглашение.
И сразу же, как только переступила порог, поняла, что здесь что-то затевалось намеренно. Потому что за столом оказался тот, кого я даже не рассчитывала увидеть.
Владислав Янковский.
9.3
— Как изменилась наша соседка с тех пор, как я ее не видела! — покачала я головой, складывая руки на груди.
На лице Влада появилась улыбка. Он поднялся мне навстречу и просто сказал:
— Привет.
Выглядела я сейчас не самым лучшим образом, но Янковский же не на дефиле моделей приехал смотреть, правда? Да и понимал, наверное, что ко встрече с ним я не готовилась, раз она стала сюрпризом.
— Привет, — ответила я, переведя вопросительный взгляд на маму.
Та вскинула руки и, прежде, чем удалиться, сказала Владу:
— Объясняй ей сам!
Мать ушла, а я села за стол. Янковский остался стоять, только смотрел на меня настороженно, как будто рассчитывал на то, что я выкину какой-нибудь фокус.
— Пришлось поиграть в шпиона, чтобы выяснить, где тебя можно найти, — сказал он через некоторое время. — Лена с твоей работы категорически отказывалась со мной сотрудничать. А Надю очаровать я так и не сумел.
Я приподняла брови в ответ на эти признания. Странно, но от этого простого, ни к чему не обязывающего разговора даже стало как-то легче на душе.
— Лена на тебя глаз положила. Даже странно, что отказалась, — ответила я.
Предлагать Владу чай-кофе не торопилась, пока не понимала, зачем он здесь. Точнее, предполагала, но не знала, как сама к этому отношусь.
— Ну, она же не дура. Ей же сразу ясно стало, что твои полные данные мне нужны исключительно потому, что в ответ глаз я положил вовсе не на нее. А потом пришлось разрабатывать целую операцию и привлекать нужных людей, чтобы отыскать адрес твоих родителей. Половину города на уши поставил!
Янковский все же присел напротив меня и смотрел сейчас со смесью серьезности и какого-то легкого веселья. И как у него так получалось совмещать несовместимое?
А что же ты сама, Саша? Сидишь тут, как старуха двадцати пяти лет… А у тебя вся жизнь впереди. Внезапно меня стало захлестывать именно этим ощущением. У меня вся жизнь впереди. Да, прошлое уже оставило свой неизгладимый след, но здесь и сейчас я живая… Здесь и сейчас текут те секунды и минуты, которые принадлежат лишь мне. И на что их тратить — решать тоже только мне!