Адриана Белоусова – Цвет крови (страница 16)
– Кажется, за Николь Марию серьезно взялись, – с тревогой проговорил Илай. – Для чего-то она им очень сильно нужна.
– Как и Рома.
– И это очень странно.
– Поэтому я советую тебе, если любишь ее по-настоящему – помирись с ней, – сказал Вианор. – Чтобы у нее был тот, кому она доверяет и кто с ней заодно может спалить весь мир.
– Я для этого слишком скучный.
– Отлично, будешь просто подавать ей спички. Ну ты понял мою идею, да?
– Да, ты новый продюсер Николь Марии.
– Точно! Ладно, я побежал, а то обеденный перерыв уже закончился, а я так и не поел, – посмотрев на часы, сказал Вианор. – Пока, Илай.
Вианор быстрыми шагами миновал парк и, перейдя дорогу, скрылся за домом.
Илай поднял ворот пальто и направился к своей машине. Ему предстояло сделать выбор, который мог полностью поменять его судьбу. Снова завоевать Николь Марию и пережив с ней тяжелые времена, опять оставить, ведь он не перестанет быть токсичным для нее. А хоронить еще одну любимую женщину было выше его сил, он и так чувствовал себя убийцей. Второго предательства Николь Мария ему точно не простит, и он навсегда останется для нее злодеем. Да и для себя тоже. Даже ради спасения девушки все это выглядит отвратительно.
Остаться в стороне… Смотреть, как она страдает, и ничего не делать – ни защитить, ни поддержать – даже в мыслях казалось ему настоящим злом. Илай не мог так поступить с ней.
Был еще третий вариант, который казался Илаю провальным, ведь он уже достаточно знал Николь Марию, чтобы предвидеть ее реакцию, но он был самым честным из всех. Вопрос был в том, согласиться ли она принять эту честность и сыграть по его правилам. У него был только один вариант выяснить это – встретиться с ней.
Поцелуи Илая сводили меня с ума. Я так соскучилась по нему, по его объятиям. Разрешить потерять себе голову было огромным искушением. У меня была внутренняя потребность верить ему, мужчине, которого я любила, но боль от его поступка даже в минуту соблазна дала о себе знать, и я отстранилась. Илай продолжил держать меня в объятиях, глядя мне в лицо. Мое дыхание сбилось и никак не желало приходить в норму. Я смотрела в темные глаза вампа и не знала, как унять страсть, разливающуюся по всему телу огненной лавой.
– Может, наконец, скажешь, зачем ты здесь? – глухо спросила я. Мы все еще лежали в моей постели. Я в шелковом бордовом пеньюаре и Илай даже не удосужившийся снять пальто.
– Тебе так трудно поверить, что из-за тебя? – перевернувшись на спину, сказал Илай. Я сползла с кровати и села за туалетный столик. Взяла щетку и стала причесывать волосы, хотя они были в полном порядке, мне нужно было просто занять чем-то руки.
– Из-за меня ты меня бросил, – напомнила я, глянув на себя в зеркало. Щеки пунцовые, в глазах нездоровый блеск. – Так что новая версия правды мало похожа на правду. Ты не перестал быть токсичным и опасным для меня. И вряд ли перестанешь.
– Мне казалось, влюбленные женщины в порыве страсти не склонны к анализу, – усмехнулся Илай.
– А я и не влюблена в тебя, – обернувшись к вампу, сказала я. – И хватит валяться на моей кровати в верхней одежде!
– Леди суровость! – улыбнулся Илай и продолжил лежать.
– Будет лучше, если ты уйдешь, – сухо сказала я. – Мне рано вставать, и я хочу выспаться.
– Ты куда собралась ехать? – насторожился Илай.
– Нет, просто нужно собрать мальчишек в школу и сад.
– Я думал, этим занимается Лиза.
– Лиза заболела и сейчас в больнице, – с неохотой ответила я. Мне было страшно, что Илай все поймет и у меня будут новые неприятности.
– Что с ней случилось? – поднимаясь с кровати, спросил Илай.
– Простудилась, – ответила я и отвернулась.
– Вот, значит, как, – медленно протянул Илай. – Что ж, отдыхай. Я буду у себя, если что – стучи.
– В смысле у себя? – опешила я. Илай уже открыл дверь и стоял на пороге.
– В своей комнате. Я вернулся и буду жить здесь, – сказал Илай и закрыл за собой дверь. Я больше ничего не понимала. Эти перепады настроения вампа, его смены решений выбивали меня из колеи. Эмоциональные качели –это то, что я ненавидела с детства. И сейчас Илай мне напоминал человека, решившего посидеть сразу на всех стульях. А веди себя так я, мне бы сказали, что, я легкомысленная дура, незнающая чего хочет. Девушка, что с нее взять!
Я еще раз провела щеткой по волосам. На экране мобильного вспыхнуло уведомление о новом сообщении. Я протянула руку, чтобы взять телефон и узнать, кто мне пишет, но потом передумала. Мне не хотелось ввязываться в переписку пред сном. Уведомления приходили с моей официальной странички в социальной сети «Грезы», а значит, ничего очень срочного – просто общение с поклонниками. Это можно оставить и на утро. Выключив свет, я легла в кровать и тут же уснула.
***
Утро, как обычно, началось с суматохи. Выяснилось, что Вику нужны срочно боксерские перчатки, о чем он мне даже не подумал сообщить вчера, а Нику пирожные и подарок на день рождения мальчика из группы. Если со сладостями вопрос решился быстро, то над подарком пришлось подумать. В итоге я выбрала на сайте радиоуправляемый самолет и оплатив, вызвала курьера. Подумала, что раньше бы подобное мне казалось чем-то нереальным – подарить такой дорогой подарок, а сейчас это стало в порядке вещей. К хорошему быстро привыкаешь, и я с легкостью приняла свой новый богатый образ жизни. Я знала, что выживу, если снова лишусь всего, но лишаться почему-то не хотелось.
Проводив мальчишек до машины и взяв с них слово, что отзвонятся, как приедут сад и на учебу, я поднялась к себе. Нужно было быстро привести себя в порядок и съездить в больницу к девчонкам, а потом в ателье. Я приняла душ и, выбрав для сегодняшнего дня брючный костюм кофейного цвета, дополнила его розовыми сапогами на небольшом каблуке. Маленькие серьги-пусеты, тонкая цепочка на шею с подвеской-звездой и образ готов.
Схватив телефон, я увидела, что уведомлений в «Грезах» перевалило за тысячу. Да что там такое происходит?! Мне даже стало не по себе. Я вылезла на свою страницу и открыла первой сообщение, которое, по сути, было последним. Отправитель обвинял в амбициозности и тщеславии, за которыми я потерял курс в настоящей жизни. Кровь прилила к моим щекам. Злость и негодование заставили их пылать от несправедливости таких обвинений. К ним прилагалось видео, кадры которого были темными, и я даже не сразу поняла, что там происходит. А когда до меня дошло, выронила телефон из рук, и тот с грохотом упал экраном вниз.
Я опустилась на край кровати и закрыла лицо руками. Мне хотелось стереть себе память, чтобы забыть о том, что я только что увидела. Мой Рома, мой правильный и справедливый мальчишка, превратился в чудовище! Я тихо всхлипнула, чувствуя, как горло сдавило кольцом, и я два могу дышать. Легкие горели от нехватки кислорода. Бросилась к окну и распахнув его, попыталась вдохнуть. Легче не стало. Перед глазами все плыло, превращаясь в красные пятна. Из горла вырывались хрипы, сознание медленно ускользало. Я задыхалась.
Где-то хлопнула дверь, и я ощутила, как чьи-то руки обнимают меня за плечи. Не в силах больше бороться, обмякла, позволяя бордовому туману увлечь меня за собой.
– Николь Мария, что с тобой?!
– Я не могу дышать, – с трудом выговорила я. Усилием воли я сфокусировала взгляд, и перед глазами возникло расплывающееся лицо Илая. Что он вообще здесь делает? – Я не могу дышать…
– Ты дышишь, все хорошо, – заверил меня Илай. Его голос звучал далеко, словно сквозь толщу воды. – Похоже, что у тебя паническая атака.
– Что ты здесь делаешь?
– Пришел поговорить с тобой.
Илай усадил меня на кровать, гладил по плечам, растирал пальцы, и мое дыхание постепенно начало выравниваться. Бордовая пелена рассеялась, и я стала видеть четче.
– Как ты себя чувствуешь? – встревоженно спросил Илай.
Вместо ответа я жадно втянула в себя воздух и шумно выдохнула. Дышать было больно, я все еще хрипела, но самое страшное было позади. Телефонный звонок заставил меня вздрогнуть. Я посмотрела на черный прямоугольник, лежащий на полу, и перед глазами снова всплыл весь тот ужас, что я увидела на видео.
– Дай мне телефон, – прохрипела я.
Илай протянул мне мобильник. Звонили Ник, сказать, что они в школе и все хорошо. Вик верещал на заднем фоне, и я с облегчением выдохнула. Мальчишки в порядке. Я снова открыла свою страницу в «Грезах». Оскорбления чередовались с поддержкой, но у меня не было сил вчитываться в этот хаос. Я загрузила видео с Ромой и протянула телефон Илаю.
– Ты ведь поэтому вернулся, правда? – глухо спросила я. У меня внутри все дрожало от обиды и негодования. – Ты знал про это видео и ничего не сказал мне!
– Я собирался сделать это сегодня утром, – сказал Илай, продолжая смотреть мне в глаза. – Просто не знал, как сделать это лучше, поэтому тянул время.
– А вот людей в соцсетях такой вопрос даже не заботил! Они просто прислали мне это видео, чтобы сообщить, что творит Рома и, какая я тварь, что допустила это! – Я повысила голос, и он тут же сорвался, перейдя в шипение. – Что помешало тебе, просто прийти ко мне и вместо поцелуев и всякой чуши рассказать об этом?
Я негодовала, чувствуя, как сильно разочарована в Илае. Когда он отверг меня, я была обижена и уязвлена, а я сейчас он предал меня, и это ни в какие сравнения не вставало с прошлым разом.