Адриана Белоусова – Игра проклятий. В заложниках интриг (страница 14)

Дверь открылась, и в лабораторию вошла Грета. Хмуро глянула на Кордию и сурово спросила:

– Что ты здесь делаешь?

– Мне не нравится тон, которым ты со мной разговариваешь! – строго сказала Кордия. Она кожей чувствовала, что отношение Греты к ней изменилось, но не могла понять причину. Что могло измениться за одну ночь? Или все дело в тревоге за Мариана?

– Простите меня, ваше высочество, – покорно исправилась Грета и сделала реверанс. – Я забылась.

Кордия ничего не ответила. Положила карту с вороном на стол и, щелкнув пальцами, погасила все свечи.

Глава 8. Новый союзник |Бальтазар

Оскар не убил его по пути в Шиоронию, хотя им пришлось провести пару часов в одной карете. Бальтазар молчал, его спутник тоже не спешил общаться. В воздухе витало напряжение, но никто не старался его разрядить: слишком много недомолвок осталось между ними после этой ночи. Их отношения и прежде нельзя было назвать дружескими, они всегда держались на расстоянии и едва здоровались друг с другом.

И вот теперь Бальтазар знает тайну Оскара – то, что он устроил побег тому, кто покушался на короля. А еще, что этот парень – его брат, и как генерал королевского сыска не может оставить это преступление просто так. Не должен. Но он не мог отделаться от ощущения, что эта история может дать ему намного больше, если о ней промолчать.

Бальтазар посмотрел на Оскара. Тот выглядел озабоченным, то и дело хмурился и кусал губы, отчего на них появились красные пятна. «Надо же, какой эмоциональный! – отметил про себя бывший разбойник. – Оскар – сын первого лорда Кассии и брат ведьмы Кордии. Кто бы мог подумать, что он так полон сюрпризов»!

– Ты так и не озвучил цену за свое молчание, – сказал Оскар.

– Не беспокойся, она будет высокой, но вполне подъемной для тебя, – успокоил барона Бальтазар. Это прозвучало, как пафосная чушь, но что он мог еще сказать, если ничего толкового не придумал?

– Почему ты не озвучишь ее сейчас? – Оскар нервничал и не мог скрыть это. Бальтазар мысленно усмехнулся. На его месте он бы прикончил наглеца, тем самым существенно облегчив себе жизнь, и совсем не понимал, почему барон оставил его в живых. Вариант напрашивался только один – Оскар был слабаком.

– Ты ведь в курсе того, что сейчас творится во дворце? – откинувшись на спинку скамейки, сменил тему Бальтазар. Оскар кивнул. – Что ты собираешься делать дальше?

– Что именно ты хочешь узнать? – прищурившись, спросил Оскар.

– На чьей ты стороне. Ведь на троне сейчас сидит самозванец, такой же висельник, как и я в прошлом, а это значит, что на самом деле Аталаксия не имеет короля, она обезглавлена.

– Намекаешь, что хотел бы занять его место? – усмехнулся барон.

– Для тебя это тоже шанс доказать кое-кому, что ты хорош, – едва заметно улыбнулся Бальтазар. Он не хотел упоминать Первого лорда, у него до сих пор болел живот, после того, как Оскар ударил его.

– Ищешь сообщника?

– Союзника, – поправил Оскара Бальтазар. – Судьба дает нам хорошую возможность повеселиться, будет грустно не воспользоваться ею.

– Где гарантия, что ты не хочешь подставить меня?

– О чем ты, Оскар? – рассмеялся Бальтазар. – Какие, к тьме, гарантии? Ты меня явно с кем-то спутал.

– Я не понимаю, зачем тебе все это.

– Какой нищий не мечтает проснуться королем? – улыбнулся Бальтазар. – Я слишком хорошо знаю Лейфа, и не сомневаюсь – моя голова слетит с плеч первой. Потому что он тоже хорошо знает меня, и не потерпит моего присутствия во дворце. Впрочем, как и большинство тех, кто был верен Дамьяну. У нового короля будет новое окружение: те, кто никогда не узнает, кем он является на самом деле.

– Ты хочешь занять его место?

– Или возвести на него того, кто больше достоин, – загадочно произнес Бальтазар. Ему нравилось дразнить Оскара.

– Я думал: ты прихвостень герцога. Его ты в расчет не берешь?

– Скажем так, у меня к нему есть вопросы, – приглаживая волосы, сказал Бальтазар. Пускаться в откровенности он не собирался. – А ты, похоже, его ненавидишь.

– Наши семьи слишком долго враждуют, чтобы я испытывал к нему теплые чувства.

– Так что ты мне ответишь на мое предложение, Оскар?

– Мне надо подумать.

– У тебя есть время до вечера, и ни минутой дольше, – сказал Бальтазар и выглянул в окно кареты. Они въехали в город. Вокруг царила суета, пахло свежей выпечкой. – Ты знаешь, где я живу?

Оскар кивнул. Приблизив к себе бывшего разбойника, Дамьян пожаловал ему замок, благополучно конфискованный у менее сговорчивого подданного. Он казался Бальтазару пафосным и бестолковым: там не было нормальных укреплений и дуло так, что приходилось спать под двумя одеялами и в шапке, но он принял подарок с благодарностью. Хотя для себя на такой бы никогда не позарился.

– Тогда жду тебя вечером, – сказал Бальтазар и, выбравшись из кареты, смешался с толпой.

***

Должность генерала королевского сыска нравилась Бальтазару все больше. Теперь он мог официально прийти куда угодно, а раньше такие вещи требовали от него гораздо больше усилий. Тогда нужно было все спланировать, найти сообщников, инструменты, а сейчас достаточно назвать свое имя и покрасоваться в мундире. Красота, да и только! Радость омрачало лишь одно: он знал, что скоро все закончится.

Их знакомство с Лейфом началось драматично: тот убил двух друзей Бальтазара, когда хотел захватить его территорию. Бальтазар не смог оставить это просто так и донес на него. Наглеца арестовали, справедливость не восторжествовала: вмешалась девица Лейфа и вытащила его из тюрьмы. За это он всей душой возненавидел Кордию. Позже он снова пытался отомстить Лейфу, но все его попытки оказывались неудачными, словно этот тип был заколдованным и неприятности отскакивали от него, как орешки от стены. Бальтазар планировал ловушку, из которой тот никак не смог бы выбраться, но за два дня до этого он узнал, что Лейф погиб в пожаре. Этому происшествию было множество свидетелей, и ему пришлось поверить в гибель Лейфа, хотя червячок сомнения все же терзал его: уж слишком удачливым был этот ублюдок. Да и не стал бы рисковать своей жизнью ради какого-то старика, в этом Бальтазар был абсолютно уверен. Однако после этого происшествия Лейф действительно исчез. Никто о нем ничего не слышал, словно он, и правда, умер.

Слежка за Кордией тоже ничего не дала: девушка переехала в другой город и стала жить тихо и скромно. Правда, хватило ее только на пару лет, и, когда ее приговорили к костру, Бальтазар даже не удивился, мысленно позлорадствовал и даже выпил за такой конец жизни девчонки, которая разрушила его планы. Он собирался пойти на казнь, чтобы увидеть ее последний вздох своими глазами, но Оскар сорвал ему это удовольствие.

Увидев Грету, медленно идущую по теремному двору, Бальтазар расправил плечи. Его взгляд был прикован к ее хрупкой фигурке. Рыжие локоны подрагивали над плечами, а синий цвет плаща подчеркивал яркость глаз. Она запала ему в душу с первого взгляда, но их пути почти не пересекались, и сейчас он был рад возможности сблизиться с ней. Грета стала подниматься по ступенькам крыльца, ведущего в Узкую башню, но заметив Бальтазара, замерла, придерживая пальцами юбку.

– Ну же! – усмехнулся он. – Большая часть пути уже позади. Неужели сделать два шага так сложно?

Он протянул Грете руку, но она проигнорировала этот жест. Бальтазар отстранился, пропустив ее вперед, затем неспешно подошел к двери и распахнул ее. Ведьма юркнула в темноту, и по звуку, раздавшемуся оттуда, он понял, что она споткнулась о ступеньку. Сдержав смешок, двинулся следом.

– Не хочу быть навязчивым, но здесь неплохо делить дорогу с кем-то, кто в курсе, как идти, – сказал Бальтазар, наблюдая за девушкой. В полумраке было лишь видно, как блестят ее глаза.

– Хорошо, – подавив вздох, сказала Грета, словно делая ему одолжение. Он приобнял ее за талию, и они стали подниматься по лестнице.

– Зачем тебе встречаться с Марианом? – спросил Бальтазар.

– Это личное.

– Правда? Не помню, чтобы вас связывали отношения. Ты ведь была служанкой герцога, а потом он приставил тебя к Кордии. Или ты для нее стараешься? Помнится, она с чародеем была очень близка, до сих пор живет в его покоях, – сказал Бальтазар и ощутил, как напряглась Грета. Девушка постаралась отстраниться от него, но у нее не вышло: коридор был слишком узким для маневров.

– Я же сказала, что это личное, – раздраженно проговорила Грета и с вызовом посмотрела на него. – Услуга за услугу – разве это не так звучало? Я выполняю твою просьбу, а ты – мою. Так к чему все эти вопросы?

– Я любопытный. Разве это преступление? Тем более, нам придется часто общаться, а значит, мы можем стать друзьями, – сказал Бальтазар. – Чем не повод познакомиться ближе?

– У меня нет ни малейшего желания с тобой дружить! – отрезала Грета.

– Это может быть очень выгодно.

– Я не Оскар, такое предложение меня не впечатлит, – сухо ответила Грета. Они вошли в коридор пошире, и она отстранилась от него. Отряхнула руку, словно его тепло казалось ей неподъемным грузом. Это болезненно задело его.

– Внешняя репутация не всегда говорит о человеке.

– Зато очень хорошо рассказывает о его поступках.

– Я думаю, Кордия расстроится, если узнает о нашем договоре.

– Так же, как и Дор, если кто-то ему о нем вдруг проговорится, – холодно сказала Грета, и Бальтазар мысленно ей поаплодировал. Пожалуй, с нею точно будет интересно. Сложные вызовы всегда вдохновляли его.