Адерин Бран – Степень сравнения (страница 4)
«Что за гименопластика ещё такая?» –задумался Марат. Он залез в поисковик, вбил это непонятное слово в строку поиска и ткнул кнопку «найти». Результат выскочил очень быстро, и Марат похолодел. Однотипность выданных результатов не оставляла шансов на то, что это слово может иметь несколько значений.
«Гименопластика – операция по восстановлению девственной плевы» – прочитал он, и его внутренности смёрзлись. Все звуки вокруг него исчезли. Ему показалось, что остановилось его сердце. Мысли покинули его голову, он не знал, как реагировать. Он зачем-то открыл предложенный сайт и начал читать.
«Гименопластика – операция по восстановлению девственной плевы. Выполняется по этическим соображениям. Существует два виде гименопластики: краткосрочная и долгосрочная. Если от девственные плевы остались части, то врач сошьёт их, что позволит создать видимость дефлорации с выделением небольшого количества крови. В этом случае следует запланировать первый половой акт не ранее чем через восемь дней и не позднее, чем через четырнадцать дней после проведения операции.
В случае, если частей девственные плевы не осталось, необходимо провести долгосрочное восстановление девственной плевы. В таком случае врач сшивает стенки влагалища, и в этом случае первый половой акт нужно запланировать не ранее, чем через два месяца после проведения операции.»
Марат читал это и не мог поверить своим глазам. Гюльшат… Как такое может быть? Её родители так тщательно следили за ней, что у неё просто не могло быть парня. Может, случилось что-то страшное? То, о чём женщины не рассказывают своим женихам?
Ещё не совсем понимая, что он делает Марат, вбил в поисковик название клиники, от которой пришел чек. Марат зашёл на сайт, открыл перечень предоставляемых услуг и действительно увидел, что в этой клинике возможно произвести операцию по восстановлению девственной плевы и стоит она именно сорок пять тысяч рублей.
Как во сне, Марат нажал ссылку «позвонить». В каком-то трансе он слушал длинные гудки, молясь, чтобы всё это оказалось одной огромной ошибкой. Трубку сняла девушка–оператор.
– Здравствуйте, меня зовут Ирина, чем я могу вам помочь? – бодро сказала она.
– Подскажите, пожалуйста, я только что оплатил п-процедуру, –Марат не мог произнести это слово, его голос был хриплым, будто он болел неделю. –А на какой день назначено её проведение?
– Я не могу…
– Номер чека посмотрите, пожалуйста! На какой день назначена процедура, оплаченная этим чеком? – жёстко сказал, Марат.
– Но это же медицинская информация, – забеспокоилась девушка.
– Но это же моя процедура! Я просто забыл, на какой день назначена операция. И если я не вспомню, я могу просто отозвать оплату и всё, – надавил Марат.
– Хорошо, хорошо, – ответила оператор.
Марат продиктовал номер чека и сумму, девушка после небольшой паузы сказала:
– Да-да, операция назначена на завтра. Вы подтверждаете?..
Но Марат уже положил трубку. Он на нетвердых ногах вышел из кафе. Наверное, друзья спрашивали его, куда это он намылился, но Марат не знал, что ответить. Просто не слышал. Марат вывалился наружу и, покачиваясь, уставился в небо, ему было трудно дышать.
Марат никак не мог осознать того, что сейчас понял. Гюльшат… С кем-то… Нет, он не был ханжой и сам не был невинен, но сказать, что ему было, всё равно, он не мог. Она была с кем-то и хотела создать видимость девственности для того, чтобы не обидеть его. А, может быть, и родню, которая, скорее всего, попытается увидеть простыню после первой брачной ночи.
Белая простыня – это позор. Такое репутация Гюльшат не переживет. Помешанные на традициях и своей блистательной родословной родители Гюльшат могут и отказаться от дочери, если выяснится, что она не соблюла себя до брака.
Марат начал ходить взад-вперёд перед дверями кафе, он вцепился руками в свои волосы. Что делать? Марат просто не сможет сделать вид, что он ничего не знает, слишком сильно эмоции бурлили в нем. Он был слишком плохим актёром.
Нужно поехать к Гюльшат и поговорить. Он должен знать! Возможно, случилось насилие, о котором она не могла рассказать ему или родителям. Но почему тогда она не пришла к нему? Марат бы убил любого, кто навредил его невесте. И он бы прикрыл её. В конце концов, что ему стоит порезаться и измазать простыню? А может, всё сделано с одобрения её отца. Возможно, возможно… Сколько вариантов может быть?
Голова Марата разрывалась. Нет! Стоп! Тору[3] ! Ему точно необходимо поговорить с невестой. Он не будет ничего решать, пока не выяснит всё. Возможно, Гюльшат абсолютно ни в чем не виновата. Если в её жизни было насилие, естественно, Марат никоим образом её не отвергнет и не оттолкнет.
Марат ударился головой, когда забирался в машину, и не заметил этого. Он на автопилоте отправился к дому Гюльшат. Дом её семьи был не так далеко отсюда, около сорока минут езды. Уже выруливая с парковки кафе, Марат набрал номер Гюльшат. В салоне автомобиля звучали долгие гудки. Ответа не было.
Марат надавил на педаль газа. Почему она не отвечает? Что-то могло случиться? Марат совершенно не отдавал себе отчет в том, что он делает. Его эмоции были разорваны в клочки. Марат хотел предупредить невесту о том, что он к ней приедет через несколько минут, но она не поднимала трубку. Марат набрал её номер ещё два или три раза, но всё было тщетно.
Наконец, Марат просто положил руки на руль и вдавил педаль газа в пол. Он приехал к дому её родителей очень быстро. Марат припарковал машину кое-как, выскочил из салона и побежал к входной двери их многоэтажки.
У самого подъезда Марат споткнулся. Рядом с подъездом стояла машина Дамира. Марат даже проверил его номер. Действительно, ему не показалось, это – машина Дамира. Что он здесь делает? Он же уехал по семейным делам. Дамир был знаком с родителями Гюльшат?
Да что происходит? Марат ускорился. Ноги несли его быстрее, чем он мог подумать о том, что он делает. Он быстро взлетел на третий этаж, на котором и жила семья Урусовых. Марат вбежал на лестничную площадку и дотронулся до ручки входной двери их квартиры. Неожиданно для него самого она поддалась, и Марат осторожно приоткрыл дверь.
Первым, что он услышал, был томный женский стон. Это была Гюльшат. Её голос. За стоном последовал характерный скрип. Марат застыл, словно пораженный громом. У него в груди что-то надломилось. Уши его слышали, но разум никак не хотел принимать то, что происходило где-то в глубине квартиры.
Марат застыл в прихожей. Он не мог пошевелиться. Он увидел валяющиеся на полу ботинки. Дальше в коридоре лежала мужская рубашка. Марат, едва волоча ноги, пошел в сторону звуков. Он с трудом отрывал стопы от пола, будто они прирастали к паркету, примерзали на каждом шагу. И с каждым шагом он чувствовал, что сердце его всё больше и больше замерзает и каменеет. Он чувствовал, физически ощущал, как оно обливается кровью, осязал, как оно разрывается сейчас.
Марат не хотел верить, он должен был увидеть всё сам. Без этого Марат ни за что не поверит в то, что Гульшат предала его. Этого не может быть. Этого просто не может быть. Они же так любят друг друга! Они через неделю должны были пожениться!
Марат отказывался верить, и, тем не менее, он должен был увидеть. Шаг за шагом приближался он к спальне, в которой, как он знал, спала Гюльшат. Дверь была приоткрыта, так что Марату нужно было всего лишь слегка толкнуть её, чтобы в образовавшуюся щель увидеть картину, которая разорвала его жизнь в клочки.
Его Гюльшат лежала на спине, её волосы разметались по подушке и прилипли к потному лицу. Несколько прядей попало в рот. Одной рукой она упиралась в изголовье узкой кровати, застеленной детскими покрывалами в цветочек.
Вторую руку она положила на волосатую спину его лучшего друга. Да. С Гюльшат был Дамир. Тот самый, кто называл его братом не далее, как час назад. Его покрытые тёмными волосками поджарые ягодицы ритмично двигались. Ноги Гюльшат были закинуты на его локти, её стопы нелепо дрыгались в воздухе в такт движениям её любовника. Дамир рычал от удовольствия. Гульшат стонала, закрыв глаза.
Марат смотрел на эту сцену всего несколько секунд, и его затошнило. У него заболело всё тело, и ему казалось, что он проваливается сквозь землю. Он очень удивился, что мир вокруг него не рушится.
Гульшат застонала особенно протяжно. Дамир выделывал что-то странное бедрами, он явно знал, как ей нравится. «Это не их первый раз, это не впервые», – понял Марат. Эта мысль билась в его опустевшей голове, прыгая как мячик.
Это она позвонила Дамиру? Она? Она позвала его? Это не впервые? Она хотела скрыть следы их соитий? Она клялась Марату в любви и всё это время спала с его другом? Его друг, что называл его братом, развлекался с его невестой? За что? За что с ним так?
У Марата гудела голова, его сердце лихорадочно колотилось, его руки дрожали, он покрылся потом. Ему было худо. Так худо, как не было ещё никогда в жизни. Он не мог больше на это смотреть. Марат с величайшим трудом сделал шаг назад, потом еще один и еще. Он двигался спиной вперед, не отрываясь от маленькой щёлочки. В неё всё так же было видно, как между широко разведённых ног его невесты продолжали подскакивать бёдра его друга.
Марат неловко споткнулся о сброшенный ботинок Дамира и снес какую-то картину со стены. Этого вполне хватило, чтоб его заметили. Из комнаты Гюльшат раздался какой-то сдавленный писк. Через секунду из комнаты выскочила сама Гюльшат, завернутая в простыню. Увидев Марата, она побелела.