Адерин Бран – Степень сравнения (страница 3)

– Ну что, жених? Дрожишь перед свадьбой?

– Ни капли не дрожу! Я счастлив! – сказал Марат, раскинув руки, и исполнил нечто вроде тустепа.

– Если честно, я впервые вижу, чтобы мужчина радостно рвался к алтарю, – хохотнула Инесса.

– Да уж конечно! Себя вспомни! Тебе, между прочим, коня привели в самый центр Москвы! Сотрудницы до сих пор вздыхают и украдкой пускают слезу! – парировал Марат.

– Напомнил тоже! – фыркнула Инесса. – А мне потом с этим конем пришлось в женскую консультацию идти. Запись была к врачу. Так и попёрлись. Вот сюрприз был для всех. С конями к ним ещё никогда не приходили. Будущий папа – в обмороке, конь – в шоке…

Марат расхохотался, а Света резко отвернулась к окну.

– Ну, в любом случае я тебя поздравляю, – сказала Инесса. – Если таково глубочайшее желание твоего сердца, значит, его надо исполнять.

Света наконец повернулась к Марату и тихим глубоким голосом проговорила:

– Счастья тебе! Я не знаю, увидимся ли мы ещё до свадьбы, так что скажу сейчас: желаю, чтобы та, которую ты приведёшь к алтарю, и была твоей истинной парой, обещанной небесами. Что вы были родственными душами.

– Об этом не беспокойся, – широко улыбнулся Марат. – Я в этом уверен!

В общий кабинетик к ним ворвалась Ирина Константиновна. Она просто не умела появляться тихо и едва не грохнула дверью о стену.

– Ну здравствуй, жених! – громко сказала она генеральским тоном. – Готов подписать документы на отпуск? Я всё подготовила.

– На такой отпуск – всегда готов, Ирина Константиновна, – бодро сказал Марат.

– Вот уж точно! В другие отпуска тебя не вытолкать!

И начальница, сделав приглашающий жест, пропустила его в главную переговорную. Марат прошёл в просторное светлое помещение и уставился на «стену славы». Их начальница повесила за своей спиной лучшие фотографии своих подопечных и их дипломы, как раз перед глазами клиентов, с которыми она вела переговоры в этой комнате.

Марат наткнулся на свои бумаги. Здесь висели две его фотографии. На одной он был в официальном костюме, на другой – вджинсах и клетчатой рубашке. Эти фотографии были сделаны во время первых его выездов с клиентами. На них он выглядел невероятно гордым и счастливым, ведь сбылась его мечта: он стал тем, кем он мечтал быть. Он занимался тем, чем он хотел заниматься. Именно так он и старался жить. Чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы.

Марат посмотрел на свои фотографии, где он улыбался, глядя куда-то в сторону. Всё чаще и чаще веселая улыбка растягивала его губы. Он шел именно к этому моменту своей жизни. Он очень-очень стремился стать мужем Гюльшат. Большинство действий, которые он совершал в своей жизни, кроме помощи семье, было сделаны именно ради этого.

Ирина Константиновна с громким хлопком бухнула перед ним документы на отпуск.

– Заранее поздравлять, вроде не принято, – с какой-то материнской улыбкой сказала Ирина Константиновна. – А позже не увидимся, так что я промолчу. Но ты меня понял.

– Понял, Ирина Константиновна, – улыбнулся Марат.

Он бегло проверил даты на документах и поставил свою подпись.

– Ну что? Скроешься от нас на две недели? Будешь наслаждаться жизнью? Телефон хоть оставь включенным.

– Что Вы, Ирина Константиновна! Ни за какие коврижки я не оставлю телефон включенным! И, я думаю, вы знаете почему! – Марат многозначительно выгнул бровь.

– Ой-ой можно подумать, я во время отпуска часто тебя отрываю! – Ирина Константиновна закатила глаза.

– Во время отпуска – не часто, только по одному разу в день.

– А в рабочее время могу отрывать, когда захочу, –парировала Ирина Константиновна.

– И пользуетесь этим правом на всю катушку, – рассмеялся Марат.

– Ну что ж, давай, иди отсюда, жених, – Ирина Константиновна махнула Марату рукой.

– Я так понимаю, до свадьбы контрактов не будет? Если только что-то мелкое будет, то подкидывайте. За крупные дела сейчас не возьмусь, – Марат перешёл на деловой тон.

– Хорошо, давай там, совет да любовь, и что там ещё принято говорить в этих ситуациях?

Марат снова счастливо улыбнулся и вышел от Ирины Константиновны. Он не мог стереть эту глупую счастливую улыбку со своего лица с тех самых пор, как он получил разрешение жениться на Гюльшат.

Марат помахал рукой девчонкам, сидевшим в офисе. Инесса крикнула ему вслед:

– Хотя бы фотографию пришли!

Марат решил не приглашать своих коллег на торжество. Среди них он был единственным мужчиной, если не считать Кости, водителя Ирины Константиновны, а на их свадьбах часто, согласно мусульманским традициям, девчонки гуляли отдельно, а мужчины – отдельно. Поэтому его коллегам было бы довольно скучно. На совместные гуляния родители Гюльшат никак не хотели соглашаться. Им слишком было важно соблюдение традиций.

Марат вприпрыжку выбежал на улицу и набрал ещё один телефонный номер.

– Дамир! Здорóво! Я всё.

– Ты как, брат? – радостно ответил Дамир.

Он говорил, характерно певуче растягивая слова, и это всегда забавляло Марата.

– Хорошо, брат, – ответил Марат и улыбнулся во все тридцать два зуба, – Ну что? Всё в силе?

– Конечно, в силе! Мы тебя ждём.

Марат, как на крыльях прыгнул за руль своей машины и стартовал.

[1]По татарским традициям руки невесты должен просить не сам жених, а профессиональные сваты или родственники жениха. Для жениха прийти к родителям невесты лично – это довольно нагло и самоуверенно.

[2]Потомки древнего татарского рода, давшего начало многим аристократическим фамилиям. В России, например, это Ишеевы, Дашкины и Муратовы.

Глава 3

Марат договорился встретиться с Дамиром и другими своими давними друзьями в одном кафе недалеко от своего дома. Наверное, это было что-то вроде предварительного мальчишника. Дамир, его лучший друг, почти брат, вышел встречать Марата на парковку.

– Сәлам, абый[1] !

– Минем абыем[2] !

Мужчины поздоровались, Дамир приобнял Марата и похлопал по плечу.

– Весь светишься, – улыбнулся Дамир. – Я мечтаю, чтобы мне Аллах даровал такое же счастье!

– Да как же не светиться? Ты бы тоже светился, если бы через неделю женился на любви всей своей жизни.

– Наверное, – согласился с ним Дамир. – Я пока такую не нашел.

– Тебе когда-нибудь тоже так повезет, – ответил Марат уверенно.

– Я даже не знаю, хорошо ли это, – хохотнул Дамир. – Цветёшь, как будто тебе по голове стукнули. Сам не свой ходишь и улыбаешься, того и гляди, пора будет вызывать санитаров.

Так, шутя и подначивая друг друга, парни вошли в здание кафе. Дамир закурил кальян. Марат этого не одобрял и отсел немножко подальше. Дамир ухмыльнулся, но ничего не сказал. О нелюбви друга к табаку и алкоголю он знал. Марат заказал себе чай, ему от волнения последние дни кусок в горло не лез.

Парни шумно болтали, смеялись и перешучивались. Марат никак не мог перестать рассказывать, как он счастлив и как ждет этого события. Ребята беззлобно подначивали его и обещали, что устроят самые дикие пляски на его свадьбе.

Марат обсуждал с Дамиром детали церемонии. Дамир заранее предупредил Марата о похищении невесты, чтобы жених не принял всё слишком близко к сердцу и не полез вправлять другу нос в череп прямо посреди торжества.

Телефон Марата тихо пикнул. Он автоматически поднял его к глазам и мельком глянул на экран. Пришло ещё одно сообщение от банка –Гюльшат что-то снова купила. Марат едва не убрал аппарат в карман, но сумма покупки заставила его нахмуриться. Сообщение оповещало Марата о транзакции на сорок пять тысяч рублей. Он еще никогда не видел столь крупных трат от Гюльшат.

Да, свадебное платье стоило дорого, почти тридцать пять тысяч рублей, но она тогда прожужжала ему все уши об этом платье и несколько раз упомянула его стоимость. Марат тогда сказал, что она может тратить столько, сколько ей нужно, и не удивился пришедшему сообщению.

Сейчас же трата составила целых сорок пять тысяч рублей. Что это могло быть? Марат заинтересовался. Кафе он забронировал сам, кортеж – тоже,гостиницу для приезжающих родственников, все крупные дела Марат устроил сам. Он ожидал от Гюльшат трат на платье и на салоны красоты.

Но что можно сделать за сорок пять тысяч рублей? Денег ему было не жаль, Марат немного напрягся по другой причине. Если его невеста решила перед свадьбой надуть себе губы или скулы, это будет катастрофа. Она хотела блистать и с неудержимым энтузиазмом юности приступила к превращению себя в богиню.

Марат же терпеть не мог все эти косметологические ухищрения и усиленно отговаривал невесту от радикального вмешательства. Он предполагал, что, возможно, и стерпел бы, что-нибудь, но только такое, что не бросалось бы в глаза.

Марат полез в приложение банка, чтобы посмотреть детали чека на уплату такой крупной суммы. Он выпал из разговора и почти не заметил, что Дамир попрощался и уехал, сославшись на дела семьи.

Марат влез в приложение, прокрутил чек и хмуро уставился на детализацию оплаты. Всё, как обычно: время – десять минут назад, сегодняшняя дата, название какой-то клиники и сумма в сорок пять тысяч рублей. Услуга –гименопластика.

Ну точно! Пластика! Марат испугался. Он хотел было позвонить Гюльшат, но решил сначала посмотреть, что это за процедура такая. Возможно, в этой пластике и нет ничего страшного, а слово «пластика» просто его напугало. Он очень опасался увидеть Гюльшат с раздутыми губами, искривлённым подбородком или увеличенной грудью. Ему очень нравились её фигура и её лицо, поэтому он абсолютно не хотел, чтобы она в себе что-то меняла.