Адельфина Призрачная – Приполярье с тобой (страница 3)

– Если ты спускаешься в долину, то нам еще придется друг друга потерпеть. Так ведь?

Попутчик улыбнулся, и на его щеках проступили ямочки.

– Ты всегда уходишь от прямого ответа?

– Нам ведь уже пора?

Ян рассмеялся, и я его поддержала. После приятного завтрака и чашки чая мы принялись собирать пожитки. Из своих вещей я почти ничего не использовала, так что активно помогала попутчику. Он сложил палатку, а я сполоснула тарелки, обтерла их бумагой и разобрала горелку. Успела разглядеть и котелок. На нем был такой слой копоти, что можно было строить догадки о сроке его использования. Не то что моя кастрюлька, купленная незадолго до отъезда.

Рюкзаки собраны, место проверено на наличие оставленных вещей, теперь пора в путь. Я уединилась за высоким камнем, припася в кармане зеркальце. Наверняка после сна без подушки лицо опухло и внешний вид оставлял желать лучшего. Но все оказалось не так плохо. Из-под серой шапки волосы рассыпались волнами по плечам. Серые глаза ясные, как вершины гор, а бледная кожа заиграла румянцем от мороза. Губы после вчерашней черники окрасились в сине-бордовый цвет. Было пятно и на подбородке, но стереть его не удалось.

– Так, Роза, заканчивай… Какая разница, как ты выглядишь?!

Я могла выбросить зеркальце. Не собиралась вообще его брать с собой. Но вместо этого я вернула его в карман и направилась к месту ночевки.

– Выдвигаемся? – спросил парень, надевая на плечи рюкзак. – Я могу помочь?

– Нет, справлюсь сама.

Ян только кивнул, обратив взгляд в сторону тропы. Нам предстояло спуститься ниже. Все так же по курумнику – это сваленные в груду вдоль склона камни. Некоторые из них настолько большие, что будут раза в полтора выше меня. Некоторые мелкие и могут двигаться под ногой. Спускаться и так непросто, а по камням значительно труднее. Радует, что снег подтаял и с моей обувью я не буду скользить на каждом шагу.

Теперь уже я закинула свой пятнадцатикилограммовый рюкзак на плечи, застегнула на поясе и поправила куртку. Зря не взяла с собой трекинговые палки, здесь бы они очень пригодились. В прошлом, в небольших походах, я всегда брала их с собой. Но в этот раз все иначе. Я приехала с другой целью.

Пора! Ян вышел вперед, я следом. Мы двигались осторожно и не спеша. На часах около шести утра.

С непривычки рюкзак тяжелый, и ноги забиваются. Спускаться оказалось тяжелее, чем подниматься.

– Сколько идти к долине?

– Не так много, как кажется. Постоянно вниз, – обернулся Ян, внимательно изучая, как я спускаюсь, переступая с камня на камень. Когда я приблизилась, он протянул руку и помог мне переступить. – Ты будешь рада, но сейчас, как пойдут карликовые березки, удерживай себя от остановок со сбором ягод.

– Черника?

– Она самая. Должна быть на склоне.

– Здорово, – обрадовалась я – человек, который желал познать здесь пищевую аскезу и кинувшийся после завтрака собирать ягоду. – Почему нельзя останавливаться? Куда нам спешить?

– Внизу ее будет куда больше. Да и пространство там открытое. А здесь за склоном может поджидать незваный друг.

– И кто же?

– Медведь. Он тоже любит ягодку.

Я скривилась.

– Я видела следы, но зверь близко не подходит.

– Там не было ягоды. А здесь ее полно. Звери готовятся к зимовке. Предлагаю пройти до открытой местности с песнями. Ты как?

– Боже, нет, – рассмеялась я, – у меня ужасный слух.

Ян поравнялся и приобнял меня за плечо. Внутренне я почувствовала это словно удар током, но друг будто ничего не понял. Он сжал мое плечо и вышел вперед, напевая:

«Горы далекие, горы туманные, горы

И улетающий, и умирающий снег.

Если вы знаете – где-то есть город, город,

Если вы помните – он не для всех, не для всех....»2

Не зная слов, я сначала смущалась и смеялась, потом отстегнула с карабина на рюкзаке металлическую кружку, подняла камень и стучала им в такт песне.

Ни один медведь не останется рядом, когда происходит такой балаган.

А меж тем солнышко выбралось из-за горы, освещая наш путь, и за стеной склона горы показалась она – долина Манараги!

– Ты знаешь, что Манарага переводится как «лапа медведя»? – обернулся Ян. – Знаешь, почему?

– Я не видела этой горы.

– Серьезно? Как же ты выбрала Югыд ва?

– Долгая история, – выдохнула я, наконец ступив на землю. Курумник закончился. Впереди проторенная тропа и множество оранжевых кустов карликовой березы. – Лучше расскажи, почему Манарага это лапа медведя.

– Потому что напоминает лапу зверя, – Ян остановился, разглядывая долину. – Солнце пригревает эти места. Благодатная земля чистых вод. И медведь здесь почти не знает человека. Но народ Коми уважает царя леса.

Долина Манараги раскинулась прямо перед нами своими красно-оранжевыми полями. Местами все еще белел нерастаявший с ночи снег. Солнце и голубое небо отражалось в озерах и извилистых реках, растянувшихся рукавами по всей территории Манараги. Где-то там, справа, если пройти примерно двадцать километров, можно увидеть саму гору. К ней я и держала путь. Но никогда не смотрела заранее. Мне было важно увидеть все самой. Самой пройти путь и не сдаться…

Теперь я смотрела на Яна, стоявшего на фоне этой красоты.

Как мне оставить его? Как уйти одной? Может, к черту все – и пройти дальше с этим мальчишкой? Кто знает, вдруг, его история полна печальными воспоминаниями не меньше моей?

В этот момент парень подошел ко мне, заглядывая практически в душу. Этот его взгляд – он совсем не похож на взгляд юного человека. Там внутри намного больше банальной жажды скитаний. Но контакт глаз продлился недолго; Ян обратил внимание на что-то или кого-то поверх моей головы.

– Вот это да! Ты посмотри!

Я обернулась и метрах в ста от нас увидела двух бегущих по снежной шапке склона огромных кошек.

– Это кто? Кошки?

– Черные и размером с собаку? – рассмеялся Ян. – Скинь рюкзак, пойдем посмотрим, чьи следы. У меня есть предположение.

Я последовала примеру брюнета. Расстегнула ремни, свалила рюкзак на ближайший камень, чтобы он не улетел ниже, и пошла наверх. Кроссовки дали возможность подниматься только по земле, а ступив на снег, я тут же повалилась на колени. Ян помог. Он подхватил меня за талию, и мы двинулись вперед. Мне совсем не хотелось возражать против столь тесного сотрудничества. Даже больше – внутри просыпалось теплое чувство. Обо мне подобным образом никто не заботился. Так просто, замечая любой, даже крохотный момент, где нужна поддержка.

– Смотри, какие когти! Как будто медведь, только лапа узкая и маленькая, но эти когти…

– Чьи это следы?

– Росомахи. Мы видели двух росомах, и, Роза, это большая редкость!

– Ух ты, – огляделась я. – Слушай, я слышала, что их боятся даже медведи.

– Хах, да, это совершенно безумный зверь в случае атаки. Но сейчас они не нападут. Не переживай, – парень наклонился ко мне, я же повернулась к нему, и все произошло так быстро, что мы столкнулись носами. Ян замер, я тоже.

– Кхм… Надо идти вниз.

– Да…

– Я помогу тебе, – сдавленно прошептал он.

– Спасибо, – не менее взволнованно ответила я.

Глава 3. Черника

Дикая природа, уединение и симпатичный напарник, очевидно, опьяняли мой разум. Но нутро продолжило протестовать, как будто я проявляю слабость, оставаясь в компании Яна. С другой стороны – любой путь подразумевает знакомство с новыми людьми. Как бы там ни было, сейчас я не одна, значит, на моей дороге жизни должен был повстречаться этот человек.

Сам Ян, похоже, так глубоко не погружался в свои мысли. Он присутствовал здесь и сейчас. Замечал пролетевших над головой мелких птичек, сбившихся в стаю, видел, как впереди из зарослей выбегает серый зайчик, слышал мелких зверей. Он и меня к этому подталкивал – научиться наблюдать.

Мы спускались по склону, а долина приобретала более узнаваемые очертания. Краски визуальной карты с высоты становились кустами, высокой травой, лужами и камнями.

Солнце начало припекать. Я сняла с себя шапку и расстегнула куртку, но снимать пока не стала. В лицо дул прохладный воздух.

– Смотри, осталось совсем немного, – нарушил молчание Ян. Парень обернулся ко мне и снова подал руку, помогая переступить несколько огромных валунов. – Здесь есть морена3 из камней, но дальше предлагаю сделать привал.

– Уже? – я посмотрела на часы. – Но прошло не больше часа.

– Тогда проходим черничники без остановок, – подначил меня Ян, – принято!