Адель Хайд – Вторая молодость Фаины (страница 32)

— И каким образом? — добавила я холода в тон. А то мало ли, сейчас как получу непристойное предложение, и придётся штабс-капитана по лицу бить. Потому что он не баронесса Сушка, ему за такое слов будет недостаточно.

Но зря я так плохо думала об офицере. Он, запинаясь, предложил мне воспользоваться услугами его семейного законника, который проживал здесь, в Екатеринбурге.

— Спасибо, Пётр Васильевич, — совершенно искренне поблагодарила я мужчину. — Если я надумаю, где мне его найти?

Штабс-капитан дал мне карточку. А я подумала: «Так странно, что дворянин с собой карточку законника носит». Но мысль пришла, и я её тут же забыла, потому что штабс-капитан снова расплылся в своей потрясающей улыбке и, чуть понизив голос, сказал:

— Вижу, что вы спешите, Фаина Андреевна.

Мужчина посмотрел в сторону двуколки, рядом с которой гарцевал на коне Азат, а позади были ещё двое сопровождающих из отставников Пришельцева, и, наклонившись поближе, произнёс:

— Не сочтите за нахальство, но я бы хотел пригласить вас в оперу. У нас прекрасный театр, основанный ещё императрицей Екатериной, и через несколько дней там будет выступать прима московской сцены — Салина Надежда Васильевна, меццо-сопрано.

Я по-другому взглянула на штабс-капитана. Учитывая, на какой улице и при каких обстоятельствах состоялось наше знакомство, услышать от него про оперу было крайне необычно.

В оперу мне хотелось. Я в прошлой жизни в опере была несколько раз, и мне очень понравилось. Но я не знала, как это будет расценено, если я пойду туда вдвоём с офицером. И я спросила:

— Пётр Васильевич, одна я с вами не пойду. Но если у вас будет возможность достать билет для моей помощницы Веры Евстафьевны, то с радостью приму приглашение.

Сказав это, я сама собой загордилась, как удалось завернуть.

На лице штабс-капитана не отразилось недовольства, но я каким-то шестым чувством уловила, что тащить с собой третьего лишнего ему не очень-то и хотелось.

— Фаина Андреевна, все билеты уже раскуплены, но я постараюсь что-то придумать. Дам вам знать, — и с этими словами штабс-капитан ловко ухватил меня за руку, поцеловал, быстро протараторил:

— Честь имею.

И убежал.

— И вам до свидания, — пробормотала я вслед офицеру. И полезла в двуколку, надо было поторопиться, чтобы потом не ехать домой по темноте.

У Пришельцева никаких новостей не было, кроме одной. В Екатеринбург ехал знаменитый на всю империю сыскарь Кошко Аркадий Никифорович. И главная новость состояла в том, что ехал он по моему делу.

— Скоро мы сдвинем с места эту махину-то, — улыбнувшись, проговорил Пришельцев.

А мне что-то стало нехорошо. Возникло ощущение давления, как будто тошно даже на душе стало. Какое-то странное плохое предчувствие пробралось внутрь и осело там чёрной жирной плёнкой, не отмоешь.

Почему-то захотелось сказать: «Не надо ничего узнавать, вроде всё успокоилось и хорошо». Но я так не сказала, только дежурно попрощалась с удивленно на меня посмотревшим Александром Петровичем и поспешила обратно в особняк Нурова, забрать Полинку и Веру.

На улице ещё было светло, но солнце уверенно клонилось к закату.

Выехали быстро, хотя Раиса Леонтьевна и приглашала остаться на ужин, но хотелось домой.

Охрану на всякий случай спросила:

— Если до темноты не успеем, вы как?

Получила в ответ:

— Не волнуйтесь, Фаина Андреевна, доедем.

Было почти лето, поэтому темнело поздно, да и вечернее небо оставалось светлым. И в целом вся дорога шла по открытой местности, и только уже ближе к имению был небольшой участок, который проходил через лес.

Когда въехали в эту лесистую часть, у нас даже разговоры стихли, в этом месте было не очень комфортно ехать. А на самом подъезде к имению, когда уже было видно, что скоро дорога сворачивает, выходя из леса, Азат вдруг вскинул голову и резко направил коня в сторону леса, в самую тёмную часть дороги.

Сразу же возникло неприятное чувство опасности. Я прижала к себе Полинку, с другого бока ко мне прижалась Вера.

— Что это? — шёпотом спросила Вера. — Почему он куда-то поехал?

Кучер попытался остановить двуколку, но один из отставников вдруг крикнул:

— Ходу!

Резко заржали лошади, и двуколка рванула с места. Мне показалось, что позади раздался выстрел.

Глава 25

Я очень пожалела, что не взяла с собой пистолет, хотя пригодность этого старого оружия до сих пор казалась мне странной, потому как мужика, которого я, вроде как подстрелила, так нигде и не нашли, и свежих могил в округе тоже не появилось. Что, на самом деле меня тоже порадовало, не хотелось мне грех на душу брать.

Я вцепилась одной рукой в повозку, потому что была реальная угроза того, что мы могли вывалиться, никаких пристяжных ремней, конечно же, предусмотрено не было, это просто была прогулочная двуколка и я решила, что мне пора обзавестись нормальным экипажем.

Это было так странно, думать о таких вещах в тот момент, когда ты не знаешь, что вообще произойдёт в следующую секунду. Видимо, это защитная функция мозга, он сам выбирает для себя те мысли, которые позволяют ему оставаться в сознании.

Другой рукой я крепко прижимала к себе Полину, хорошо, что Вера тоже сообразила одной рукой ухватиться за поручень повозки, иначе, если бы она продόлжила цепляться за меня, её я бы уже не удержала, и «вылетели» бы мы из двуколки все вместе.

Кучер выполнил команду охранника на «пять баллов», кобыла неслась изо всех сил, и наша несчастная повозка, подпрыгивала и даже, «взлетала» на неровностях.

Но когда мы выехали на прямую дорогу и увидели впереди освещённый дом имения, кучер сбавил скорость, и скоро мы услышали стук копыт позади.

Кучер обернулся.

Я крикнула:

— Кто там?!

— Свои! — прозвучало мне в ответ и только сейчас я почувствовала, как сильно бьётся сердце.

Опустила глаза на Полинку, глазки её блестели, но моська была довольная.

— Не испугалась? — спросила её, целуя в лобик

Она замотала головой.

Вскоре нас нагнал наш охранник из отставников, больше никого не было.

— А где остальные? — встревоженно спросила я

— Потом, Фаина Андреевна, — проговорил мужчина, и мне стало неприятно. Ощущение такое, как будто ты получил подарок, открыл коробку, а там… пустота.

Из поместья нас выехали встречать. Сам Иван Иванович и с ним ещё один охранник.

Мы въехали во двор, Полинку я передала Кузьме с Дуней, это девочка, которую мы взяли за Полей присматривать, я порадовалась, что она нас дождалась, не ушла ночевать в деревню, Веру я отпустила к матери.

— Дуня, помой Полинку и уложи, я к вам скоро подойду, — сказала я девочке,

Она кивнула:

— Не волнуйтеся, хозяйка, щас всё сделаим

Когда повернулась, Иван Иваныч и остальные уже выехали из двора имения.

Пока ждала их вся изнервничалась, даже не задержалась у Полины, Дуня её помыла и укладывала спать. Обычно я Поле сама сказку рассказывала, но сейчас меня всю трясло, и я ограничилась тем, что поцеловала малышку в тёплый лобик. Но она сильно не возражала, устала, маленькая, глазки уже закрывались.

Скоро и мне полегчало, потому как наши вернулись все живые, да ещё и с «добычей». Привели с собой двоих. Это оказалась заслуга Азата.

Эти «партизаны» скрывались в лесу, и ими оказались те, кто нас с Кузьмой в первую ночь напугал.

Как Азат их углядел, наверное, и вправду говорят, что горцы в темноте видят.

Иван Иваныч сказал, что они ночь в подвале проведут, а с утра отправит он их Пришельцеву, а на мой вопрос, что может их по свежим следам допросить надо, Иван Иванович усмехнулся:

— Фаина Андреевна, вы так нам и не доверяете, мы ж профессионалы, уже допросили

Я ему в тон ответила:

— Иван Иванович, а вы так меня барышней и воспринимаете, — и строго на мужчину посмотрев, добавила, — я ж хозяйка, или тоже не доверяете?

Мужчина аж крякнул: