Адель Хайд – Хозяйка Северных гор 3 (страница 12)
Глава 16
Это действительно была леди Виктория. Она ничуть не изменилась, просто сейчас она была несколько расплывшейся возможно из-за того, что она была беременна, срок был довольно большой. И в такой духоте, ей явно было нехорошо.
Хотя рядом и стояла девушка, которая держала в руках опахало, пытаясь разогнать душный воздух в комнате, но из-за разлившейся в воздухе жары, застывшей под не желавшими расходиться тучами, воздух всё равно оставался жарким.
Волосы, выбившиеся из причёски, прилипали к лицу, рядом стояла миска с водой, в которой плавали половинки лимона, и периодически леди Виктория окунала туда руки и брызгала себе на лицо.
Лекарь прошёл в комнату, я держала в руках сундучок с инструментами, стояла, опустив лицо. Хотя мне хотелось бросить сундучок, ударив его о каменный пол так, чтобы он разлетелся на тысячу маленьких кусков, что непременно осколки попали на белое лицо леди Виктории, которая жила моей жизнью.
Но я старательно подавила в себе злость: «Это не мой путь, и в конце концов, я ещё не увидела Джона, возможно, что рядом с леди Викторией совсем другой мужчина.»
«Любопытно, а где её супруг?» ─ подумала я, и словно в ответ на мои мысли лекарь спросил:
─ Леди Мария, а где же ваш супруг? Давно я его не видел.
─ У него много дел, ─ ответила леди Виктория, ─ я и сама в последнее время редко его вижу
«А вот у меня так и нет супруга,» ─ подумала я.
Лекарь послушал живот бывшей королевы, попросил её показать язык, задал несколько вопросов касательно сна и беспокойства.
В конце сказал:
─ Волноваться не о чем, лишние волнения заставляют вашу кровь сгущаться и могут привести к тому, что и ребенку будет плохо. Старайтесь больше гулять, и находить радость в простых моментах.
Что интересно меня как будто никто не замечал, неужели так действует монашеская ряса, или люди не замечают тех, кто, как они считают социально ниже, чем они? Какая ошибка.
Визит лекаря закончился, он пообещал вернуться через день, и, когда мы уже выходили из дома, в калитку ворот вошёл мужчина:
─ Добрый день, сэр Раниваль, ─ поздоровался лекарь, а я опустила глаза, боясь, что в этот раз мои эмоции сложно будет не заметить. Это был Джон Честер.
Костюм у него выглядел слегка запылённым, на лице была щетина. Я обратила внимание, что седины в волосах стало больше. Но в целом Джон не выглядел постаревшим. Он похудел, но от этого стал казаться моложе.
С горечью подумала: «Неужели леди Виктории удалось сделать его счастливым?» А иначе как объяснить, что Джон бросил и меня, и Генри, и нерождённого ребенка и вполне себе отлично выглядит для того, кого мы похоронили больше шести лет назад.
Я снова сдержалась. И сундучок с лекарскими принадлежностями в моих руках не треснул, и я даже не попыталась опустить его на голову блудного супруга, хотя мне очень хотелось.
Джон спросил лекаря:
─ Как себя чувствует леди Мария?
─ Всё отлично, ─ ответил лекарь, ─ хотя ей и тяжело, оттого что слишком жаркие дни и воздушное давление постоянно меняется, пусть выходит в сад, особенно по утра и ближе к вечеру, но не сидит, а постарается прогуливаться. Ей это пойдёт только на пользу.
Внезапно я ощутила, что взгляд Джона остановился на мне, и даже затаила дыхание, ещё ниже опустив голову, чтобы под монашеским капюшоном не было видно моих волос.
И тут мой взгляд упал на руки, и я поняла, что во мне не так. Затемнив лицо, я совсем забыла про руки.
Но Джон ничего не сказал, только поблагодарил лекаря и уточнил, когда тот придёт в следующий раз.
Когда мы вышли за ворота, я вдруг поняла, что по спине несмотря на жару, катятся капли холодного пота. Я не хотела, чтобы наша встреча произошла таким образом, когда я практически в «маскараде», и меня неожиданно «раскрыли». Если уж встречаться, то с «открытым забралом».
До города доехали без проблем, никто нас не догонял, хотя каждый раз, когда мимо проносились верховые, или чья-то повозка оказывалась быстрее, чем та, на которой ехали мы, я вздрагивала, почему-то думая, что Джон догадался, что вместе с лекарем в дом приходила не монахиня.
А когда я приехала обратно во дворец, то обнаружила записку, на которой рукой Джона было написано:
«Уезжай».
Я разозлилась. Вот теперь я разозлилась по-настоящему. Я проехала полмира, и что, нельзя найти время и место, чтобы со мной встретиться?
Ну знаете! Меня это не устраивает! И вам придётся встречаться со мной на моих условиях. Иначе весь ваш дебильный план полетит к чёрту.
Я написала короткую записку о том, что никуда не уеду, пока не получу объяснений.
И сама, договорившись с торговцем поехала снова в это поселение, и снова постучала в дверь, меня, конечно же не пустили, но я попросила передать записку хозяину.
Мои люди следили за дорогой, и, если бы Джон и Виктория решили бежать, что в её положении было очень неразумно, судя по размеру живота, ей скоро рожать, то я бы узнала об этом очень быстро. Но я надеялась, что Джон, помня о том, какая я, не станет скрываться.
И через три дня я получила записку, в которой был написан только адрес, и просьба приехать одной.
Сэр Ричард вместе капитаном Седриком проверили, где это. Это оказалась небольшая церковь, за пределами городских стен Константинополя, в предместье Влахерны, недалеко от залива.
Церковь, по словам сэра Ричарда была построена в честь явления Богородицы, но после пожара ещё не восстановлена, поэтому он сразу сказал, что место там безлюдное и ехать туда даже на рассвете опасно.
Но я не боялась, меньше всего я могла подумать, что Джон способен на то, чтобы физически мне навредить.
***
Король Шотландии готовился к войне.
Он понял, что Маргарет обеспечила ему возможность сосредоточится на защите границ Шотландии.
«Моя королева, - думал он, - она продумала всё и не побоялась отправиться в это опасное путешествие, только чтобы дать мне шанс выиграть войну.»
Это ли не признание в любви! Она любит меня!
Но почему она не приняла моё предложение!
Алан смотрел на портреты девиц, одна из которых должна стать королевой Шотландии и думал. Но думал не о том, кто их них станет его женой, а как ещё протянуть какое-то время, чтобы Совет отстал от него.
Но понимал, что так или иначе придётся давать согласие. Он король, а королю нужен наследник.
Глава 17
Еле уговорив капитана Седрика и сэра Ричарда мне не мешать, проводив только до въезда на территорию церкви, я отправилась на встречу с прошлым.
Мы выехали ещё когда небо было тёмным, стражники на выезде с дворцовой территории не удивились, мало ли куда направляется паломник. Ночные бдения были нормальным для этого христианского города.
Пока добирались до другой окраины Константинополя, начало светлеть. Даже ночью не было прохлады, и я вдруг поймала себя на мысли, что скучаю по северным ветрам.
Но вот вскоре мы увидели очертания церкви, чем-то она напоминала собор Святой Софии, возможно, что круглым центральным куполом. Света в ней было, почерневшие каменные стены указывали на пережитый пожар.
«Любопытный выбор места встречи,» - подумала я.
Это место было похоже на наш с Джоном брак, красивый когда-то, но сгоревший и брошенный, никому более не нужный. Возможно, что мне не надо с ним встречаться.
Что-то малодушное внутри меня дрожало оттого, что моя слабая половина очень не хотела ни видеть его, ни говорить с ним. Но та я, кто вставал на крепостные стены Кардифа, кто бросал в лицо всесильным кардиналам обвинения, знала, что не поговоришь не узнаешь, и это не позволит идти вперёд, а будет тяжёлыми ядрами приковывать тебя к прошлому.
В полной мере сегодня я осознала, что же такое «гордиев узел». И собиралась его разрубить.
Как мы и договорились, в церковь я пошла одна, взяв с собой фонарь, рог, и кинжал.
Даже смешно, я иду встречаться с Джоном, единственным мужчиной, которому я когда-то доверилась настолько, чтобы родить от него, и у меня в руке сигнальный рог, а на поясе кинжал.
Думаю, что меня было хорошо видно, хотя ночь и становилась утром, но фонарь, который я, не скрываясь несла в руках, наверняка был виден издалека.
Я подошла ко входу в церковь и остановилась, мне не хотелось идти внутрь. Я ждала, что Джон покажется и всё же вздрогнула, когда в тёмном проёме увидела его.
Он был без фонаря, но я узнала его сразу.
- Джон? - спросила я, и почувствовала, что не могу справиться с дрожью в голосе. Даже ноги ослабли, я ощущала, как подрагивают колени, а сердце разгоняется, гоня насыщенную адреналином кровь.
Джон отступил внутрь здания, делать был нечего, я прошла за ним. Что удивительно, в церкви было чисто, следов огня практически не было, как будто уже начали восстанавливать. Возможно, что так оно и было. Я вытянула слегка дрожащую руку, приподнимая фонарь повыше, странные тени метнулись в стороны, но мне хотелось видеть лицо Джона, его глаза. Но он сделал шаг назад.