Адель Хайд – Фрау попаданка (страница 17)

— Отлично, неожиданно улыбнулся барон фон Вальдек , — как раз по понедельникам я бываю в ратуше.

А я зависла, глядя как преобразилось его лицо, и подумала, что он не менее привлекателен, чем герр Бреннер.

Барон тем временем продолжил:

—Приходите во второй половине дня, в это время будет посвободнее.

Потом снова оглянулся на герра Бреннера и произнёс уже с обычным постно-высокомерным выражением лица:

— И мы сможем с вами посмотреть, что вы там написали.

А у меня вдруг создалось впечатление, что мне назначили свидание.

Сказав это, барон развернулся и ушёл. И было непонятно, а что он, собственно говоря, приходил? Не только же за тем, чтобы вызвать меня к себе с планом?<br> Но, судя по удивлённому выражению лица мачехи и недовольному выражению лица герра Бреннера, они тоже недоумевали о причинах визита барона в храм.

Глава 7. Дополнительное условие

— Здравствуйте, герр Бреннер, — поздоровалась я с красавчиком-полицейским и проявила вежливость:

— Как ваши дела?

— Хорошо, фрау… Мюллер, — он несколько запнулся, видимо, посчитал, что при мачехе и прочих людях, которые толпой выходили из храма, было бы неуместно называть новоиспечённую вдову по имени. Тем более что я-то обратилась к нему по фамилии.

— Вы что-то хотели? — спросила я.

— Да, фрау Мюллер, появилась новая информация по вашему делу.

Я искренне удивилась:

— Что за дело, герр Бреннер? Я что-то запамятовала...

— Фрау... — он снова запнулся. — Мюллер, то самое дело о претензиях герра Грубера.

Услышав имя своего «конкурента», я удивилась ещё больше, я же считала, что мы со всем разобрались ещё в прошлый раз:

— А там разве было дело?

— Выходит, что так, — с виноватым видом произнёс герр Бреннер, и пояснил, — на следующий день после происшествия герр Грубер подал заявление в полицию о том, что вы нанесли оскорбление его чести и достоинству.

— Постойте! — возмутилась я, — что значит «нанесла оскорбление»?! Вы же сами видели, что он напал на меня в моём собственном доме!

— Это правда, и поэтому я и хочу с вами обсудить, что с этим делать, — сообщил мне герр Бреннер, и тут ж спросил:

— Как вам будет удобно? Прийти в полицейское управление или я мог бы зайти к вам?

Я подумала, что, наверное, пусть лучше приходит. На ужин. Всё равно я решила мачеху покормить.

— Приходите сегодня вечером, — сказала я.

Герр Бреннер расплылся в такой улыбке, словно я согласилась на нечто, чего он очень сильно хотел.<br> А я, покосившись на мачеху, поняла, что герр Бреннер недооценил меня и явно рассчитывает на «ужин при свечах». Мне даже стало весело.

После храма сразу домой мы не пошли, оказалось, что по «протоколу» нужно было идти в контору поверенного. Это подсказала фрау Штайнер, укоризненно посмотрев на меня и произнеся с нарочитой горечью в голосе:

— Ну вот, видишь, как ты будешь жить? Даже об этом забыла.

А я вот думаю, что несчастная Хелен об этом даже и не знала, потому что никогда с таким не сталкивалась. Но молчание — золото, поэтому я промолчала. И мы пошли в контору поверенного.

Мне понравился этот обстоятельный пузатый дядька, полностью оправдывающий название своей профессии. Он усадил нас в большом кабинете за длинный стол так, что мы оказались по одну сторону. Сам он встал во главе.<br> Моя нетерпеливая мачеха попросила его начинать, но он сказал:

— Подождите, ещё не все собрались.

У меня даже глаза округлились.

— Как это не все? — удивилась я. — А кого мы ещё ждём?