Adam Turvi – Возвращение 1-3 (страница 48)
— А третий?
— Личность не установлена.
— Что с оцеплением?
— Только что замкнули третий эшелон. Начинаем сжимать кольцо вокруг объектов на поляне?
— Нет! Сержант Арефьев!
— Я!
— Пройдите лично внутрь первого эшелона и убедитесь, что там нет случайных свидетелей. — Генерал сменил интонацию. — Вы понимаете? Случайных!
— Так точно, товарищ генерал! Приказ понял! Разрешите идти?
— Идите.
Минута прошла в относительной тишине. Внезапно по всему периметру вокруг блокированной поляны, внутри первого кольца оцепления, одновременно и вразнобой раздались вопли и стоны десятка или более людей.
— Что такое? — Тот же голос генерала.
— Э… Выясняем. Вот, бежит сержант Арефьев.
— Что у вас там? — прокричал генерал, не дожидаясь, пока его разведчик приблизится.
— Товарищ генерал, глубоко внутри первого эшелона мной обнаружены… — тут сержант слегка выделил той же интонацией, что и генерал минуту назад, — случайные… свидетели в камуфляжной форме с автоматическим стрелковым оружием. На моих глазах эти люди, практически одновременно, получили ранения, несовместимые с жизнью. Открыть ответный огонь не успел ни один.
— Что за ранения?
— Их… — сержанта передернуло, — Товарищ генерал, их кто-то рвал на части! Одному из них прямо на моих глазах сшибли голову, так она долетела до меня, как футбольный мяч! Метров пятнадцать. Чуть с ног не сбила… Я потом успел проверить еще троих. Характер ранений указывает на крупного хищника, типа медведя, тигра. Но на одном из трупов я обнаружил четкий укус верхним рядом зубов. Это — собака или волк, но… какой-то невероятной силы.
— Остался ли кто-нибудь из них в живых?
— Атака заняла несколько секунд. Я не слышал звуков ответного огня ни в течение, ни после атаки. Переговоров, или просто связной речи тоже зафиксировать не удалось. Обоснованно предполагаю, что указанные… свидетели либо мертвы, либо тяжело ранены.
— Товарищ генерал, срочное сообщение! — молодой голос прервал диалог начальника и подчиненного.
— Что у вас, капитан?
— В кабинет генерала Осокина минуту назад проникла лейтенант Стерпехова. Нанесла несколько ударов по лицу, оружия не применяла. Вызвала в кабинет секретаршу и исчезла на их глазах.
— Что значит исчезла?
— Вот так, прямо на глазах… Вызванный по тревоге караульный наряд обыскал кабинет, приемную, коридор. Здание блокировано, поиски продолжаются. Лейтенант Стерпехова не обнаружена.
— А что на поляне?
Пауза несколько секунд.
— Наблюдение велось непрерывно. Один их трех объектов несколько раз пропадал из поля зрения наблюдателя. На данный момент лейтенант Стерпехова надежно отождествляется как один из объектов, блокированных на поляне.
— Вы хотите сказать, что она покинула поляну, похулиганила на Лубянке и тут же вернулась?
— Ну… может быть, двойник, иллюзия? В любом случае, мы имеем показания надежных свидетелей.
— В общем, чертовщина…
Снова пауза.
— Капитан, соедините меня с Чкаловским.
— Есть.
— Дежурный? Это генерал госбезопасности Гарбузов. До вас довели мои полномочия? Хорошо. Немедленно подготовьте к боевому вылету штурмовую и бомбардировочную авиацию! «Калибры» или «Точки» у вас там развернуты? Подготовьте три тактических спецбоеприпаса к «Калибру». Что? Чего не имеете? Я покажу вам «право»! Выполнять!
— Ждем доклада с аэродрома и начинаем стягивать первый эшелон к поляне. В случае прорыва объектов за третий эшелон всем срочно эвакуироваться по месту дислокации автозаков и уходить за пределы места проведения операции в направлении, противоположном пути отхода объектов. Далее будет работать фронтовая авиация.
Снова тишина. На этот раз какая-то напряженная.
— Не слышу. — снова голос генерала.
— Так точно, товарищ генерал, приказ поняли, разрешите выполнять?
— Выполняйте!
Там же, сейчас
Больше никаких интересных разговоров на аудиозаписи не было. Через несколько минут послышался звук заводящегося мотора. Легковой автомобиль, тот же, что сбил лисицу, или другой, с трудом выехал на дорогу, и с немалой скоростью, судя по форсажу мотора, скрылся вдали. Ничего похожего на воздушную бомбардировку память лисицы также не зафиксировала.
Я обернулся к Анчару.
— Мы вылечили лисицу. Ты просил обновить ее, как тебя. Зачем? Она — дикий зверь, не уверен, что будет верна мне так, как ты.
Лисица откликнулась раньше Анчара. Затопила мне сознание мыслеобразами, полными эмоций благодарности, а также ужаса от расставания с Анчаром и Кинаей. Анчар был краток: «Будет с нами». Не совсем с нами, мысленно уточнил я. Раз уж рыжая пациентка так благодарна именно Кинае, пусть послужит налаживанию отношений со всей их королевской семьей. Жаль, я не знаю, как выглядели фарры. Впрочем, может быть, это и хорошо. Никто не уличит в подделке. Но вот дикость придется сгладить. Из сети я уже знал, какие именно проблемы мешают содержать прирученную лису в одном помещении с людьми. Придется напрячь Симба на то, чтобы выявить различия между метрическими матрицами волка и собаки, завязанные не только на общее дружелюбие собак и верность человеку, но и на особенности гигиены. После чего амальгамировать соответствующую часть матрицы собаки в матрицу лисы.
Не теряя времени, я открыл портал на площадку Ликорна. Киная несла и медкомплекс, и лисицу. Тут же прошла в одну из кают, которую немедленно адаптировала для размещения домашних животных. Я обошел жилое помещение, заглянул в «душевую». Оттуда на меня пахнуло запахом сырой земли и зелени. Материал, имитирующий почву, автоматически впитывал в себя и перерабатывал продукты жизнедеятельности домашних любимцев. Что ж, пусть будет вольер, где четвероногим полу- и малоразумным комфортно.
Предоставив животных попечению Кинаи и Ликорна — пусть знакомятся самостоятельно — я перенесся к ближайшему питомнику собак породы акита-ину. Интерьер навеял японские ассоциации, что натолкнуло на подходящее имя для нашей лисы: Кицунэ. Продолжая ассоциацию дальше, вспомнил, что мифические огненные фарры, по словам Кинаи, относились к людям несколько свысока. И перенесся в другой питомник собак, в надежды набрести на экземпляр с навыками и характером, соответствующими нашему представлению о принцессе и аристократке. Ничего подходящего не нашлось. Слишком уж дружелюбны наши собачки. Выход подсказала одна из посетительниц питомника, хваставшаяся тем, что у нее, кроме трех собак, дома живет кошка тайской породы. И вот она-то и показывает образец благородного поведения. На руки не идет, не мявкает, при гостях сидит на подушечке гордо, с едва заметным изгибом спины. Ни в каких ситуациях не теряет достоинства.
Что ж, кошачий питомник располагался в соседнем здании, и, к счастью, содержал несколько кошечек нужной породы.
Загрузив Симба слепками отсканированных животных, я вернулся на левиафан. Сойдя с портальной площадки, обратил внимание на то, что корабль фактически не имеет шлюзового отсека.
«Симб, мы ведь сохранили метрический слепок левиафана? Есть там что-нибудь насчет выхода экипажа в открытый космос? На каком уровне это поддерживается? Собственно природы виверно-единорога или технического оснащения?»
=
«Можно ли перенести это свойство псу Анчару и лисице Кицунэ?»
=
«Принимается. Готовь сценарии обновления метрических матриц Анчара и Кицунэ».
Я зашел в каюту-вольер и понял, что мое отсутствие прошло, по большей части, незамеченным. Киная продолжала следить за здоровьем лисицы, а та, освоившись в новой среде, весело прыгала вокруг лиирки и Анчара.
— Киная, сейчас я запущу процедуру обновления нашей лисички, кстати, ее зовут Кицунэ. У тебя в связи с этим две задачи. Первая — никому не рассказывать о моих выдающихся способностях. Вторая — оставаться рядом с животным и отслеживать ее состояние. Если что, сама помочь ей ты вряд ли сможешь, так что зови меня. Я же займусь анализом того, что же натворили тут двуногие животные за время моего отсутствия. Анчару тоже будут внедрены новые свойства, но этот процесс я успею отследить сам.
Киная молчала, внимательно слушая меня. После чего тряхнула головой и посмотрела мне в глаза:
— Вопросы задавать, как я понимаю, бессмысленно?
— В общих чертах, тебе даже Анчар сможет объяснить, что я собираюсь делать, и с какой целью. Но вот, что именно будет происходить с природой животного, ты понять не сможешь. Никто из вас на таком уровне не работает, ни с живым, ни с неживым.
С этими словами я дал задание Симбу на запуск скриптов, и ушел в центральную рубку. Оттуда я начал удаленно, используя «серверные» возможности левиафана, сканировать память участников событий последних дней в Москве и Подмосковье.
Довольно быстро я восстановил цепочку событий: бойня в загородной резиденции президента, взрыв коттеджа Плещеева в районе Аксиньино, попытка захвата полковника Макеева в плен, самоубийство нескольких генералов и офицеров ФСБ и МВД — в их число попали генерал Гарбузов и сержант Арефьев, поиски Плещеева и его секретарши, продолжающиеся до сих пор без какого-либо видимого прогресса, столь же «успешные» поиски полковника Стерпехова и его дочери. Никаких данных о том, что кто-либо из оцепления стал свидетелем открытия портала и исчезновения в нем Онга и его подопечных. И это несмотря на очень неплохие средства удаленного наблюдения, которыми, судя по разговору Гарбузова с подчиненными, полльовались последние. Что ж, по крайней мере, угроза бомбардировки, на которую косвенно указывала Кира своим анализом ситуации, не выглядела блефом. Если Гарбузов входил в состав заговорщиков, то они, уже зная о провале нападения на резиденцию президента, могли идти ва-банк. Но вот что именно помешало претворить эту угрозу в жизнь, я так и не понял.