Адам Синицки – Анатомия функциональных тренировок. Руководство о том, как грамотно прокачать тело (страница 2)

Представим типичный день обычного человека. Назовем его Хэнк. Хэнк – мужчина средних лет ростом под метр восемьдесят, работающий в офисе. Он любит читать и смотреть старые ситкомы. У него два с половиной ребенка и любящая супруга. У него просматривается солидный животик, а остатки здоровья медленно тают в рутине.

Все начинается с будильника, который выдергивает Хэнка из глубокого сна. Шок от пробуждения провоцирует выброс адреналина и кортизола – Хэнк полон нервов и тревоги с самого утра. Вероятнее всего, поспал он часов шесть, не больше. Из-за этого (и резкого подъема) он проведет следующий час в состоянии инерции сна [5], словно зомби.

Чтобы проснуться, Хэнк вливает в себя огромную чашку кофе. Кофеин наносит мощный удар организму, блокируя аденозиновые рецепторы для маскировки усталости и провоцируя выделение возбуждающих нейромедиаторов. С точки зрения физиологии мы пьем жидкий стресс [6]!

Расправившись с завтраком, состоящим из пустых калорий и простых углеводов (а значит, обладающим почти нулевой пищевой ценностью – чувство насыщения скоро уйдет), Хэнк идет на работу. Вы замечали, что быстро шагающие в нашу сторону незнакомцы инстинктивно вызывают в нас страх? Толкотня в уличной толпе еще больше усугубляет тревожность Хэнка – он заведен, обессилен и истощен.

В офисе Хэнк просидит восемь часов кряду. Тем самым он ежедневно сокращает продолжительность своей жизни, ведь его сердце слабеет от недостатка движения [7]. Долгое сидение приводит и к другим изменениям в его теле. Ахилловы сухожилия становятся короче, а ягодичные мышцы слабее. Сгибатели бедра, в частности, соединяющие низ спины с бедром поясничные мышцы, также страдают от напряжения.

Из-за этого в поясничном отделе возникает нешуточный дискомфорт. Хэнк об этом не подозревает, но именно поэтому с утра он первым делом хватается за поясницу. Знакомая история?

Из-за необходимости непрерывно тянуть руки вперед плечи Хэнка округлились и сгорбились (это называется кифозом), а грудь сдавлена. Еще он начал замечать, что у него вечно затекает шея – немудрено, если целыми днями таращиться в экран под углом. Заглянув в будущее, Хэнк мог бы увидеть, что уже через год ему потребуется больничный из-за хронической травмы от постоянных нагрузок на кисти и пальцы.

Хэнк с утра до вечера переживает из-за дедлайнов, неприятных звонков и проблемных коллег. Реакция на стресс, «бей или беги», всегда где-то рядом. Этот механизм призван отвечать на физическую угрозу либо при помощи схватки, либо при помощи побега. Поэтому он провоцирует следующие физиологические процессы:

– Учащение сердцебиения

– Повышение вязкости крови (чтобы кровь быстрее сворачивалась в случае травмы)

– Тревожность

– Повышенная чувствительность

– Напряжение в мышцах

– Туннельное зрение

Кровь приливает к мышцам и мозгу, откладывая в сторону менее критичные задачи вроде пищеварения и поддержки иммунитета. Это имеет смысл, если вам действительно нужно сразиться со львом. Но ведь в офисе Хэнка никаких львов нет, равно как и в вашем [8]. Так как эта напасть не прекращается неделями и месяцами, Хэнк рискует серьезно заболеть из-за подавления ключевых систем организма.

Работа держит Хэнка в напряжении, но напряжение это абсолютно бесполезно. Видите ли, Хэнк уже пять лет как застрял на одной и той же должности в одной и той же компании. В общем, его положение не меняется во всех смыслах слова.

Мозг – обучаемая машина

Так происходит ухудшение психического здоровья и снижение интеллекта нашего героя. Мозг – по-настоящему обучаемая машина. Так уж он устроен, и он обожает учиться. Главная причина, по которой мы любим играть, – возможность учиться, получая удовольствие в ходе цикла обратной связи. Об этом мы поговорим чуть дальше, а пока отметим, что мозг умеет обучаться и реагировать на стимулы благодаря так называемой нейропластичности. Данный термин обозначает способность мозга расти и менять форму под действием вводных данных и тренировок – совсем как мышца. За этот процесс отвечает ряд гормонов и нейромедиаторов, таких как нейротрофический фактор мозга (BDNF), дофамин и фактор роста нервов. Чем больше вы учитесь, тем больше этих соединений производит мозг. Прекращая обучаться новому, вы останавливаете их производство и в нужный момент уже не сможете потреблять нужную информацию.

Совсем неудивительно, что Хэнк, катающийся по одному и тому же маршруту, выполняющий одни и те же монотонные задачи и смотрящий по телевизору одну и ту же дребедень, не может добиться от своего мозга того же выхлопа, что и в молодости. А поскольку дофамин влияет еще и на внимание и концентрацию, страдают общая мотивация, восприимчивость и работа мозга в целом.

В перспективе прекращение тренировок мозга повышает риск нейродегенеративных заболеваний вроде болезни Альцгеймера и деменции [9]. Хэнк, по сути, живет днем сурка: конечно, ему не чужды апатия и неудовлетворенность.

Каждый проведенный на диване вечер также вредит здоровью Хэнка. Дело не только в усугубляемой из-за малой подвижности мышечной атрофии. Яркое свечение телеэкрана сбивает наши биологические часы, ухудшая качество сна. Улегшись в постель, Хэнк еще час будет пялиться в потолок.

Обувь Хэнка мешает нормальной работе мышц ног и получению верной информации от проприоцепторов. Мышцы – не просто инструмент для приложения тех или иных усилий: они являются органами чувств, благодаря которым наш мозг познает окружающий мир, а тело увереннее двигается.

Когда эта информация перестает поступать, соответствующие проводящие пути атрофируются. Иными словами, вы не сможете считывать проприоцептивные ощущения. Это не только приводит к нарушениям двигательного аппарата, но и снижает объем получаемой мозгом информации. Потеря сенсорных данных также связывается с деменцией: исследования указывают на корреляцию между проблемами со слухом и нейродегенеративными заболеваниями. Впрочем, является ли потеря слуха симптомом или причиной, пока не установлено [10]. В общем, ближе к старости Хэнку грозит еще и деменция.

Хэнк проводит целый день практически без движения: он не взбирается на высоту, не прыгает, не ползает, не поднимает тяжести. Поскольку мы располагаем всем необходимым на удобной высоте, ему не приходится даже нагибаться. «Оперативная память» также не задействуется, ведь нетривиальных задач работа Хэнка не предусматривает.

Три часовых похода в спортзал не способны исправить весь этот урон, при всем однообразии и ограниченности выполняемых упражнений. К этой теме мы скоро вернемся.

Продолжать список можно бесконечно: недостаток времени на свежем воздухе сокращает производство витамина D, сбивая гормональный баланс и ухудшая наше настроение. Неправильное питание лишает нас важнейших кирпичиков, необходимых для строительства мышечной ткани и нейромедиаторов. Наша склонность бороться с любыми бактериями оставляет нас беззащитными перед лицом действительно опасных микробов. Круглосуточное мелькание девайсов истощает нашу дофаминовую систему и не дает нам сосредоточиться на решении задач. Стремление к поддержанию комфортной атмосферы приводит к тому, что многие из нас не выносят и пятиминутного холода.

Короче говоря, у Хэнка – как и у нас – нет ни энергии, ни силы, ни смекалки. Во всяком случае, относительно лучшей версии себя. Если вы не работаете над своей мобильностью регулярно, то почти наверняка не сможете выполнить полный присед, не отрывая пятки от земли. Еще вам вряд ли удастся дотянуться до пальцев ног или посчитать, не сбиваясь, сколько раз за день вы садились (попробуйте!).

А теперь сравните наш образ жизни с тем, для чего наши тела были задуманы: преследование добычи по лесам, открытие новых горизонтов, борьба с животными и врагами, поедание мяса, ягод и клетчатки.

Средний современный человек настолько же слабее древнего, насколько пудель с ожирением слабее волка [11].

Когда я говорю о том, что мы не раскрываем свой потенциал, я совершенно не шучу!

Как заметил в своей книге Sapiens Юваль Ной Харари, мы одомашнились. Подобно тому, как мы одомашнили пуделей, нас самих одомашнила пшеница: этот злак вдруг решил, что для него было бы неплохо, если бы мы жили в одном месте и заботились о нем 24 часа в сутки, 7 дней в неделю.

Но эта книга не о первобытном фитнесе. Я не собираюсь советовать вам питаться исключительно тем, что вы добыли сами, или упражняться в метании камней (хотя это и может быть довольно полезно). Суть в том, что со всеми преимуществами цивилизации мы должны быть более функциональны, никак не менее!

А оказались мы в таком положении из-за того, что наши тела превосходно адаптируются к образу нашей жизни и особенностям среды. Доисторические предки человека великолепно бегали по пересеченной местности и лазали по деревьям, но едва ли много жали от груди. Поняв устройство своего тела, мы поймем, как все исправить.

Несмотря на доступные научные и технические достижения, человечество сейчас в худшей форме, чем когда-либо прежде!

Привычных тренировочных программ недостаточно

Легко подумать: раз я хожу в зал, то эти напасти мне не грозят. К сожалению, большинство программ не предлагают достаточного стимула и не приносят реальной пользы. Даже так: они усугубляют проблему.