Адам Перри – Бунт призраков (страница 18)
– Жди здесь, – говорит он. – Я принесу нам завтрак.
Я остаюсь в столовой, положив руки на коробку с пластинками. Из кухни доносятся восхитительные запахи. Я и не думала, что проголодалась – после того, что я увидела ночью, мне было не до еды, но живот предательски урчит.
Прежде чем Чарльз возвращается, ко мне подходит мисс Элдридж и кладёт свою грузную руку мне на плечо.
– Вот ты где! – говорит она. – Сегодня будешь завтракать в задней комнате.
Лиса машет хвостом рядом с Джоном, мисс Элдридж оборачивается к ним и говорит:
– А ты останешься здесь.
Почему она сказала ему это? Она видела, как мы разговаривали?
– Хорошо, – говорит Джон тихо, и я вижу, что он думает то же самое, что и я.
Мисс Элдридж берёт меня под руку и уводит, прежде чем я успеваю взять коробку с фотопластинками, – они остаются без присмотра на столе. Вопреки тому, что сказал Чарльз, слабой она точно не выглядит. Она ведёт меня по коридору, и мы проходим через гостиную, где Мисс ван Хесен раскладывает мольберты и кисти, готовясь писать картины под руководством призраков. Полотна, которые она выставила на всеобщее обозрение, кричащих цветов, с изогнутыми белыми линиями и жутковатыми лицами, тошнотворная мазня, которую никто не захочет вешать у себя дома. Мы идём дальше, мимо кабинета, где сидит Мадам Кримсон со своей ширмой и трубами. Её обступает толпа любопытных, среди прочих и мистер Спенсер.
Наконец, мы заходим в кладовку рядом с кухней. Чарльз стоит, ест яичницу с тарелки и кивает мне.
– Садись, дорогая. Угощайся, – говорит мисс Элдридж. Я слушаюсь и принимаюсь за завтрак, кладу в рот маленький кусочек, а они стоят надо мной и внимательно смотрят. Мне становится не по себе.
Не знаю, ждут ли они от меня каких-то объяснений, так что сижу молча, ковыряясь вилкой в тарелке.
– Тебе понравилась твоя новая комната? – спрашивает мисс Элдридж, нарушая тишину.
– Очень уютная.
– Тебя не разбудил вчерашний ураган?
– Нет, мэм, – говорю я. – Это он разрушил зал собраний?
Она улыбается.
– Думаю, да. Надеюсь, ты не испугалась. Ты знаешь, как появляются ураганы?
Я не отвечаю, – вдруг она спрашивает о тенях и сиянии, которые я видела ночью.
– В воздухе происходят явления, невидимые глазу, силы природы воюют друг с другом. Тепло поднимается с земли, образует облака, сталкивается с прохладой высоко в небе и вызывает электрический разряд. Положительный разряд и отрицательный разряд борются друг с другом, пробуждая к жизни молнию, которая обрушивается на нас.
Помню, мама рассказывала это Джону, чтобы успокоить его, когда ураган бушевал за окном. Такое простое объяснение для такого нешуточного, грозного явления.
– Люди лишь недавно открыли это. Веками ураганы считались творением богов или наказанием за наши злодеяния. Мы постоянно учимся новому, дорогая, и на место суеверий приходят факты. Всё же никто не знает, почему молния имеет именно такую форму и куда она ударит.
Она показывает на Чарльза.
– Чарльз починит все повреждения в зале собраний, но боюсь, что нас ждут новые ураганы. Он сказал мне, что вчера ты видела тени.
Не знаю, вопрос ли это, но я киваю, – эх, надо было держать рот на замке.
– Есть вещи, которые видят только дети. Или, возможно, взрослые просто не могут их принять такими, какие они есть. В детстве я тоже видела тени. Когда умерла моя бабушка, я чувствовала её присутствие. Я не хотела её отпускать. Аннабелль застряла между мирами живых и мёртвых, и когда эти миры сблизились слишком сильно, то они столкнулись друг с другом, вспыхнув, словно частицы в облаках, порождающие молнию. Она опалила деревья вокруг надгробного камня Аннабелль, разрубила их надвое, унесла из этого мира в её мир. На мгновение, если поверишь, мне показалось, что я попала
Всего несколько дней назад я бы ни за что не поверила её рассказу. Но теперь, когда я сама видела сияние, видела, как оно вспыхнуло вокруг нас и поглотило дверь зала собраний вместе с половиной стены, даже не знаю, что и думать. Всё-таки сложно верить, когда знаешь, что за всем скрывается ложь.
– Разговаривать с Аннабелль всегда было рискованно, но до сих пор мы справлялись. Важно сохранять баланс. Нас разделяет лишь тонкая грань. Ты понимаешь?
– Да, мэм.
– Я знаю, что у тебя есть дар, и готова помочь тебе чем могу. Но для этого ты должна быть предельно честной со мной и с собой.
Я киваю, хотя не собираюсь выполнять её просьбу.
– Замечательно, – говорит она, жестом предлагая мне встать. – Идём со мной. Сейчас ты увидишь, что мы делаем с мошенниками.
При этих словах у меня словно почва уходит из-под ног. Неужели ей всё известно? Это была проверка или попытка вытянуть из меня признание?
Мы следуем за ней по коридорам обратно в комнату, где находится мистер Спенсер. Несколько женщин собралось вокруг Мадам Кримсон. Она рассказывает им про свои путешествия, встречи с ангелами и энергию, которую они передали ей.
Мисс Элдридж наблюдает за ними с порога, наконец заходит в комнату и прерывает рассказ Мадам Кримсон.
– Всем доброе утро! – произносит мисс Элдридж. – К сожалению, у меня неприятные новости. Похоже, среди нас мошенник.
Мистер Спенсер впивается в меня взглядом. Я застываю, будто у меня всё тело вдруг немеет, и стараюсь сказать ему глазами:
Джона нет поблизости. Если придётся бежать, надо держаться вместе.
Мисс Элдридж медленно обводит комнату взглядом. Задерживается на мистере Спенсере, будто ждёт реакцию, затем идёт дальше.
– Мадам Кримсон.
Пухлая женщина улыбается, тяжёло поднимаясь со стула. Её украшения звякают друг об друга.
Мисс Элдридж подходит к ней и опускает руку на её плечо.
– У меня были подозрения относительно вас, и накануне вечером я решила исследовать вашу ширму, когда вы были во дворе вместе с остальными.
Мадам Кримсон делает попытку отстраниться, но рука мисс Элдридж крепко держит её, словно капкан.
– Эта женщина не общается с духами. Вот откуда берутся звуки, – говорит мисс Элдридж, вырывая тонкий резиновый шланг из рукава Мадам Кримсон. Она продолжает тянуть, и оказывается, что шланг уходит через платье Мадам Кримсон под ковёр, скрываясь под свободными складками и звенящими украшениями.
– Когда свет выключают, она вставляет его в трубу, – мисс Элдридж тянет шланг, следуя за ним к ширме, где находится небольшой мундштук, – а затем, согнувшись в три погибели, издаёт звуки, которые вы и слышали.
Мадам Кримсон фыркает на это, но толпа стоит в зловещем безмолвии.
– Прежде чем включить свет, – продолжает мисс Элдридж, дёргая за конец шланга так, что он выпадает из трубы и скользит под ширму, – она прячет следы преступления, надеясь, что ей удалось обвести вас вокруг пальца.
Толпа ахает, и Мадам Кримсон пятится.
– Она мошенница, – говорит мисс Элдридж.
Женщина из толпы грозит ей кулаком и кричит: «Обман!», и остальные принимаются скандировать, сперва тихо, затем всё громче, и мужчины и женщины.
– Обман, обман, обман, – повторяют они.
Люди потрясают в воздухе кулаками, словно бьют в барабаны.
Группа смыкается вокруг Мадам Кримсон. Она успевает схватить кое-что из своих вещей, прежде чем её выталкивают из комнаты, затем по коридору прочь из дома, через парадную дверь.
Толпа разъярённых людей увлекает за собой и меня. Тени пляшут на стенах, чёрные, как смоль, в резком утреннем свете. Но они не похожи на те, которые я видела прошлой ночью; эти тени принадлежат людям, сердито машущим руками.
Их голоса переходят в крик, и Мадам Кримсон чуть не кубарем летит со ступеней крыльца и падает на брусчатку.
Никто не хочет слушать её объяснения, не будет ни суда со свидетелями, ни защиты. Решение принято, приговор вынесен.
– Будьте вы прокляты! – кричит она, когда двое мужчин швыряют её ширму на землю. Дерево раскалывается от удара, вслед за ширмой во двор летят трубы, шелковые шарфы и брошюры.
– Прекратите! – велит Чарльз, помогая ей подняться. Он показывает на тех двоих и говорит: – Погрузите её реквизит в экипаж. Всем отойти!
Мужчины послушно выполняют приказ, а Чарльз ведёт её к лошадям.
Скандирование продолжается, но уже тише.
– Я отвезу вас в город, – говорит он. – А дальше вы сами.