Адам Кристофер – Тьма на окраинах города (страница 23)
– Да уж, ты не торопился возвращаться. Но знаешь, я кое-что нашла.
В комнате отдыха никого не было. Делгадо закрыла дверь за собой и прибавила звук у телевизора. Подойдя к большому обеденному столу в центре, женщина выложила лист из записной книжки, который Хоппер дал ей утром.
– Следует сказать большое спасибо нашему усопшему другу Джейкобу Хелеру за то, что у него была тяжелая рука. – Делгадо указала на листок, который теперь был расчерчен и заштрихован простым карандашом. – Это было просто. Мы такое в школе проделывали.
Теперь можно было прочитать надписи, которые отпечатались на страничке, в том числе слово «ГАДЮКИ» крупными буквами в прямоугольной рамочке. Остальная часть текста действительно была списком, как и предполагал Хоппер. Он прочел вслух:
Женщина кивнула.
– Да. Однако это не просто банды. Я все разузнала. Здесь перечислены банды, орудующие во всех пяти районах города. За исключением «Гадюк», они все хорошо известны полиции и федералам. И у них всех есть кое-что общее. Опять же, за исключением «Гадюк».
Хоппер задумчиво поскреб подбородок.
– И что же?
Делгадо постучала пальцами по списку.
– Их больше нет. Они исчезли. Ни одной из этих банд больше не существует, насколько нам известно. Кто знает, что с ними стало: были уничтожены, или распались, или покинули город.
– Все, кроме «Гадюк»?
– Кроме «Гадюк», – подтвердила Делгадо. – Полиция о них раньше не слышала. Вообще никто не слышал.
Напарница Хоппера пожала плечами.
– Если предположить, что это действительно банда, – добавила она.
– Название соответствует, – заметил Хоппер. – Возможно, какая-то новая. Они наверняка постоянно формируются и распадаются.
– Но послушай, Хоппер, ты ведь понимаешь, что все это значит, верно?
Детектив взглянул на Делгадо, и она продолжала:
– Третья жертва в нашем деле – федеральный агент Джейкоб Хелер. У него было тайное убежище и список банд, в котором значилась вот эта новая. Его убивают при исполнении служебных обязанностей, после чего у нас на пороге появляется агент Гэллап и уводит дело прямо из-под носа. Все сходится. Пусть они не хотят говорить нам, что происходит, но не надо быть гением, чтобы догадаться.
– Джейкоб Хелер работал в спецподразделении по борьбе с бандитизмом.
– Именно. Они входят в состав ФБР, или АТО[30], или в обе структуры сразу. Это очень многое объясняет. Возможно, у агента Гэллапа и шило в заднице, но его беспокоят куда более серьезные проблемы, чем просто потеря должности.
Хоппер кивнул.
– Если он руководит спецгруппой, тогда у него по всему городу агенты. Скорее всего, они внедрены в банды и работают под прикрытием. Может быть, спецгруппа действует уже несколько месяцев. А то и лет. Возможно, именно так исчезли эти банды. – Он указал на список. – Их развалили оперативники.
– Верно, – согласилась Делгадо. – А потом одного из внедренных убивают, в дело вступает городская полиция и грозит сорвать всю операцию. Гэллап вынужден забрать дело – ему нужно защитить внедренных агентов во что бы то ни стало. Придется расследовать убийство своими силами. У него просто нет выбора.
Хоппер покачал головой. Факты начали складываться в логичную картину. Мужчина вытащил из кармана рубашки новую карточку с символом и продемонстрировал Делгадо, которая тут же вытаращилась на нее.
– Черт, откуда это?
Хоппер бросил карточку на стол.
– От паренька, с которым меня отправили побеседовать. Он попросил защиты у полиции. А еще нес всякий бред про конец света…
– Что-что?
Хоппер покачал головой:
– Он явно был под кайфом. Зато у него оказалась эта карточка. По его словам, это доказывает, что у него есть информация, которая может заинтересовать полицию.
– И что же это за информация?
– Он так и не признался. Попробуем допросить его снова, когда придет в себя. Но это точно связано с «карточными» убийствами. – Хоппер указал на улику. – И в этом деле как-то замешаны эти банды. Тот парень, Лерой Вашингтон, – он, конечно, не сказал, что он бандит, но выглядит похоже. Возможно, имеет какое-то отношение к «Гадюкам».
Делгадо задумчиво помассировала виски.
– Банды обычно не промышляют ритуальными убийствами.
Хоппер пожал плечами:
– Согласен. Но не может все это быть совпадением. Джейкоб Хелер тому подтверждение, и то же касается Лероя Вашингтона.
– А где он сейчас?
– Я попросил посадить его обратно в камеру. Пусть сначала очухается от веществ, потом допросим его еще раз, – пояснил Хоппер и посмотрел на напарницу. – Но ты ведь понимаешь, что это значит?
– Все кончено, – вздохнула Делгадо.
Хоппер кивнул. Она права – их участие в расследовании этого дела закончено. Они столкнулись с чем-то гораздо более серьезным, чем предполагали. Если они вмешаются в операцию федеральных агентов – кто знает, сколько жизней подвергнется опасности.
– Однако мы не зря проделали эту работу, – сказал Хоппер. – Передадим всю информацию капитану, а он через начальство донесет ее до Гэллапа и других федералов. Если повезет, они прикроют глаза на то, что мы вмешались.
Делгадо ничего не ответила, но кивнула в знак согласия. Детективы уселись за стол. Из динамика телевизора раздавалась музыка; звук был таким громким, что корпус из дешевого пластика чуть ли не трясся. Делгадо взглянула на напарника и нахмурилась.
– Что такое? – спросил он.
– Ты выглядишь ужасно.
Хоппер вяло засмеялся:
– А то я не знаю.
Делгадо покачала головой.
– Иди домой, Хоп. Уйди с работы пораньше. Проведи время с Дианой. Своди ее в кино или еще куда-нибудь. Я прикрою тебя перед капитаном, а завтра мы все ему расскажем. Вряд ли твой информатор придет в себя раньше, так что можно подождать.
Хоппер долго смотрел на Делгадо и наконец со вздохом согласился.
– Ладно. Спасибо.
– Не за что, детектив. Рада помочь.
26 декабря 1984 года
Лесной домик Хоппера
г. Хоукинс, штат Индиана
За окном падал снег. Медленно опускались сумерки. Хоппер возился на кухне. Он долго говорил без передышки, и теперь как ему, так и Оди требовался отдых. Она не хотела, чтобы он прерывал рассказ, но глаза девочки тут же засияли, когда он упомянул ее любимый перекус (нет, любимую
Пришло время для замороженных вафель «Эгго».
Хоппер оглянулся через плечо. Оди пришла к нему и теперь сидела на полу со скрещенными ногами.
– Что это значит? – спросила она.
Хоппер сложил на тарелку разогретые вафли, налил свежего кофе и направился обратно за стол. Оди встала и пошла за ним.
– Кто рассказывает, ты или я? – Хоппер поставил вафли посередине стола и вернулся на кухню за маленькими тарелочками. Когда он вернулся, девочка уже принялась за лакомство. Хоппер подставил ей тарелку.
– Вопросы – это хорошо, – с набитым ртом произнесла Оди.
– Эй, где ваши манеры, юная леди? – напомнил Хоппер и перетащил горячую вафлю к себе на тарелку. – Да, вопросы – это хорошо. И терпение тоже.
– Лерой сказал. – Оди наморщила лоб. – И на дне рождения… Лиза тоже это сказала.