Адам Хлебов – Скорость. Дарьяльский дрифт (страница 58)

Я пожал плечами.

Марина ахнула. Я мельком увидел, как её брови взлетели вверх, а глаза расширились — не страх, а чистое восхищение.

— Они первыми напали, — пожал я плечами, — мне пришлось ответить.

— И правильно сделал, что ответил, — Джапаридзе говорил с одобрением, будто хвалил ученика. — На Кавказе уважают силу. Если бы ты струсил — тебя бы не поняли. Но ты… — он свистнул, — разобрался с двумя бойцами, которые, между прочим, не просто так здесь крутятся.

— Я не знаю, почему они здесь крутятся, я к ним не имею отношения.

— Зато я знаю, что они ищут кинжал, — сказал капитан.

— Я их не знаю, повторяю, может, они учёные? Я не очень понимаю, чем могу быть вам полезен.

— Мне нужно, чтобы ты помог их найти.

— Почему я?

— Потому что ты уже показал, что справишься, — его голос стал тише, но твёрже. — И потому что у тебя свои счёты с Комиссаровым.

Я резко поднял голову. Откуда он знает? Бросил короткий взгляд на Марину, но она покачала головой, мол, я ничего не говорила.

— Не удивляйся, — Джапаридзе ухмыльнулся. — Я в курсе твоих дел. И знаю, что московский подполковник тебя ищет. Но если ты поможешь мне — я сделаю так, что он сам начнёт тебя избегать.

Марина, до этого молчавшая, вдруг кашлянула:

— Саша… если это правда, что ты тех двоих… — она посмотрела на меня с новым интересом, — то ты и правда можешь помочь нам с профессором.

Джапаридзе кивнул:

— Видишь? Даже начальник вашего лагеря за. У нас у всех одна задача.

Я вздохнул. Капитан явно знал больше, чем говорил, и понимал, что сейчас мне некуда деваться.

— Ладно. Чем я могу помочь?

Марина одобрительно улыбнулась.

— Как я могу помочь?

— Опиши их подробно.

— Вы же сказали, что видели их в больнице, зачем тогда вам моё описание.

Он сделал вид, что немного расстроился.

— Вы меня невнимательно слушали, Саша. — Он снова перешёл на «вы». — Я сказал, что видел их медкарты. А сами они, увы, свалили из больницы.

— Если честно, я не очень помню.

Наверняка тех двоих ему уже описали жители подъезда и медики в больнице.

— Саша, мне нужно их описание. Подробное.

Я нахмурился, мне не хотелось ходить и давать показания, поэтому я ещё раз повторил.

— В драке не до примет. Всё происходило быстро.

Джапаридзе вздохнул, но настаивал.

— А ты всё же попробуй.

Я как сумел, не очень подробно описал.

— Не густо.

— Ну чем богаты…

— Тогда опиши девушку, которую ты спас. Ту, из-за которой всё и началось.

Я замер. В голове сразу всплыл её образ. Мне вообще не хотелось впутывать её в эти вопросы КГБ.

— Худенькая. Лет восемнадцати. Тёмные волосы, до плеч. Глаза… — я запнулся, — большие, испуганные. Говорила с акцентом — не местная.

— Осетинка?

— Извините, я не разбираюсь. Я недавно на Кавказе. Может, и осетинка, а может, грузинка, армянка или азербайджанка.

— Ты её знаешь?

— Нет. Её я тоже не особо запомнил.

— А вот я её хорошо знаю. Не лично, но встречал пару раз на свадьбах и мероприятиях. И сомневаюсь, что ты Дзерассу, такую красавицу, не запомнил, — капитан прищурился.

Марина вдруг резко выпрямилась, глаза вспыхнули:

— Так вот почему её братья привезли карты и бумаги!

Джапаридзе повернулся к ней, явно удивлённый:

— Какие карты, Марина Сергеевна?

Она нервно провела рукой по волосам, поняла, что наболтала лишнего.

— Это, товарищ капитан, лучше всего у профессора спрашивать. Мы не особо в курсе.

— Это связано как-то с вашим Смирновым? — капитан был раздосадован по-настоящему, — давайте без этой вашей таинственности. Я пока к вам, Марина Николаевна, как друг приехал.

— А разве я спорю? — всплеснула руками Марина, а потом примирительно сказала, — что мы все на ногах, давайте попьём чаю или, если хотите, кофе.

И тут же направилась в сторону кухни.

Вечерний воздух в палатке-столовой был густым от запаха чая и влажной брезентовой ткани.

Джапаридзе сидел напротив, медленно размешивая сахар в стакане.

Его пальцы — крепкие, с коротко подстриженными ногтями — двигались с хирургической точностью.

Он попросил Марину оставить нас, и та, поведя плечом, обиженно удалилась.

Джапаридзе тихо заговорил.

— Саша, хотелось, чтобы мы с тобой были откровенны друг с другом.

— Начинайте первым, если хотите откровенности.

Джапаридзе вздохнул и сделал глоток.

— Эти двое, — начал он, не отрывая глаз от стакана с чаем, — не просто туристы. Они профессионалы. Они не местные. И я должен их найти.

Я молчал, наблюдая, как капитан достаёт из внутреннего кармана фотографию.

На снимке — два мужчины в гражданском, стоящие у стенда с сувенирами на рынке Орджоникидзе.

— Видел их?

Я посмотрел и качнул головой:

— Похоже на тех, с кем я столкнулся.