Адам Хлебов – Скорость. Дарьяльский дрифт (страница 37)

Его кулак вонзился мне в рёбра. Воздух вырвался из лёгких со стоном. Мои веки тоже вздрогнули от удара, но я не упал.

Не мог.

Ведь за его спиной Дзерасса с широко раскрытыми глазами, полными надежды на меня.

Сквозь туман в голове слышу, как Дзера хотела предупредить, двинулась. Шорох одежды, сдавленное:

— Саша!

Противник уже шарил взглядом по полу в поисках обронённого ножа. Вот-вот он занесёт руку, чтобы его подобрать.

Я бросаюсь вперёд, врезаясь в него плечом.

Мы валимся на пол, его нож далеко, он не успевает его подобрать.

Тела сплетаются в яростной схватке, локти, колени — всё стало оружием.

Впервые жалею, что любил только бокс и не занимался боевым самбо.

Он попытался навалиться сверху, но я успеваю упереться ногой в живот и с невероятной силой отшвыриваю его назад.

Он прямо впечатывается в стену, покрашенную в зелёную масляную краску, со звонким шлёпком.

Со стены с грохотом падает полка, на которой стоят горшки с фикусами.

Керамика разбивается, оставляя горки земли на линолеуме.

Он снова прыгает на меня.

Тень мелькает в периферии — Дзера рванулась к двери. Стучит но никто не открывает. Наверно все на работе.

Противник замечает. Его рука тянется к поясу — второй нож? Пистолет?

Я не даю ему выбора.

Хватаю осколок керамического горшка с пола — и бью ему куда-то в лицо. Хруст. Кровь брызнула на стену.

Пауза. Время снова потекло нормально. Но где-то в подсознании уже звенит тревожный звонок:

Это только начало, не расслабляйся.

Не вижу, как он разворачивается и отшвыривает.

Стена ударила меня в спину. Она ледяная, чувствую даже сквозь одежду.

Вижу его удар, микрошаг в сторону. Его кулак просвистел в сантиметре от моего виска.

Ух, сердце замирает, понимаю, что если бы он попал, то в лучшем случае я остался бы инвалидом.

Дзера бросается на него со спины, но он отшвыривает её как собачонку.

Ах, ты ж тварь. Тебе пиздец!

Слышу хриплый кашель Дзеры из коридора. Она пытается что-то сказать, но вместо слов вырывается только сдавленный стон.

Моё сердце бешено колотится — не от страха, нет. От ярости. Ты должен заплатить за это высокую цену.

Противник опять бросается вперёд и выкидывает мне в голову двойку.

Уклоняюсь, но подскальзываюсь на линолеуме, залитом каплями крови, и грохаюсь на корточки.

Третий удар мимо. Его кулак разрезает воздух надо мной.

Рука схватила первое, что попалось — дешёвый обломок цветочной полки.

Противник раскрывается, готовясь бить, пока я стою на коленях.

Ноги, как пружины, выбрасывают тело вверх.

Удар снизу-вверх. ДСП вонзился и раскроил ему подбородок. Кровь брызнула на потолок.

Он даже не застонал. Просто качается, затем резко выплёвывает красную слюну и бросается снова.

Его кисти впиваются мне в горло, большие пальцы ищут сонную артерию. Ещё чуть-чуть — и у меня поплывёт зрение.

Ну уж хрен тебе, кем бы там ни был. Так ты меня не задушишь.

Я бью головой ему в нос.

Хруст. Хватка ослабла. Воспользовавшись моментом, засаживаю ему две кружки под рёбра и вырываюсь.

Рука снова нащупала остатки горшка.

Осколок вонзается ему в щёку. Он пятится, на мгновение потеряв равновесие. Я не даю ему опомниться — хватаю за волосы и со всей дури бью его лицом о стенку.

Он грузно опускается на колени. Кровь стекает по его лицу ручьями, смешиваясь с потом на одежде. Один глаз уже заплыл, но правая рука всё ещё тянется к ножу на полу.

Я не колеблюсь ни на секунду. Или он меня убьёт, или я его вырублю.

Шаг вперёд. Удар коленом. Он попробовал прикрыться ладонью от второго удара.

Резкий рывок вверх — его запястье хрустнуло, как сухая ветка. Противник впервые за весь бой издал звук — короткий, сдавленный хрип.

Я повторяю удар коленом — точно в цель, в челюсть. Его тело обмякло, но я знал — такие, как он, не сдаются с первого раза.

Моё животное нутро в этот момент подсказывает, что его нужно добить, нависаю над ним, замахиваюсь, чтобы всадить ему в челюсть, но кто-то хватает мою руку сзади.

Слышк нежный голос

— Ты вырубил его. Он в отключке. Больше не надо…

Дзера.

Останавливаюсь. Время возвращается к естественному ходу. Поединок длился от силы секунд десять.

Я поднял голову. Наши взгляды встретились. В её глазах не было осуждения — только понимание. Она знала: моё желание добить врага — это не изуверство. Это необходимость.

— Он получил своё, — её голос был хриплым, но твёрдым.

Я кивнул. Она бросилась в мои объятия.

— Ты цела? — Она прижималась ко мне. Я не обнимал её, за плечи прикасаюсь к её шелковистым волосам.

— Спасибо, Саша, со мной всё в порядке.

Я переживал, что могу испачкать её платье в крови, но, казалось, её это вовсе и не волновало.

— Нам лучше двигаться, всё-таки с минуты на минуту приедет милиция. Мне кажется, нам не стоит оставаться.

Всё ещё разгорячённый схваткой, я пока не чувствовал боли, но ссадины на кулаках понемногу начинали саднить.

— У тебя здесь кровь. — Дзера достала платочек, ароматно надушенный, и бережно промокнула мне уголок губ. Я заметил маленький шрам на ее запястье, похожий на те, которые надрезают во время братания.

— Не переживай. Ну, до свадьбы заживёт. Что за шрам?

Она не ответила и посмотрела на меня с тревогой. Ее больше беспокоило мое состояние, чем старый шрамик.

Соседская дверь со скрипом открылась, и из неё высунулась морщинистая старуха.