Адам Хлебов – Скорость. Дарьяльский дрифт (страница 28)

Из двери высунулись сразу три женские головки и наблюдали за нами.

— Вот полюбуйтесь, у нас в станице новый герой! — крикнула она через плечо молодым женщинам, бесцеремонно разглядывающим меня.

— А новый герой-то холостой? — отшутилась вопросом одна из них, — он тебе кто?

Их лица сверкали любопытством.

— Тебе-то что, Нюрка? Ты за мужем. Брат он мне, троюродный.

Ну вот и определились с родством, подумал я про Марину. Надо будет как-то эту ситуацию проконтролировать. Чтобы они не пересеклись.

— А я, может, не для себя, я, может, для племянницы, хорошенький, как ретивый жеребец, такого в хомут — и пахать.

— Типун на язык тебе, Нюрка, ты своих зятьёв вон запрячь не можешь, а туда же, — вступилась за мою честь Муся.

Это была весёлая бабья словесная дуэль, перестрелка простыми по форме станичными остротами.

В которой ощущалась та самая народная поговорка о том, что в каждой шутке доля шутки, остальное — всё правда.

Все эти ужимки, полунамёки, словечки, остроты содержали целый пласт информации и возможных взаимных женских упрёков, недоступных моему пониманию.

— Давай помогу. Я собирался поднять и отнести один из ящиков в клуб.

— Не трожь! — Муся строго предупредила меня, — это их забота.

— Эй, бабы! Фильмы смотреть желаете? Тащите коробки в комнату киномеханика. Кто успеет к первому коробу — тому первый сеанс бесплатно!

Все трое женщин с радостным визгом, как по команде, поспешили к плёнкам. Четвёртая осталась придерживать дверь.

— Спасибо, герой, за фильмы! Как звать-величать-то тебя? — обратилась она ко мне.

— Александром звать.

— Сашок, заходи на обед в любое время, а на танцы или в кино. Билетов покупать не смей. Я — Зинаида, директор клуба. Жена председателя. С этого дня ты тут, в Архонке, как дома.

Ну вот, — подумалось мне, — теперь я тут свой.

Коробки с лентами занесли в клуб, и мы попрощались с женщинами и остались с Мусей на улице. Она продолжала сиять.

— Как тебе это удалось? Я не верю своим глазам! Ты настоящий волшебник, Саша!

— Какой там волшебник! Просто чуть-чуть поговорил с близкими, нашёл знакомых. Ну, дальше сама знаешь, как это бывает. — Я улыбнулся.

— Ну знаешь… Ты всё же из Москвы. Сами знакомства имеем, местные тут в Осетии, как говорится, а сами договориться не смогли.

Тут она спохватилась.

— Что же я стою, ты же голодный? Пойдём ко мне обедать.

— Нет, Марусь, не могу, у меня дела ещё.

— Какие?

— Чтобы рассчитаться за фильмы, мне позарез шифер достать надо.

Маруся переспросила:

— Шифер? Поехали к председателю. Кажется, я знаю, как решить этот вопрос.

Она не спрашивала разрешения и уверенно направилась к «Волге», открыла дверь и села на заднее сиденье.

— Поехали, здесь недалеко. Я покажу.

Я уселся впереди.

Водитель, усатый осетин средних лет, в огромной кепке «аэродром», кивнул, улыбнулся, поздоровался с девушкой и завёл двигатель.

И ещё через десять минут председатель, которого я вчера ещё знать не знал, обнимал меня и нахваливал:

— Два индийских фильма привёз! Точнее три, Семён Семёнович! — хвасталась Маруся, сияя от гордости!

— Ну, уважил, Александр, благодарствую, туго у нас с культурным досугом было. Теперь порядок. Проси, что хочешь. Коня, полцарства!

Он хитро улыбался.

— Дочь не отдам, конечно, она замужем, а земля у нас колхозная, сам понимаешь, но чем смогу — подсоблю.

— Коня, Семён Семёнович, коня! — выпалила вместо меня Маруся, — и шифера надо. Позарез!

— Коня? Кхех.

— Тут такое дело, Саша — гонщик. Скоро соревнования, но ему нужна машина. Саш, расскажи сам.

Но Семён Семёнович опередил:

— Ралли? На УАЗах?

Я кивнул:

— Ралли Кавказ. Этап ралли Орджоникидзе на УАЗах.

— За кого собираешься выступать, Александр?

— За команду ДОСААФ, местного аэроклуба.

— Мышкин? Знаю, знаю.

Теперь он смотрел на меня оценивающе, размышляя, можно ли доверять мне машину.

— Председательский УАЗик подойдёт?

Я снова сдержанно кивнул:

— Вполне.

Хотя мне безумно хотелось прыгать до потолка от счастья! У меня всё получилось! Я раздобыл машину! Машину, но не шифер.

— Ну раз такое дело — будет тебе УАЗик теперь для гонки! Бери моего Дуремара! Я могу и на «буханке» пока поездить.

— Дуремара? — это прозвище вызвало на моём лице улыбку, никогда не слышал, чтобы так называли свои машины.

— Я так ласково свой УАЗик называю, не козлом же его называть. Не разнесёшь мне машину?

— Верну вашего Дуремара после гонки в целости и сохранности, обслужу, помою. За УАЗик можете не переживать, всё будет в лучшем виде.

Он кивнул:

— У меня на Ралли Кавказ свой интерес есть. Раньше на этапе в Осетии наши станичные часто выступали. Сейчас некому. Да и в старые времена наши казаки в скачках участвовали. Часто побеждали. Так что не посрами честь станицы Архонской, колхоза «По Заветам Ильича».

— Спасибо! Не посрамлю.

— С машиной решено, а ещё что? Шифер?

Он посмотрел на Марусю.

— Да. Нам нужен шифер. В детском пионерлагере кинематографистов побили крыши градом. Помните, что в колхозе «Пятидесятилетия Октября» шифер завезли, а строить будут только на будущий год?

Председатель весело подмигнул мне: