Адалин Черно – Присвоенная мужем сестры (страница 2)

– Но ты обещал, папа… обещал, что я закончу университет, что я выйду замуж по любви. Разве это не ты говорил? Мы ведь… не соблюдаем все эти обычаи. Мама! – восклицаю, глядя на нее и ища поддержки, но она лишь прячет глаза.

Все бесполезно. Они уже решили и продали меня за бизнес, о котором так сильно переживают. Встаю из-за стола с резким звоном посуды, которую нечаянно задеваю. Смотрю на родителей, как на предателей и молча ухожу в свою комнату.

Прислоняюсь к двери спиной и закрываю глаза. Тут же встает образ Арслана. Грозного, злого, разъяренного. Я видела его таким однажды, когда приезжала погостить к сестре и случайно зашла в кабинет. Он разговаривал с Лейлой. Они ссорились, но она, кажется, ни капли его не боялась. А я – очень.

Я тогда извинилась, закрыла дверь и поклялась, что больше никогда не поеду в их дом. И не ездила. А теперь он хочет забрать меня туда навсегда. Сделать своей женой.

Я встаю с кровати, подхожу к двери и слышу разговор родителей. Приоткрываю дверь тихо-тихо и обмираю…

– Другого выбора нет, – строго говорит отец.

– Но Айдар… мы ведь не уверены в нем. Что, если это он причастен к тому, что случилось с Лейлой? И мы отдадим ему нашу вторую дочь? И что будет с Марьям, мы ведь обещали, ты обещал…

– Хватит! – резко обрубает отец. – Я все решил. Другого выхода у нас нет. Так или иначе, она выйдет замуж.

Я закрываю дверь и делаю несколько шагов назад. То, что я услышала, никак не хочет укладываться в голове. Арслан может быть причастен к смерти сестры?

В дверь тихо стучат. Я знаю, что там мама, но не хочу открывать.

– Мари… – шепчет тихо. – Открой, пожалуйста.

Не могу быть холодной, когда она так со мной разговаривает. Открываю ей, разрешаю зайти. Она стоит с подносом в руках. На нем – мой недоеденный ужин.

– Доешь, доченька, – тихо говорит мама. – Тебе нужны силы.

Она ставит поднос на стол и поворачивается ко мне.

– Когда вы это решили, мама?

– Мари…

– Когда? Вчера, месяц назад, сразу после смерти сестры?

– Арслан сказал нам в тот день, когда Лейлы не стало.

Значит, захотел меня сразу. Удивительно, что ждал столько. Он не из тех, кто ждет, будь то женщина или рабочий контракт. Он привык брать. И ломать тоже привык. Я помню, как изменилась сестра всего через пару месяцев после брака с ним. Из веселой, вечно улыбающейся хохотушки она превратилась в бледную тень.

Меня… это тоже ждет? Эта же участь? Я буду такой же? И что в конце? Меня… не станет так же, как и ее?

– Мам, я не хочу, – шепчу ей. – Я совсем не хочу за него.

– Знаю, Марьям, – она тяжело вздыхает и присаживается на край кровати, похлопывая рядом, чтобы подозвать меня. Она делала так в детстве, и я бежала к ней, сломя голову.

Я и сейчас иду. Сажусь рядом, смотрю на нее отчаянно. Знаю, что она ничего не может сделать, но не надеяться не могу.

– У нас нет выбора. Когда Лейла вышла за него замуж, отец подписал с Арсланом контракт в бизнесе. С тех пор все пошло в гору, но у Батыева теперь контрольный пакет акций. Малыш… папа пробовал с ним поговорить, предлагал больше акций, лишь бы тебя оставить, но он… непреклонен.

– Почему я? – спрашиваю, словно мама знает ответ.

– Не знаю, сказал, одной семьи хочет. И сделку в бизнесе привел в пример, мол, заключили уже. Он… неплохой человек, Марьям.

– Неплохой?! – едва не взвизгиваю.

Пять минут назад она говорила отцу, что Батыев может быть причастен к смерти Лейлы, а теперь… неплохой человек?

Перед глазами всплывает его образ. Чернющие глаза, густая борода, пронзительный взгляд карих, который я помню, как задержался на мне всего раз. Я тогда впервые приехала к ним погостить и он… рассматривал меня, когда я купалась в бассейне. Неужели… неужели еще тогда заметил?

– Арслан… обеспечит тебе хорошую жизнь, Марьям. У него большой дом, деньги, ты ни в чем не будешь нуждаться.

– Я… боюсь его. Он мрачный, мама, опасный. Я помню, как он кричал на Лейлу.

Мама меняется в лице, поджимает губы. Ей то ли самой страшно, то ли мне кажется.

– Это уже решено. Давай соберем вещи.

Она поднимается и открывает мой шкаф, достает оттуда одежду, начинает складывать, а мне хочется закричать. Попросить оставить все, как есть и не трогать.

– Это что, Марьям? – спрашивает мама, сомнительно глядя на блузку, купленную мной самостоятельно.

Она откровенная, слишком. И мама ее еще не видела, потому что я покупала ее для…

Джамиль!

За своей злостью на него я совсем забыла о том, что мы договаривались встретиться. И что именно я ему пообещала сегодня.

– Это мне подарили, в университете, – вру со спокойным выражением лица. – Мама… а можно мне к подружкам сегодня? Попрощаться?

– Ох, не думаю, что папа разрешит.

– Пожалуйста. Это последний день. Потом он не разрешит их увидеть, я уверена.

Мама поджимает губы, а затем кивает.

– Иди. Я прикрою перед отцом. Скажу, что тебе плохо, чтобы не беспокоил сегодня.

– Спасибо.

Я вскакиваю с кровати в приподнятом настроении. Выход из ситуации нашелся внезапно. Вряд ли Арслан захочет брать в жены обесчещенную невесту. А сразу после того, как Джамиль станет моим мужчиной, он попросит моей руки у отца.

Глава 3

Выхожу из дома через полчаса, когда отец уходит в свой кабинет. Мама провожает меня до двери, крепко обнимает, просит не задерживаться.

– Будь осторожна, – шепчет. – И возвращайся до полуночи. Отец не должен узнать.

Киваю и выскальзываю за порог. На улице уже темно, фонари едва освещают дорогу. Иду быстро, почти бегу к углу дома, где должен ждать Джамиль.

Его машина стоит там, где обычно. Я открываю дверь и падаю на сиденье, тяжело дыша.

– Марьям! – он тут же обнимает меня. – Что случилось? Ты не отвечала на звонки, я с ума сходил!

– Но все равно ждал, – с улыбкой говорю и придвигаюсь к нему.

– Конечно, ждал, – в его голосе проскальзывают самодовольные нотки. – Ты же знаешь, насколько важна мне.

– Джамиль… – прижимаюсь к нему, вдыхаю знакомый запах его одеколона. – Поедем к тебе?

– Так сразу?

– Да, – говорю с придыханием.

Веду себя так, как мне не свойственно. Знаю это, но я должна лишить Арслана возможности стать моим первым мужчиной.

– Я с ребятами договорился, мы к ним сначала. В клуб, ладно?

– Мне только до полуночи можно, – говорю ему. – Потом нужно вернуться домой.

– Я тебя отвезу, мы на полчаса всего и потом ко мне.

Я соглашаюсь, хотя и не хочу. Клубы мне никогда интересны не были, да и друзья Джамиля мне не очень нравятся. Мы с ними не ладим. Они постоянно подбивают его на сомнительные авантюры.

В клуб приезжаем через десять минут. Джамиль берет меня за руку, переплетает наши пальцы и уверенно ведет меня внутрь. Там я сжимаюсь от чересчур громкого звука, шокировано щурюсь от освещения и жмусь к сильной спине Джама, потому что боюсь, что меня тут просто растопчут толпой.

Здесь очень много народу. Все толпятся, кричат, пьют явно не минералку с соком, потому что вокруг все напрочь пропахло алкоголем и сигаретами. Кажется, тут можно покурить наргиле.

Джамиль находит своих друзей за столиком в углу. Они приветствуют его громкими возгласами, хлопают по плечу. На меня бросают короткие взгляды, кто-то усмехается, другие закатывают глаза. Один из них, Тимур, кажется, усмехается:

– О, Джам привел свою принцеску. Наконец-то познакомимся нормально.