Адалин Черно – Отец подруги. Никто не узнает (страница 6)
— Тебя же… тебя Булатов ищет, Тая, — проговаривает четко, но шепотом, словно боится, что кто-то нас может подслушать.
— Чего?
— Булатов… Тот мужчина, с которым ты… уехала. Он ищет тебя, Тая. Я… я думала ты спряталась где-то, чтобы не нашел.
— Что ты такое несешь, Марина? Зачем бы ему меня искать?
Смотрю на нее пытливо, но она молчит, с опаской осматриваясь по сторонам, будто ждет, что прямо сейчас из-за угла выскочит сам Булатов и схватит меня, а заодно и ее. За компанию.
— Ну так что? Зачем бы ему меня искать, Марина? Или ты врешь специально, чтобы я поскорее отсюда убежала, м?
— Да нет же. Он ищет! Ищет! Нас всех сегодня подняли, потому что ты…
Марина понижает голос до шепота, а у меня земля уходит из-под ног, когда я слышу, что она говорит.
Этого не может быть!
Глава 8
— Воровка.
От неожиданности мои пальцы расслабляются и захват на плечах Марины слабеет, девушка, видимо почувствовав это, моментально отшатывается от меня.
— Спрячься, Тася. Я сомневаюсь, что у тебя выйдет, но все же.
— Да что за бред, — наконец-то отмираю я. — Что я могла у него украсть? Мы даже не доехали до его дома!
— Что-то очень ценное. Тась, — Марина оглядывается по сторонам и делает очередной шаг… подальше от меня, — ты хоть и зла на меня, но я хотела как лучше. Ты же говорила, что тебе очень нужны деньги. Неужели так трудно было с ним просто переспать? Кто ворует у таких людей? Ты совершенно из ума выжила? Да он тебя найдет в два счета и закопает.
— Марина…
— Послушай, — она цыкает на меня и выставляет вперед указательный палец, — я не сказала им где ты учишься, но в контракте, который я заполняла стоит адрес общежития.
Происходящее начинает напоминать мне все больше и больше дурной сон. Даже не кошмар, а какие-то сюрреалистичные глюки по типу путешествия Алисы в кроличью нору.
— К-какие еще мои данные ты вписала в тот контракт? — шиплю я, не веря в то, что мы вообще разговариваем об этом.
— Имя, — твердо произносит Марина. — Номер телефона еще.
— Имя? Не фио, а только имя?
— Ну, да. Кому там нужно все остальное, адрес и тот так, номинально. Обвычно у таких людей не крадут.
Это камень в мой огород, да, я это чувствую. Но я правда ничего не брала!
— Номер только, да имя. Кстати, странно, что они до сих пор тебя не отследили по телефону. Тебе никто даже не звонил? — удивляется она.
А я вот удивляюсь другому. Неужели этого я контракта вчера так испугалась? Десятикратной неустойки? По условиям контракта, в котором даже фио мое не прописано, я уже молчу о данных паспорта.
— Нет, мне никто не звонил.
— Странно, — Марина хмурится, а затем ее глаза округляются, становясь похожими на блюдца. И если раньше мне всегда это в ней нравилось, это было так мило, то сейчас меня это раздражает. Я понимаю, что Марина тупа как пробка, и нет в этом ни грамма милого. — Я его писала по памяти, может ошиблась?
— А в какой группе ты учишься или твое фио спрашивали?
— Нет, зачем? — пожимает она плечами.
— Если тебя будут спрашивать, наври. Скажи другой факультет, курс и группу!
— Да зачем?
И правда, зачем. Я закатываю глаза и ухожу.
Мне даже взбучку ей больше устраивать не хочется, и волосы выдергивать за вчерашнюю подставу. Ее ведь боженька уже наказал, задолго до меня — полным отсутствием мозгов.
Пары я решаю не пропускать.
Даже если меня и правда кто-то ищет, то мало знать один только институт и имя. Если бы они знали данные Марины, то могли по ней меня отследить, но… но! И номер мой судя по тому, что мне даже никто не позвонил ни разу, Марина указала все же неверно.
И все равно, несмотря на эти здравые убеждения, состояние мое слишком далеко от спокойствия. Все три пары я сижу как на иголках. Каждый раз сбиваюсь и упускаю часть декламируемого преподавателем текста. Не говоря уже о том, чтобы вникнуть в суть.
По коридорам института от аудитории к аудитории я тоже хожу с опаской и даже на камеры поглядываю совершенно не добро. Вдруг по ним можно как-то меня отследить и найти?
Когда у человека есть деньги — много денег, то он и иголку в стоге сена найдет, стоит только пожелать. Зачем Дамиру меня искать я, конечно, не понимаю, но не сомневаюсь, что такой человек, успешный и богатый, добьется желаемого. Что за глупости про кражу? Он же видел, что я чуть ли не босиком убежала из его машины. Может именно поэтому решил, что я что-то прихватила с собой?
Но что? Может у него и правда, что-то пропало и он решил, что это своровала я, пока его не было и поэтому…
— Точно! — я даже по лбу себя хлопаю.
Телефон! Должно быть, он потерял свой телефон, который завалился между сиденьями. Тот благополучно разрядился и… и все. Дамир решил, что я стащила его определенно дорогущий телефон, потому и сбежала. Он же знал, что мне очень нужны деньги. Я сама ему об этом и сказала.
Осознав эту мысль, немного успокаиваюсь. Рано или поздно, а скорее всего рано, мужчина найдет телефон и перестанет меня искать. Как часто богачи моют салон своего автомобиля?
Как только заканчиваются пары, я бегу на работу, с досадой отмечая, что никак сегодня не успеваю забрать Аксинью с продленки. Не сказала бы, что ребенку полезнее сидеть целый день в кафе, а не в школе, но сестра считает именно так. Благо подрабатываю я не в какой-нибудь маргинальной забегаловке, а во вполне приличной среднестатистической кофейне. У нас здесь даже детская зона есть, правда Аксинья из нее уже выросла, и обычно, когда я беру сестру с собой, то она с моей помощью делает домашку.
Дорога до работы ощущается сегодня вечностью. Несмотря на то, что я почти успокоилась, я все равно постоянно оглядываюсь, и смотрю по сторонам, рассматривая прохожих. Правда стоит только мне заступить на смену, как тревожные мысли улетучиваются окончательно. Некогда отвлекаться. Обеденное время у нас самое загруженное.
Я принимаю заказы на комплексные обеды, кофе, десерты, вбиваю их на баре в компьютер, а затем разношу посетителям. Так проходит несколько часов, я совершенно не думаю ни о Дамире, ни о телефоне, ни о вчерашнем мероприятии, ни о маме, пока не подхожу к очередному столику.
— Определились? — приветливо спрашиваю я, поднимаю на посетителя взгляд и сердце делает болезненный кульбит, а глаза мои словно попадают в плен, я никак не могу разорвать установившийся зрительный контакт с… Дамиром.
Я даже поморгать, в надежде, что мне померещилось, не могу. Смотрю и смотрю на темно-карие, почти черные глаза мужчины как завороженная. Заколдованная. И ничего сделать с собой не могу.
Неужели, нашел? И что сделает теперь?
Глава 9
— Неожиданно, — произносит Дамир.
Его губы изгибаются в легкой ухмылке, а у меня холодок бежит по спине. Что делать, боже? Что?
— Вас обслужит другой официант.
В голову не приходит ничего иного, кроме как сбежать. Даже разворачиваюсь, когда цепкие мужские пальцы, словно жгутом, обхватывают мое запястье. Приложив силу, мужчина возвращает меня на исходную позицию и смотрит уже без улыбки.
— Произошло недоразумение, — тут же начинаю тараторить, вспоминая, что он вообще-то меня ищет за кражу. — Я у вас ничего не брала. Ваш телефон упал между сиденьями, когда вы вышли и если вы поищете там, то обязательно его найдете, а я…
— Этот телефон? — кивает на смартфон на столике.
Тот самый, который упал между сиденьями.
— Вы нашли его, да? Ну, слава богу, — выдыхаю, мгновенно расслабляясь.
Зря я боялась. Телефон найдет, недоразумение исправлено, в поисках меня больше нет никакой нужды, ведь так?
— Я хочу еще раз поблагодарить вас за спасение. Вы так много для меня сделали, вы увезли меня и…
— Принеси-ка мне двойной эспрессо и самый вкусный ваш десерт. На
Я киваю. Быстро вношу заказ в блокнот и спешу откланяться, не в состоянии избавиться от мысли, что для устраненного недоразумения Дамир уж слишком внимательно меня изучал. Может, пытался понять, говорила ли я вчера правду о том, что не знала о характере подработки? В любом случае, не имеет значения, почему он меня рассматривал. Раздражает сам факт этого момента. Мне не нравится ловить его внимание. Не нравится, что он меня искал. И не нравится, что он теперь знает, где я работаю.
Я уже говорила, что такие мужчины всегда меня пугали? И сейчас мне по-особенному страшно, потому что когда я несу Дамиру его заказ, то едва не падаю, так как все время, что я иду мужчина сопровождает меня цепким взглядом. Смотрит непрерывно и нервирует.
— Что-нибудь еще желаете? — спрашиваю у него, когда ставлю перед ним заказ.
— Не думала, что со своим актерским талантом, ты прозябаешь в захудалой кофейне? — неожиданно спрашивает вместо того, чтобы дополнить заказ.