Ада Николаева – Тайна Печатей (страница 36)

— Если верить карте, Верхний мир находится на плоской земле, — произнесла я, не веря собственным словам.

— А откуда, по-вашему, взялись теории заговора про плоскую землю в Среднем мире? — усмехнулась куратор. — Большинство суеверий вашего мира строятся на действительности нашего.

Я обомлела, даже рот приоткрылся, но не желая застревать здесь надолго, мадам Акрот воспользовалась моей отвисшей челюстью, чтобы сбежать, оставив меня наедине с новым знанием.

«Плоская земля… Ничего себе! — Это просто не укладывалось у меня в голове. — Может ещё мир стоит на двух черепахах?..»

Переварив услышанное, я совсем по-иному взглянула на окружающую меня действительность: на крупные хлопья снега, на черепичные крыши двухэтажных домиков, на цветастую площадь с маленькими лавочками, мимо которых туда-сюда шныряли покупатели, большая часть из которых являлась студентами Академии. Здесь были не только ассистенты, но и маги. Вели они себя увереннее и по-хозяйски. Точно знали куда идут, а не тыкались наугад в каждую привлекательную вывеску, как мои восторженные однокурсники. И если парней больше привлекала уличная еда, то девушки принялись выискивать магазины с одеждой, оперируя тем, что хотят быть готовыми к следующему балу.

— Как думаешь, этих денег хватит на новое платье? — спросила одна студентка у другой, разминувшись со мной меж узких лавочек с украшениями.

— Какая гадость! — послышалось с другой стороны.

Я обернулась и увидела Генри, выплюнувшего что-то на снег прямо возле лавки, где он и купил трехцветное «лакомство».

Я машинально покачала головой. Порой я переставала удивляться пренебрежительному отношению местных к нам, учитывая, как неприлично время от времени мы и сами умели вести себя в чужом мире. Словно туристы в экзотической стране, с энтузиазмом бросившиеся пробовать жареного таракана, а после пожалевшие об этом.

Забыв о Генри, я прошла дальше, туда, где заканчивалась ярмарка и начинался сам город. И если высота первых от площади домов не превышала двух этажей, то дальше виднелись и трёх и пятиэтажные здания, а вдали были заметны вполне себе высокие строения причудливых форм, больше напоминающие монументальные постройки древности, нежели современную архитектуру. Это навело меня на мысль о происхождении египетских пирамид и римского коллизия. Я поспешила откинуть в сторону данное умозаключение, хватит с меня на сегодня потрясений.

И хотя мне было интересно заглянуть в самое сердце Патии, отделяться от группы я не решилась. Мадам Акрот запретила покидать ярмарку, а в случае, если кто-то пропустит сбор с куратором, то будет вынужден возвращаться в Академию своим ходом. Если верить карте, то это отнюдь не близкое путешествие.

Я добрела до сияющей всеми цветами радуги вывески, открывавшей ярмарку, под которой собрались в небольшую компанию мои одногруппницы. Помня, как они отнеслись ко мне после случая на балу и чью сторону приняли, я была удивлена, услышав из их уст обсуждение Камалы:

— Камала уменьшила свою стопку школьных комплектов, собиралась по-быстрому закончить, но в итоге разревелась посреди гостиной магов!

— Да ладно?! А чего?

— Вроде как она не разобралась, где чей комплект. Слышала, она занесла Рейке чужой, и та в него не влезла! Говорят, крику было столько-о! Прошла уже неделя, а маги жалуются в администрацию до сих пор. В итоге вся Академия узнала, чем в тот вечер занималась Камала. Теперь она носа не высовывает, всё время сидит у себя в комнате.

— А ты откуда всё это знаешь?

— Так мне её соседка рассказала.

Завидев меня, девушки умолкли. Я поспешила пройти мимо, сделав вид, что ничего не слышала. Внутри появились противоречивые чувства, смесь жалости и триумфа. Я хотела проучить Камалу и мне это удалось, но опять взыграла совесть, как и в случае с Люцией, когда я точно так же не смогла насладиться победой. Может я слишком добрая или чрезмерно слабая — не знаю, но я снова ощутила, как в груди образуется сосущая дыра, затягивающая сердце во тьму. Прямо как когда я вышла из допросной, не чувствуя себя живым человеком, а лишь бездушным инструментом для пыток. Процесс вытянул из меня все соки, оставив после себя вопросы: неужели я на это способна? Чего я ещё о себе не знаю? И на что я способна ещё?.. Так ли я добра, если смогла причинить невыносимую боль незнакомому человеку? С другой стороны, видя всё это, Крис смогла отвернуться от некогда лучшей подруги. Возможно все мы способны на то, о чём даже не подозревали.

Встряхнувшись, я вновь постаралась уйти от нежелательных мыслей, вернув взор на цветную черепицу и яркие вывески. Глаза пронеслись по первому от площади ряду домом. Я постаралась представить, как они выглядят в тёплое время года: открытые ставни, цветы на окнах, вымощенные камнем дорожки до самых дверей. Хотела бы я побывать здесь ещё раз летом и сфотографировать город на открытку для мамы, выдав его за Англию.

Эта мысль повеселила меня, жаль ей было не суждено осуществиться из-за запрета на камеры. Однако она предала мне сил вернуться на ярмарку и попробовать что-то съестное. Брать то, что выплюнул на снег Генри я не планировала, а вот от горячего напитка не отказалась бы.

— Ой! — пропищала, увидев позади себя Кая. И почему он всегда возникает непойми откуда?! — Что ты тут делаешь?!

— Ярмарка же, — пояснил парень. — Многие здесь.

— Я не об этом, — отмахнулась я. — Зачем ты подкрался?

— Это ты стоишь на проходе, может сойдём с тропинки?

Я не ответила и с места не сдвинулась. Вместо этого поднесла к лицу левую ладонь в перчатке, не понимая, что с ней творится. Она вибрировала, будто звонок смартфона в беззвучном режиме. Нет. Словно я ощущала приближающееся землетрясение одной частью тела.

— Ты это чувствуешь?.. — спросила я парня, а уже в следующее мгновение оказалась на земле, накрытая сверху его телом.

Край пальто Кая упал мне на лицо. Первые секунды я не видела, что происходит вокруг, но когда убрала плотную ткань с глаз, то заметила над нами щит, в который то и дело врезались глыбы промёрзшей земли. На мгновение это напомнило мне практическое занятие на Хэллоуин, но сопровождавшие действо крики наводили на мысль, что на этот раз всё взаправду.

— Что произошло? — поинтересовалась я, тем временем парень помог мне подняться на ноги.

Вокруг проносились визжащие люди. Кай также схватил меня за руку, веля уходить.

— Что произошло?! — переспросила я, неохотно двинувшись с места.

В воздух взмыла торговая лавка, расколовшись на несколько частей. Я прикрыла голову руками, но это и не требовалось: Кай вновь выставил над нами щит.

— Рамон, — сообщил он. — Уходим отсюда.

— Что?! Но… — Я выдернула свою ладонь из его руки. — Мы знаем как с ним бороться, а мои сокурсники нет!

— Это неважно, — парень вновь попытался взять меня за руку, но я увернулась.

С неба упала новая волна осколков того, что минуту назад являлось ярмаркой.

— Нет! — запротестовала я, всё ещё пригибаясь от врезающихся в щит предметов. — Мы должны им помочь!

— Меня волнует только твоя безопасность, — Кай начал закипать. Я почувствовала, что он был готов увести меня силой и ему это удалось бы, не бросься я со всех ног в противоположную от толпы сторону.

Пока все убегали в город, я неслась вглубь крушений, туда, где должно быть возник Рамон или как его называют в Верхнем мире — Скаф. Я страшилась новой встречи с неказистым монстром, но не могла бросить тех, кто оказался в самом эпицентре, представляя, как обстоят дела в центре ярмарки, когда осколки долетали даже до входа, где стояли мы.

Оказалось, Кай отлично бегает и нагнал меня в два счёта. Обхватил за талию обеими руками и удержал на месте. Я больше и не сопротивлялась.

— Если кто-то увидит, что ты используешь вторую Печать… — и тут парень умолк, увидев то, на что смотрела я.

Из груды обрушившихся деревянных балок торчало тело высокой девушки в чёрном пальто, под которым виднелась учебная форма Академии Печатей. Её голову накрывал кусок окровавленной черепицы, а длинные ноги изогнулись в неестественном положении.

Глава 13

Тихое воскресенье в общежитии превратилось в траурное. Вся Академия готовилась провожать погибшую. И хотя тело девушки ещё утром вернули домой для настоящих похорон, администрация сочла нужным почтить её память речью.

Нас собрали в главном зале. Сегодня здесь было не протолкнуться, поскольку присутствовали не только наши потоки ассистентов и магов, но и старшие курсы, а также весь преподавательский состав. Я прибыла раньше большинства студентов, притаившись в углу. Губы дрожали, сердце ныло от боли, а в глазах не осталось слёз: их я выплакала ещё вчера. Я никогда прежде не присутствовала на похоронах, так что понятия не имела насколько это тяжело и как сильно меняется твоё отношение к человеку после его ухода. Все обиды, всё плохое, что было между нами — осталось далеко позади, где-то в прошлой жизни.

Я больше не могла думать о ней плохо, в голове то и дело прокручивалась фраза: «О мёртвых либо хорошо, либо ничего», хоть и знала, что это не точное выражение, ведь полностью оно звучит: «О мёртвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды».

Однако мне не хотелось вспоминать правду, омрачавшую память о погибшей. Как можно злиться на того, кого больше нет в живых? Мне хотелось запомнить лучшее, что было между нами, откинув в сторону всё то, что больше не имело значения. Все ссоры и пакости, связывавшие нас прежде растворились в шуме приготовлений.