Абузар Айдамиров – Буря (страница 82)

Председатель суда повернулся к Саламбеку:

- У вас есть просьба к суду? Саламбек посмотрел на адвоката.

- Проси помилования для себя.

- Я не буду просить помилования, - решительно произнес Саламбек. - Но я прошу у суда справедливости. Генерал Михеев дал слово не вешать меня. Прокурор же попросил у суда приговорить меня к повешению. Хотя знал об обещании генерала Михеева. Зная это, почему прокурор говорит совсем другое?

- Требования подсудимого справедливы! - подкрепил его слова Башир.

Прокурор попросил слова.

- Господин председатель суда! Господа старейшины! Требования обвиняемого и его адвоката противоречат закону. В законах Российской империи не сказано, чтобы воров и разбойников приговаривали к расстрелу. Такой почетный приговор выносится только военным. А уважаемый мною Его превосходительство не имеет права и полномочий менять закон. Поэтому я прошу уважаемый суд приговорить разбойника, грабителя и убийцу Гасаоджева Саламбека к смертной казни через повешение.

Суд удалился в совещательную комнату. Время совещания длилось для Саламбека бесконечно долго. Родственники и друзья подошли к барьеру, за которым он сидел, чтобы хоть как-то поддержать дорогого для них человека. Арслан простоял здесь все три дня, ни на минуту не покидая зал. Изредка к барьеру подходили Хадижат и сын Алихан. Они молча стояли и смотрели на Саламбека, пока полицейские не отводили их оттуда.

Когда судьи вернулись в зал, все встали. Председатель суда зачитал приговор, в соответствии с которым Саламбек должен был быть повешен.

- Вы не имеете права на такой приговор! - закричала Хадижат. - Вы нарушили слово генерала!

Казак оттеснил Хадижат, рвавшуюся к председателю суда.

- Хадижат! Не позорь нас! - крикнул Саламбек. - Не важно, как меня убьют!

- Враги Божьи! Будьте вы прокляты! Свиньи!

- Хадижат! Хватит!

Хадижат проклинала суд всеми проклятиями, какие только приходили ей на ум. Арслан и Алихан вывели ее из зала, пытаясь как-то успокоить. Но и на улице она еще какое-то время продолжала сыпать проклятия... Обессилевшая женщина заплакала, зовя Саламбека...

Много сыновей чеченского и ингушского народа отдали свои жизни за честь и свободу народа на полях сражений, в тюрьмах, на каторге и виселицах. У человека, уходящего на войну, есть шанс вернуться оттуда живым. Есть надежда возвратиться из тюрьмы, с каторги, если смерть пощадит арестанта и он доживет до окончания срока, к которому его приговорили. Но в истории чеченцев и ингушей были два героя, которые пошли на смерть ради народа, Отечества, ради спасения соплеменников, не имея ни малейшего шанса, ни малейшей надежды на спасение.

 Алибек-Хаджи Алдамов из Симсара и Саламбек Гасаоджев из Сагопши.

Алибек-Хаджи возглавил восстание чеченцев 13 апреля 1877 года, в двадцать пять лет. Когда восстание, длившееся восемь месяцев, было с невероятной жестокостью подавлено царскими войсками, когда власти стали терроризировать народ, требуя выдачи имама, молодой Алибек-Хаджи добровольно сдался властям... Чтобы ни одна женщина, ни один ребенок не пролили из-за него ни единой капли слез.

Когда его, с кандалами на руках и ногах, на телеге подвезли к виселице, имам ударом ноги выбил зубы офицеру, подошедшему к повозке, чтобы высадить с нее пленника. После этого он сам сошел на землю, подошел к виселице, взобрался на табуретку, сам надел на свою шею петлю и, откинув табуретку из-под ног, повесился. Во имя народа. Во имя Родины.

Сердце Саламбека предчувствовало, что приговор суда будет приведен в исполнение в ту же ночь. Совершив ночную молитву и омыв тело принесенной надзирателем водой, совершив предмолитвенное омовение, он прилег на жесткую тюремную кровать в ожидании появления людей, которые поведут его на смерть. Хотя Саламбек прекрасно знал, что не увидит завтрашний день, утренний восход солнца, он был удивительно спокоен. Безгранично верующий и богобоязненный, он верил, что весь его жизненный путь и ожидающая этой ночью смерть - от Всесильного Аллаха. Что все действия суда, старейшин и прокурора происходили по Его воле. По воле Аллаха вынесен ему такой приговор. Не захоти этого Создатель, ни суда, ни приговора не было бы. Аллах вдохнул в него душу, Аллах и заберет ее к себе.

О себе, о своей жизни Саламбек не думал. Как говорится, один раз рождаемся и только один раз умираем. Но, как ни старается, он не может отогнать мысли о семье. Дети малы. Два мальчика, две девочки. Старшей дочери пятнадцать лет, старшему сыну - двенадцать. Другие двое и того меньше. У них в хозяйстве есть лошадь, корова, несколько овец. Есть небольшой участок. Но Хадижат будет очень непросто тянуть хозяйство. Лет через пять надо выдать замуж дочь, женить сына. Вся надежда Саламбека на Суламбека и братьев Хадижат. Они не позволят его семье голодать и мерзнуть. Потом подрастет Алихан и возьмет на себя заботу о семье. В любом случае, все в руках Аллаха...

После полуночи Саламбек заснул и проспал два часа. Ему снились Хадижат и дети. Суламбек и Алихан. Его сон оборвали скрежет ключа в замке и скрип открываемой железной двери. В камеру вошли надзиратель и солдаты. Саламбек встал, не дожидаясь команды, и вышел вперед.

Саламбека отвели недалеко. Виселица была сооружена во внутреннем дворе тюрьмы. Под ним качалась на ветру веревка с петлей на конце. Тут же стояла и табуретка.

Саламбек попросил полчаса времени для подготовки к смерти.

Жизнь абрека сопряжена с ежеминутной опасностью. Рядом со смертельно раненым человеком в диких лесах и горах не бывает муллы, который прочитал бы ему суру из Корана "Ясин". Поэтому Зелимхан и его товарищи выучили наизусть Ясин и аяты, которых принято читать во время захоронения умершего. Саламбек тоже знал все это наизусть. Саламбек сел на табуретку под виселицей и не спеша прочитал Ясин и еще несколько аятов из Корана. Завершив все это долгой доа, он встал. На небе ярко светила полная луна, вокруг нее, словно разбросанные чьей-то рукой, сверкали не менее яркие жемчужины звезд. И совершенно особая утренняя звезда. Это небо, эту луну и эти звезды он видел в последний раз. Он в последний раз вдыхал этот холодный и чистый воздух.

Полчаса закончились. Палач сделал два шага в его сторону. Но Саламбек, подняв руку, остановил его:

- Не прикасайся ко мне. Я сам сделаю твою работу.

Саламбек не хотел, чтобы в последние минуты жизни к его телу прикасались руки неверного, руки врага.

Поправив табуретку и взобравшись на нее, Саламбек слегка потянул веревку, как бы проверяя ее крепость. Петля была обильно смазана мылом и хорошо скользила. Растянув петлю, Саламбек вдел в нее голову, стянул петлю на шее, крепко сжал зубы, отбросил табуретку и повис. В течение нескольких минут по телу пробегали конвульсии, его стягивали судороги. Но Саламбек не издал ни одного стона, ни единого звука. Он молча принял смерть.

Убедившись в том, что душа навсегда покинула это тело, палач с помощью солдат срезал веревку, положил труп возле стены и прикрыл его лицо двумя старыми мешками.

На второй день труп Саламбека выдали родственникам...

 Шали своеобразная столица Чечни. Он не намного крупнее других больших аулов. Но есть много серьезных причин, чтобы признать Шали главным аулом Чечни. Он расположен на широкой равнине у подножия Черной горы, вдали от Грозного и казачьих станиц. Его окружают крупные чеченские аулы - Герменчук, Курчалой, Автуры, Гельдиген, Сержень-юрт, Атаги, Майртуп, Мескер-юрт, Цацан-юрт, Бачи-юрт, Аллерой и другие. С востока, со стороны Ичкерии, сюда ведут несколько дорог.

В Шали живут крупные алимы, известные купцы, офицеры, скотовладельцы и землевладельцы. Здесь есть большие магазины, по пятницам собирается крупный базар, куда стекаются торговцы и покупатели из окружных и дальних аулов, из Анди.

Шалинская мечеть тоже крупнее и богаче украшена, чем мечети в других аулах. Сегодня, на пятничную молитву, сюда собралось много народу. Из Шали и ближайших аулов. Многие из них пришли сюда специально, что-бы послушать проповеди Соип-муллы.

Попал на молитву и Овхад, который приезжал к Соип-мулле по делу. Ему сразу же бросилось в глаза, что даже здесь, в храме Аллаха, среди людей нет равенства. Аллах говорит, что создал всех людей равными, с одинаковыми правами. Не отталкивайте слабого, бедного и обездоленного, не пытайтесь возвыситься над ним, наоборот, приласкайте его, будьте с ним добры и ласковы, говорит Он. Не позволяй гордыне овладеть своим сердцем, не уповай слишком на свое богатство, должность, силу. Все это дал тебе Я, говорит Всевышний, и Я же могу забрать это у тебя в любой день. Все люди, собравшиеся сегодня в этой мечети, считали себя глубоко верующими, богобоязненными, они пришли молиться единому Аллаху. Но они не следуют его заветам. Богачи, хаджи и просто имущие люди сидят в первых рядах, а слабые и бедные - в последних.

Под руководством имама мечети Овта-хаджи, крупного, крепкого старика в зеленом восточном халате и красной турецкой тюбетейке на голове, совершили молитвы. Овта-хаджи семь раз совершал хадж в Мекку, а его сын Шамсуддин-хаджи - девять раз. Овта-хаджи вот уже много лет являлся кадием в Шали, а Шамсуддин-хаджи - в Герменчуке. На одну-две поездки в Мекку деньги еще можно скопить, подумал Овхад, но откуда у отца и сына нашлись средства на семь и девять поездок?