Абузар Айдамиров – Буря (страница 70)

С помощью лома абреки легко вскрыли дверь кассы, с двумя сейфами из толстых листов железа пришлось повозиться. Они били в них кувалдами, сотрясая все здание вокзала, пытались сбить замок с помощью зубила и лома. Дверца сейфов оказались двойными. Зелимхан то и дело подходил к дверям.

- Что там у вас?

- Вроде что-то начинает получаться!

Через час возни наружные и внутренние дверца сейфов были вскрыты. Внутри лежали деньги, аккуратно сложенные в пачки и перевязанные шпагатом. Саламбек и Джабраил быстро закинули их в мешки.

Вокруг вокзала поднялась стрельба.

- Вы закончили?

- Да!

- Скорей! Нас обнаружили!

Стреляли проснувшиеся станичные казаки. Сначала они стреляли в воздух, не понимая, что происходит. Но, увидев уходящих от вокзала абреков, стали стрелять уже в них, пытаясь отрезать им пути к отходу. Но пока казаки пришли в себя, организовались и сумели наладить погоню, абреки, убивая или обращая в бегство оказавшихся на их пути казаков, добрались до своих коней и ускакали прочь.

Они забрали из кассы вокзала 18000 рублей.

Получив сообщение о нападении абреков, на станцию прибыл начальник Грозненского округа подполковник Стрижев, оказавшийся этой ночью в Грозном Вербицкий и назначенный вместо него начальником временного отряда охотников полковник Веселовский. Они организовали погоню силами солдат и казаков, но абреки уже давно углубились в горы...

Вербицкий охотился за Зелимханом около девяти месяцев. Успехи атамана были более чем скромными - за все это время был схвачен, как мы уже говорили, только один абрек. Местная общественность поняла, что весь гонор атамана, все его угрозы в адрес знаменитого абрека оказались не более чем пустым бахвальством. Первые месяцы после назначения Вербицкого на должность командира временного отряда местная пресса воспевала его как героя. Потом на какое-то время эти восхваления прекратились. В конце концов пресса стала критиковать вчерашнего героя, то и дело напоминая ему о его же самоуверенных заявлениях. Чем занимается бравый атаман Вербицкий? Герой Пятигорска и Дагестана? Куда девалось обещание, данное им властям и общественности? В своих реляциях он уничтожил сотни абреков, а Зелимхан разгуливает на свободе. Не прячется и не бегает. Наоборот, средь бела дня нападает на Владикавказ и Грозный. И намного чаще, чем раньше. А Вербицкий грабит и разрушает чеченские и ингушские аулы, убивает и бросает в тюрьмы ни в чем неповинных людей, тем самым умножая ряды последователей Зелимхана. Вербицкий не приносит никакой пользы ни властям, ни общественности, наоборот, наносит им непоправимый вред.

Сначала Вербицкий сыпал угрозы. Потом перестал это делать. Еще через некоторое время его покинули уверенность и даже надежда на то, что ему удастся уничтожить Зелимхана и его абреков. Хотя главным и самым известным в этих краях был отряд Зелимхана, все же Вербицкого, больше даже, чем он, беспокоили другие маленькие, независимые от Зелимхана группы абреков, состоящие в основном из жителей разрушенных и разграбленных им аулов. У этих людей не будет мира с властями, даже когда такой мир заключит сам Зелимхан, что, впрочем, тоже нереально. Они тоже, как и харачоец, поклялись отомстить ему, Вербицкому, и везде охотятся за ним.

1 декабря 1909 года Вербицкий написал рапорт на имя начальника области с просьбой освободить его от обязанностей начальника временного отряда охотников. Но истинная причина подачи такого рапорта заключалась вовсе не в том, что он не справлялся с поставленными задачами, правда была в том, что атаман боялся за свою жизнь. По ночам Вербицкого мучили страшные сны, он то и дело вскакивал с постели, боялся заснуть. Бравый атаман становился параноиком.

Михеев удовлетворил просьбу Вербицкого. В приказе отмечались успехи и достижения атамана за прошедшие девять месяцев. Объявив благодарность, его освободили от должности начальника временного отряда охотников и направили в Кизляр, на должность атамана Кизлярского отдела. На освободившееся место назначили полковника Веселовского.

Но Зелимхан не собирался оставлять Вербицкого в покое, где бы тот ни находился. Абреку не удалось убить его во время операций временного отряда охотников. Сам атаман принимал участие только в наиболее крупных из них, да и тогда его окружала пара тысяч солдат и казаков. Время своих переездов из Грозного во Владикавказ он держал в строжайшем секрете.

Не сумев достать Вербицкого, Зелимхан все же нашел способ унизить его в глазах властей и общества. Он стал нападать на Владикавказ и Грозный, унося оттуда добро наиболее известных богатеев. Так абрек мстил Вербицкому за его оскорбительные выпады против него через газеты и за дикость, сотворенную на базаре в Гудермесе. Но и то, и другое казались просто какой-то детской шалостью по сравнению с тем, что творил атаман в чеченских и ингушских аулах позже.

Вербицкий уже не командует временным отрядом охотников. Не участвует в операциях. Его убрали из Чечни и назначили атаманом отдела в казачьем Кизляре. Но Зелимхан должен отомстить ему, даже если атаман окажется на краю земли. Он должен умереть или быть изгнанным из области, униженный и опозоренный.

После долгих раздумий Зелимхан принял решение ограбить Кизлярский банк, прямо под носом у новоиспеченного атамана Кизлярского отдела. Это ограбление станет для Вербицкого позором!

Зелимхан думал над планом этой рискованной акции два-три дня. Наконец он вызвал к себе Аюба.

- Напиши письмо этой суке Вербицкому, - сказал абрек. Аюб достал письменные принадлежности. Зелимхан продиктовал короткое письмо:

- Через три дня я приду брать Кизлярский банк. Написал? Если ты не трусливая баба, попробуй помешать мне сделать это.

Аюб записал.

- Дальше? - посмотрел он на старшего товарища.

- Все. Напиши внизу мое имя. Говорят, эта свинья в Грозном. Поезжай к Деналбеку и поручи ему доставить это письмо адресату. Скажи, пусть напишет еще одно такое же письмо и передаст в газету.

Когда вечером Аюб вернулся, выполнив это поручение, Зелимхан отвел его и Саламбека в сторону и познакомил их со своим замыслом и планом его осуществления.

Саламбек возразил.

- Банки Грозного и Владикавказа намного ближе, - сказал он, подумав.

- Мне не деньги нужны, Саламбек. Во-первых, я хочу доказать Вербицкому, что я не трусливая баба. Во-вторых, если мы ограбим этот банк, власти уберут его из области. И в-третьих, это будет своего рода местью этой суке за сотворенные им жестокости.

Саламбек опять задумался.

- Кизляр расположен далеко отсюда, Зелимхан. Нам надо будет пройти через земли кумыков, ногайцев, казаков. По этим дорогам бродят тысячи отлично вооруженных казаков верхом на крепких конях. В Кизляре расквартированы войска. Есть войска и в Хасав-юрте. В ногайских и кумыкских селах сидят приставы и множество стражников. Кроме регулярных войск, в Хасав-юрте располагается и отряд Ардабьевского, устроившего погром в Гудермесе. Сумеем ли мы пройти через все эти преграды? Как бы нам не повторить тяжелых последствий похищения Месяцева. Тогда мы ходили намного ближе. Именно при возвращении оттуда погибли твои отец и брат, еще трое наших товарищей.

- Это был особый случай, Саламбек. Тогда на нас напали предательски. В тот момент, когда мы почувствовали себя в безопасности, оторвавшись от преследования. Сейчас же я даю вам слово, что каждый из нас вернется живым и здоровым, без единой царапины. По правде говоря, Саламбек, если бы там не было нескольких тысяч вооруженных солдат и казаков, ограбление Кизлярского банка не было бы таким значимым делом. Именно потому, что их там так много, я и хочу пойти туда. Чтобы доказать врагам, что мы не малодушные трусы. Доказать им, Саламбек, что как бы много их не было и каким бы хорошим оружием они не обладали, им никогда не удастся устрашить или покорить нас.

Саламбек и Аюб были безгранично храбрыми людьми. Но Саламбек, прежде чем принять любой план Зелимхана, всесторонне изучал и тщательно взвешивал его. И не из-за трусости вовсе. Это была осторожность, продиктованная нежеланием бессмысленно подставляться под пули. Саламбек мало думал о себе и своей жизни. Он пытался уберечь товарищей от наиболее рискованных операций, пытался сохранить их жизни. Он всегда был готов пожертвовать собой во имя спасения жизни товарища.

- Хорошо, Зелимхан. Мы с Аюбом готовы следовать за тобой. Когда выступаем? - спросил Саламбек.

- Как можно скорей. Я сообщил Вербицкому, что возьму банк через три дня. Для этой операции мне нужно шестьдесят человек. Вы найдете достаточно людей, желающих такой добычи. Выберите из них наиболее храбрых, надежных и выносливых. Сообщите им, что все добытые деньги достанутся им. Мы идем на это не ради денег, у нас другая цель. Разошлите Бетарсолту, Джабраила, Жамалдина и Абубакара по разным аулам. Пусть отобранных людей направят на поляну между Атагами и Чишками, туда, где дорога вступает в лес. Там я по одному приму их. Они не должны быть знакомы друг с другом, не должны знать имен друг друга. Мы пойдем на Кизляр, разделившись на три группы. Возглавим эти группы мы втроем, каждый по одной. Маршруты групп и все остальные подробности мы обсудим непосредственно перед выходом в путь. Теперь идите и готовьтесь, дорога каждая минута. Но не сообщайте пока людям, куда мы идем. Сообщения о том, что добыча будет большой, вполне достаточно.