А.В. Романчик – В тени леса (страница 2)
Света поперхнулась чаем, а её дочка цинично спросила:
– А что, с инопланетянами дядя Игорь поссорился?
– Если бы! – хмыкнула Наташа. – Он мне все уши прожужжал про то, что Ульяна – инопланетянка!
Катя захохотала с абсурдности убеждений дяди, а её мама заметно побледнела.
– Пожалуй, я пойду, а то уже поздно, – встала из-за стола Наташа, когда от арбуза остались одни корочки да косточки. – Не провожайте.
Света и не стремилась – она замерла с чашкой в руке и вздрогнула, когда дверь за Наташей захлопнулась.
– Мам, ты же не поверила в историю про потеряшек? – спросила Катя, зная впечатлительность матери, которая искренне верила в существование домового и ставила ему кружку молока с блюдцем конфет.
– Тебе никто не говорил, что в девяносто шестом году Ульяна исчезла в торговом центре на глазах сотен людей? – очень тихо спросила Света.
– Нет…
– Она рассказала нам, что была во Франции, что её похитили и держали в плену два месяца.
– Ты прикалываешься?!
– Её спас Саша и вернул домой, – продолжала мама, не обратив внимания на реплику дочери, – потом у неё случилась амнезия, она долго восстанавливалась, работала с психологом… Но, может, она не была во Франции? Может, она побывала в ловушке дьявола?
– Ма-а-ам…
– Понимаешь, она страстно желала что-то… забыть. Может, она побывала в настоящем аду?
– Это бред!
– Да… ты права, глупо верить в такие вещи…
– Я не говорила, что это глупо, просто… да бред это, блин! Если она побывала в плену, то неудивительно, что тётя хотела об этом забыть! Мама, плен – это и есть ад на земле!
– Пойми меня правильно, но мне иногда кажется, что мою сестру заменили кем-то… другим…
Больше ничего не добавив, Света пожелала дочери спокойной ночи и отправилась спать, а Катя ещё долго сидела на кухне и пыталась переварить откровение матери.
Глава 2
«Прочитай… прочитай…»
Дима провёл прохладной рукой по лицу, чтобы привести мысли в порядок. Голоса он стал слышать после того, как ему исполнилось пятнадцать лет. Вместе с приходом голосов изменился цвет волос с русого на чёрный. Появилась ужасная аллергия, из-за которой хотелось содрать кожу со спины. С ней не справлялись никакие медикаменты. Ночью юношу посещали реалистичные и страшные видения…
– «В тени леса», – прошептал Дима, подходя к книжному прилавку с художественной литературой, рядом с которым голос усилился. – Странное название мама и тётя Оля выбрали для книги.
– Не, не странное, – даже не обернулся похожий на бородатую помесь эльфа с викингом Саша, сверяясь со списком покупок. – Оно хорошо вписывается в историю.
– Ты читал? – удивился Дима, разглядывая сомнительную обложку с пышногрудой барышней в объятиях мужчины со скрывающим лицо капюшоном.
– Можно сказать… и так, – уклонился от ответа бородатый товарищ. – Я отлично знаю содержание этой книги.
– Расскажи в двух словах.
Саша странно посмотрел на юношу, словно хотел прочитать его мысли.
– Хочешь знать, что там? – спросил он тихо. – Прочитай. Но помни… многое изменится для тебя. Не знаю, готов ли ты к переменам, ждущим тебя на страницах этой книги.
Дима недоуменно уставился на таинственно замершего Сашу, а потом засмеялся, не замечая, что взрослый товарищ не поддержал смеха.
– Тебе бы в рекламе работать! – взял с прилавка книгу Дима. – Сказать честно, ты меня заинтриговал! Я хочу знать, что там!
«Прочитай… быстрее…» – поддержал идею голос.
– Только, Дим, честно скажу, тебе не понравится. Оля хорошенько сдобрила её эротикой и убрала львиную долю адекватных сцен.
– Зачем?
– С точки зрения Оли эти сцены были слишком жестокие для её нежных читательниц, мечтающих о великой любви. Оля хотела подарить им сказку, а позицию своей матери, я думаю, ты знаешь.
– Так я в подарок Кате книгу выбираю. Мама попросила ей что-нибудь купить в честь поступления в университет.
– Кате? Тогда дай мне на минуту, я немного поколдую.
– Поколдуешь?
– Шуток ты не понимаешь, – провёл рукой над книгой Саша. – Не думаешь, что кто-то слишком часто смотрит битву экстрасенсов?
– Я смотрел всего пару сезонов! – возмутился Дима. – Мне интересно следить за реакцией обычных людей! Я не верю в экстрасенсорные способности!
– Ты только сам эзотерикой не увлекайся, а то один мой знакомый весело проводит время в дурдоме, общаясь с голосами в голове.
Дима испуганно сглотнул.
– Что-то ты в лице изменился, – вернул парню книгу Саша. – Всё нормально? Говори, если что не так.
– Всё хорошо. Я просто устал, – ответил Дима. – Магазины – не моё. Не понимаю, как у женщин хватает энергии на шопинг.
– В этом мы с тобой похожи, – кивнул Саша и положил сверху ещё с десяток книг. – Это тоже Кате, а то девчонку совсем не балуют.
– Ладно, я пошёл, мне ещё домой заехать надо перед соревнованиями.
– Я тогда могу Катьке книги завести.
– Было бы неплохо, – охотно согласился Дима, прощаясь с Сашей.
Когда Дима ушёл, к Саше подошёл юноша в спортивной одежде с капюшоном и в солнцезащитных очках, на его бледном лице виднелись линии синих татуировок. Парень со злостью прошипел:
– Книгу должен был взять он!
– Оставь пацана в покое, Мир, – мрачно ответил Саша. – Хватит того, что вы устроили два года назад.
– Изис в порядке, если ты об этом…
– В таком порядке, что о нём никто не помнит, словно его не существовало? Насколько я знаю, он впал в депрессию после того, что натворил, – с сарказмом прошептал Саша. – Отличная работа, брат, продолжай в том же духе, и от города останутся одни обугленные черепки.
– Это случайность… он вышел из себя.
– Ты не подумал, что может сделать его брат? – Саша скрестил руки на могучей груди. – Я понимаю, тебе на людей плевать, но мне нет. Мне здесь нравится. Я не хочу, чтобы люди пострадали из-за твоих безумных планов.
– Я должен найти дневник… – помассировал виски Мир.
– Не вмешивай в это Диму, хватит жертв.
– Как ты не понимаешь?! Я не могу отступить!
– Знаешь, Мир, иногда близкие умирают, поэтому их надо отпустить, а ты никак не хочешь смириться. Цепляешься как стервятник и только продлеваешь муки.
– Я не сдамся!
– Смирись, я ведь смирился! Пойми, нельзя её будить!
Мир ничего не ответил и прошёл мимо, толкнув Сашу плечом.
***
На втором этаже кирпичного частного дома Ульяна стояла и напряжённо рассматривала на шее у двенадцатилетней дочери Кристины синие линии, похожие на вены.
Плохой знак… Хотя паниковать было рано, изменения ещё могли исчезнуть.