А.В. Романчик – В тени леса (страница 13)
– Ты спрашивал его про Францию? – побледнела Ульяна, рассыпав содержимое аптечки. Она коснулась грудной клетки и, пачкая одежду кровью, сжала ткань. – Что он тебе рассказал про Францию?!
– Ничего… сказал, чтобы я тебя спрашивал, и отшутился, что на нём заклятие.
– Да, конечно… заклятие…
– Мам?
– Что?
– Почему ты так отреагировала?
– Как?
– Ты раздавила стакан в руке! Это разве нормальная реакция?!
– Я… мне неприятны воспоминания, связанные с его детьми.
– Настолько неприятны?
– Да, – она отвернулась, – мне больно…
Мать не лгала. Её боль Дима прекрасно почувствовал и видел, как у неё дрожали руки. И, кажется, не только он, потому что не прошло и секунды, как затрезвонил Саша.
– Прости…
– Ты не виноват, – мама взяла телефон. – Я отвечу.
– Понял, пошёл наверх.
На лестнице Дима задержался, чтобы прислушаться к разговору. Но мать словно почувствовала его присутствие и быстро заговорила на щёлкающем незнакомом языке. Они что-то от него скрывали…
Глава 5
2015 год
На ходу закрывая зонтик, в частный дом вошла стройная немолодая стильно одетая женщина с поднятыми в хвост каштановыми волосами. Звали её Маша, и она являлась лучшей подругой Ульяны, с которой последняя дружила с детства.
– Игнат, что случилось?! – заметила Маша сидящего на диване мужчину. – Что за срочность? Почему ты меня вызвал посреди ночи?!
– Кристину машина сбила, – коротко ответил он.
– Она… жива? – Маша в буквальном смысле рухнула на соседний диван.
– Она в реанимации. Ульяна в больнице.
– Тогда почему ты здесь?! Почему ты не в больнице с женой и дочерью?!
– Это одна из причин, почему я вызвал тебя сюда.
В помещение вошёл юноша в спортивной одежде с длинными синими волосами и полностью синими глазами без белка и радужки. На его шее и лице были татуировки, похожие на те, что имелись у Игната, только синего цвета.
– Мирослав… а почему ты тоже здесь, а не в больнице?! – возмутилась Маша.
– Маша, я попрошу тебя об одной вещи, – снова заговорил Игнат. – Она может показаться тебе очень странной…
– Твоя дочь в реанимации…
– То, о чём я попрошу, поможет Кристине.
– И что нужно от меня?
Молчавший Мирослав положил перед Машей большую стопку пожелтевшей бумаги, исписанной каллиграфическим почерком.
– Что это?! – недоуменно провела по влажным волосам Маша.
– Личный дневник Ульяны, – пояснил Игнат невозмутимо.
– Это шутка? Она пишет как курица лапой, а здесь совсем другой почерк…
– Но тем менее это её дневник.
– И зачем он мне? Я ничего не понимаю.
– Я хочу, чтобы ты его прочла. Прямо здесь и сейчас.
– Извини меня, конечно, за откровенность, но…
– Просто прочти, там есть описание способа, как спасти Кристину. Ты единственная, кого я могу попросить об этом и у кого достаточно… крепкая психика, чтобы выдержать это.
– Выдержать что? Я не понимаю! Почему ты сам не прочитаешь, если там есть ответ, как вылечить Кристину?! Что за бред ты несёшь?! Ты случайно сам головой не ударился?!
– Начни. Читать. И ты всё поймёшь.
Недоумевающая Маша несколько брезгливо взяла пару страниц и, пожав плечами, с сомнением на лице приступила к чтению. Но едва её взгляд коснулся строк, как она без сознания завалилась на спинку дивана и выронила страницы. На улице так сильно громыхнул гром, что сработали сигнализации у машин.
– Ты уверен, что она выдержит? – спросил Мирослав, проверяя пульс Маши и наблюдая, как из её закрытых глаз ручьём потекли слёзы.
– Она выдержит.
– Она даже не родная по крови…
– Зато родная по духу. Я провёл здесь достаточно времени, чтобы понять, кому Ульяна искренне доверяет.
Успело рассвести, когда Маша пришла в себя. Не переставая плакать, она нервно и дергано поднималась…
– Не трогай меня!!! – отстранилась Маша, едва Игнат захотел ей помочь.
– Маша…
– Ты… чудовище, – она перевела взгляд на Мирослава. – Он… боже… он…
– Да, – кивнул Игнат, словно отвечая на невысказанный вопрос.
– Всё, что я увидела… это…
– Это было на самом деле.
Маша закрыла лицо руками.
– Не верю… не верю…
– Маша, расскажи мне, как она вернулась сюда? Ты же это видела? Это очень важно!
Маша завертела отрицательно головой.
– Нет… я этого не видела…
– Ты уверена? – глаза Игната почернели.
Маша импульсивно отодвинулась. Она вцепилась в подлокотник дивана так крепко, что её ногти оставили на нём следы.
– Не надо бояться, я не причиню тебе вреда. Просто скажи мне, как она вернулась домой.
– Я этого не видела!
Мирослав отстранил Игната и коснулся висков завизжавшей Маши. Она обмякла в его руках, а юноша громко и нецензурно выругался.
– Мы же нашли проклятый дневник! – закричал он и закашлялся, оставляя на губах и руке кровь.